Чтение онлайн

— Где Кор Рид?! — спрашивала я у всех, кто попадался мне на пути.

— Седьмая палата, — испуганно ответила санитарка.

Я без стука ворвалась в палату и замерла.

Ори лежал на постели бледный и угрюмый. Вокруг него собрался целый консилиум врачевателей — пять человек, среди которых я знала только Диего и Фредгорда Кор Вуди.

Кор Роус стоял чуть в стороне от остальных и беседовал с Оливией и неизвестным мне мужчиной в форме ОКОПа. Кор Вуди перешептывался с любимым и почему-то держал его за руку. Трое врачевателей следили за показателями приборов (я узнала только переносной рентген и аппарат ЭКГ, еще три остались загадкой). Рядом с постелью любимого рыдала навзрыд Мелиса. А она что тут делает?!

Меня поначалу никто не заметил, потому что каждый был занят своим делом. Я уже собиралась задать мучающий меня вопрос, как Мелиса перестала растирать косметику по щекам и посмотрела на меня в упор. Что произошло далее я словно видела со стороны.

Миг и глаза вампиршы округляются, заливаются злобой и презрением.

— ЭТО ОНА! Она во всем виновата! Арестуйте ее, — кричит Мелиса и кидается в мою сторону.

Ее едва успевает перехватить врачеватель, что стоял ближе всех. Но медсестру это не останавливает. Она пытается вырваться и добраться до меня.

Диего в этот момент подбегает ко мне, закрывая собой от истеричной особы.

Боковым зрением я замечаю, как дернулся в постели Орас, но Кор Вуди не позволяет ему шевелиться.

— Лив, убери ее отсюда, — кричит любимый. Что заставляет меня обернуться в его сторону.

Я подумала, что Ори говорил о Мелисе. Но Оливия идет в мою сторону, берет за руку и тащит к выходу.

— Что? Куда? — возмущаюсь я и пытаюсь вырваться.

— Дуня, пойдем ко мне.

— НЕТ! Никуда не пойду, — возмущаюсь я, когда меня практически выталкивают из палаты. — Что с Орасом? Что с ним?!

— Я расскажу, только не здесь.

Наставница тянет меня к лифтам, когда из палаты так же выволакивают Мелису.

— Это все из-за тебя, — кричит она мне, — из-за тебя ему стало хуже! Из-за тебя его парализовало, человечишка!

Я ушам не верю. Не может это быть правдой!

— Это правда? — спрашиваю я у Оливии, которая сверлит недобрым взглядом медсестру.

— Да, Дуняш, правда. У Ораса отнялись руки.

— Нет, не может быть… — шепчу я.

— Это все из-за тебя, — не перестает кричать Мелиса.

— Дуня, пойдем в вашу палату. Тебе нужно успокоиться.

О каком успокоении может идти речь?

— Мне нужно к нему, — я снова пытаюсь вырваться из захвата наставницы и снова бесполезно.

— Дуня, или ты успокоишься, или я вколю тебе успокоительное! Лошадиную дозу!

— Пустите, — прошу я, так как силы на сопротивления резко заканчиваются. Ноги словно ватные, совершенно не держат вес тела, и я начинаю оседать.

— О святила, — вскрикивает Оливия и старается меня поддержать. — Не смей терять сознание!

Я изо всех сил стараюсь взять себя в руки, но тупая боль бьет в висках и груди.

— Пойдем в палату, — еще раз повторяет вампирша и перекидывая мою руку к себе на плечи ведет к лифту.

Как мы оказались в нашей с Орасом палате я не помню. Просто в одно мгновение я почему-то оказалась лежащей на кровати и в меня пытались влить что-то вонючее, по словам Оливии успокоительное средство. Я отнекиваюсь, не желая засыпать на несколько часов (уверена, что именно так и будет).

— Дуня, нельзя раскисать. Орасу сейчас поддержка нужна, а не твоя тушка в отделении неврологии.

— Почему? Что произошло? — только и могу выдавить из себя я.

— Пока не ясно, разбираемся.

— Мне нужно к нему! — я пытаюсь встать, но не выходит.

— Потом! Сначала его осмотрят и проведут несколько тестов. Через три часа я проведу тебя в реанимацию сама. Дуняша, не усугубляй ситуацию.

Я понимала, что Оливия права, но… как прожить эти несколько часов?

— Обещаете?

— Обещаю! Только и ты пообещай, что не натворишь глупостей!

— Угу, — буркнула я.

Слезы ручейками стекали по щекам, и уже намочили край подушки.

— Мне нужно уйти, но я вернусь за тобой и мы отправимся к Ори. Дунечка, прошу, послушайся меня.

— Хорошо, — ответила я, пряча заплаканное лицо в подушку. Рыдания вырываются, но я стараюсь их сдержать.

— И переставай плакать. Ори не нужно видеть твоих слез, ясно?!

Я только кивнула в ответ.

Слышала, как Оливия выходит из палаты и велит дежурной медсестре следить за мной.

Аромат Ораса, исходящий от подушки меня немного успокаивает. Я опрокидываюсь на спину и рассматриваю потолок. Так удобнее думать…

Нет! Что-то не правильно! Утром, когда я уезжала, у Ораса руки действовали. Он меня обнимал всю ночь…

— Мы где-то ошиблись, — шепчу я в пустоту, — что-то напутали. Только что? Ведь мыши, даже те, что были частично парализованы, оклемались и вернулись к нормальному существованию. Их кровь как раз взяли на изучение, чтобы постараться выявить следы отравы.

«Мне нужно в лабораторию» — отчетливо понимаю я.

Быстро поднялась, умылась ледяной водой, и выскользнула из палаты. Памятуя о наставления Оливии, озиралась по сторонам, чтобы не попасться медсестрам. В итоге, словно шпион, тайком пробралась в лабораторию. Но стоило мне отпереть дверь, как острая боль взорвалась у меня в голове.

Орас Кор Рид

— Это провал, — сетовал я.

— Еще ничего не закончилось, — заметил Диего, — Мелиса выдала себя.

— Да, но мы планировали иначе…

— Это не важно, — заметил оборотень, — главное, что результат достигнут.

— Какой? Напугали мою Звездочку?!

— Ори, не мандражируй! — одернул меня крестный. — Дуняша не дура, она поймет, зачем мы ее обманули.

— Где она?! — это единственный вопрос, который меня волновал.

С того момента, когда я увидел испуганный взгляд любимой, я себе места найти не мог. Чуть всю операцию не испортил. А ведь готовили мы ее тщательно, хотя и не долго.

Следователь сразу заявил, что подозревает Мелису. Для меня эта версия была дикой и невероятной. В то, что девушка пыталась меня убить, я не верил. Она… она испытывала ко мне чувства, которые очень плохо сочетались с профессиональной этикой. Поначалу я думал, что между нами крепкая дружба, но оказалось, что Мелиса чувствует нечто большее. Я не мог ответить ей взаимностью, просто не чувствовал ничего подобного. А когда встретил Дуняшу и познал любовь, то и вовсе уверился в безразличие (как бы это грубо не звучало) к вампирше.