Чтение онлайн

В Гленборге был ещё один специалист: аптекарь Лодозь. Он жил на другом крою города и так же занимался лечением, всем выписывал пилюли собственного изготовления. Уж не знаю, из чего он их делал, было ли это гомеопатией или в них всё-таки содержалось действующее вещество, но его клиенты были довольны. К нему ходила западная половина города, а к Стёфе — восточная.

Ещё, конечно же, в этом мире существовали магические лекари, но они были недоступны для простых людей. Один работал с очень богатыми клиентами, несколько служили при Ордене защитников города, и ещё одна группа специалистов преподавала в Академии магии. Это был целый отдельный факультет целителей. Будущие маги-лекари отрабатывали навыки лечения на своих же однокурсниках. Как я узнала позднее, это был особый метод воздействия на слишком бесшабашных студентов-боевиков: поневоле научишься серьезно относится к мерам безопасности на занятиях, если лечить сломанные руки-ноги тебя отправят к магам-недоучкам, которые не факт, что с первого раза эти руки-ноги тебе правильно срастят. Конечно, всё лечение проводилось под чутким руководством наставников, но те считали, что лучше всего учиться на ошибках, и вмешивались в процесс целительства лишь в крайних случаях.

Открыв лавку, я пошла на кухню к раковине и повернула вентиль. Да-да, водопровод в этом мире всё-таки был, по крайней мере, в городских домах, хотя давления в нём не хватало. В латунном кране что-то загудело, зашипело, забулькало, пошли пузыри, а потом всё-таки потекла тонкая струйка чуть тёплой воды. Помыв руки душистым мылом, я достала из холодильного шкафа бутылку с сиреневым молоком, налила в кружку. Из плетеной миски, накрытой полотенцем, вытащила пирожок и пошла в торговый зал. Расположилась за прилавком и, откусывая от пирожка, принялась изучать заказы — маленькие записки, наколотые на гвоздик, специально вбитый в полочку. Средство от головной боли, мазь от ревматизма, полоскание для горла, травки для купания младенцев, несколько травяных чаёв с разными составами — всё это я уже могла сделать сама.

Дожевав пирожок, я сходила в свою комнату, чтобы сменить одежду для выходов на рабочее платье с передником, волосы убрала под косынку. На кухне вытерла стол и приготовила всё необходимое: весы, ступку, маленькие холщовые мешочки для упаковки, бумагу для этикеток. Достала из шкафа главное сокровище Стёфы — книгу лекарственных рецептов. Принесла из кладовки необходимые травы. И принялась чародействовать.

Взвесить две унции рыжего звероборника и пересыпать в миску. В ступку отмерить пол унции зелёных лепестков инеолы, щепотку солнечно-жёлтого косокольника, отсчитать ровно семнадцать синеньких зёрнышек лирины, добавить четвертинку огненного орешка, названного так за острый вкус, и всё это тщательно перемолоть пестиком. На маленькой спиртовке растопить полстакана жира, перелить в миску и всыпать в него получившуюся мучку. Капнуть четырнадцать капель сока ятролиста. Добавить две унции рыжего звероборника и тщательно перемешать до однородной массы. Перелить в стеклянную баночку, закрутить крышкой — и средство от радикулита готово. Осталость самое сложное — красивым почерком написать инструкцию по применению.

Вообще, писать этикетки было самым утомительным. У меня и так почерк был далёк от каллиграфического, а тут ещё приходилось писать на чужом языке. Я подумывала, может, изготовить штампы? Есть здесь такие специалисты? Или раздобыть инструменты для резки и сделать самой. Нужен шаблон, в который останется вписать часть информации: «Сбор ____ заваривать ___ мин. пить ___ раз в день ___ еды, хранить в холодном месте, беречь от детей». Ещё Стёфе нужно фирменную печать, чтобы ставить на этикетки или конверты. Я уже объяснила ей важность упаковки, когда увидела, как она заворачивает травки в кулёчки из старых газет. Мы вместе сшили из холстины крошечные мешочки, я все пальцы исколола. До этого занималась рукоделием последний раз в школе на уроках труда. Ещё я придумала систему цветных ниток: красными завязывали лекарственные средства, синими те, что для наружного применения, зелеными — травяные чаи. В поисках баночек и бутылочек для мазей и настоек обежала все лавки в городе. Спросила у Стёфы, какие средства самые популярные, и сделала запас. Так и делать их гораздо быстрее: отмерить всё за один раз в десятикратном размере и потом разделить на отдельные порции.

Звякнул дверной колокольчик, пришлось прерваться и идти в зал.

Глава 11

Перед прилавком стоял наш сосед по улице, булочник лерейд Тоффин. Он часто покупал средства от ожогов — издержки профессии.

— Добрый день! — приветливо обратилась к нему.

— Добрый, Маришка! Я, как обычно, пришёл пополнить запасы мази. И мне бы ещё травяного чая из листиницы.

— Чай можно прямо сейчас забрать, а мазь будет готова только вечером.

— Вечером так вечером.

Я вручила мешочек с душистыми травками, благо он был из тех сборов, что мы сделали загодя, и сгребла со стола монетки из болотно-зелёного металла. В этом мире пользовались металлическими деньгами, бумажных не было. Те монеты, которыми со мной расплатился булочник, были самыми мелкими, «копеечными», и назывались «стины». Они, как и в нашем мире, различались размером и номиналом. Более «ценные» деньги, аналог нашего серебра и золота, были «стольды» из голубого металла и «иллиды» из бледно-розового. Видеть последние своими глазами мне ещё не довелось.

Ещё здесь существовала банковская система, подробностей, как она действует, я не знала, но видела в центре города само здание банка.

Я вернулась на кухню и продолжила работу. Успела только взвесить синие травинки гросиса для средства от головной боли, как колокольчик опять зазвонил.

В зале меня дожидался лерейд Теаник, которого я мысленно окрестила Чайником, он же владелец чайной лавки, он же номер восемь в списке кандидатов на любовь всей моей жизни. Он вертел головой, разглядывая магазин, словно впервые здесь оказался. Какое-то странное любопытство.

— Добрый день, лерейд Теаник!

— Добрый день, лерисса Маришка. Я бы хотел… — прищурившись, он попытался прочесть, что написано на одном мешочке со сбором. — Вот то средство, самое крайнее на полке, с красной ниточкой.

Я взяла требуемое.

— Вы уверены? — спросила я. — Это средство от пищевого расстройства.

— Да-да, это точно то, что мне нужно.

Он суетливо отсчитал семнадцать стинов, забрал мешочек и принялся с вертеть его в руках. Уходить не спешил, хотя, судя по его запросу, времени для промедления у него быть не должно.

— Ещё что-то? — спросила я. Меня ждали заказы, и задержка уже начинала раздражать.

Лерейд Чайник откашлялся.

— Да вот смотрю, раньше Стёфа травки просто в бумажку заворачивала. А сейчас вот так вот…

— Да, — не стала отрицать очевидное я.

Он ещё постоял, перекатываясь с пятки на носок.

— Что ж, тогда я пойду, хорошей торговли, — наконец-то попрощался он.

— И вам тоже хорошей торговли. И хорошего пищеварения.

Не успела я сесть за кухонный стол, как колокольчик опять зазвонил. К счастью, это вернулась Стёфа.

— Маришка, ты уже здесь? — обрадовалась она.

— Да, где ж мне ещё быть?

— Представляешь, сейчас столкнулась с лерейдом Теаником. Буквально столкнулась. Он шёл, вывернув голову на наш магазин, и налетел на меня.

— О! Странный он какой-то, — пробормотала я и подумала, что, пожалуй, вычеркну его из своего списка любовей. Что-то я поторопилась, когда его составляла.

И вообще, что это я записала в него всех подряд? Это же очень важный момент. Надо поднять планку. Разве в хоть одном любовном романе был главный герой с брюшком, как у Чайника, или таким обычным невыразительным лицом? Нет. Все как на подбор мускулистые красавцы. Если и были у них недостатки, то из серии: слишком смазливый, слишком накаченный, слишком гордый, слишком богатый, слишком избалован вниманием женщин. Нет, нужно срочно пересмотреть свой список.

Стёфа встала за прилавок, а я вернулась на кухню, чтобы спокойно доделать заказы.

— Стёф, помощь нужна? — спросила я, принеся в зал мешочки с приготовленными средствами.

— Нет, Маришка, посетителей почти нет, отдыхай, — сказала она.

Но покой мне мог только сниться. Я прихватила с кухни пирожок и отправилась в спальню.

Я старалась использовать каждую возможность адаптации в этом мире, в том числе чтение. Я уже смогла одолеть две нормальные взрослые книги, что было для меня настоящим подвигом. Словаря у меня, естественно не было, я сама записывала новые слова в тетрадь. Если что-то не понимала, то спрашивала у Стёфы, и она, как могла, растолковывала мне их, иногда разыгрывая целые представления. Оказывается, очень трудно, используя ограниченный словарный запас, объяснить, что значат такие, казалось бы, простые слова как, например, «терпение», «верность», «правда».