Чтение онлайн

– Простите, хозяин, простите, простите, я все уберу…

Джош выругался шепотом, его трясло.

– Встань. Сходи в ванную. Приведи себя в порядок. Можешь брать любое полотенце, любое средство гигиены. Я найду тебе одежду.

Он развернулся и вышел, понимая, что еще немного, и он начнет орать, ругаться и стучать кулаком об косяк.

Саманта ужом скользнула в ванную и замерла в растерянности. Ей было страшно даже прикасаться к белоснежной ванной, не то, чтобы в нее залезть, но хозяин позволил! Более того, приказал! Конечно, все это попахивает бунтом… но каким сладким бунтом! Она сбросила платье, отчего-то автоматически сунув и его, и белье в очиститель. Это вышло как-то само собой, хотя в домах хозяев таких устройств не было. За чистотой одежды следили специальные рабы. И программу она набрала тоже автоматически. Ошейник не возражал.

В огромной ванной можно было лежать. Можно было набрать пены. Можно было включить режим массажа водными струями, но Саманта только быстро сполоснулась под душем, схватив первый попавшийся тюбик. Только когда решила вымыть волосы, на мгновение задумалась, перебирая пузырьки. Волосы должны быть в идеальном состоянии, волосы – это ее достоинство, убеждала себя девушка, внимательно читая надписи. Выбрав что-то более-менее подходящее, она намылила свою гриву, перебирая пальцами пряди, массируя кожу головы и нагло наслаждаясь. Рабам не положено наслаждаться и чувствовать что-то не положено, но она бунтовала внутри и жмурилась от этого ощущения. Она все же не до конца сломлена!

Выбрала самое большое полотенце, замотала на голове тюрбан и, завернувшись в другое, вышла из ванной. Следы ее провала на полу были убраны. На миг ее кольнул ужас – а кто убрал? Робот, наверное. Представить себе хозяина, ползающего с тряпкой по полу, было немыслимо. На кровати лежала мужская футболка и мужские трусы. Видимо, никакой другой одежды здесь не было. Трусы спадали с нее, пришлось их отложить. А футболка… у Саманты вдруг руки затряслись, когда она развернула ее. Эту футболку она знала. Она сама ее купила в прошлой жизни. Купила… кому? Зачем? Когда? Этого она не помнила. И вообще, показалось.

Она села на кровать. Приказа выходить из спальни не было. Подскочила – разве можно сидеть на кровати! А можно ли вообще сидеть? Она снова топталась на месте, а потом внимательно (наконец-то!) вгляделась в лицо нового хозяина. Этого было делать нельзя. Ошейник крепко стукнул ее током, но оторвать взгляд она не могла.

– Джош? – с непередаваемым изумлением произнесла она. – Что ты здесь делаешь? Откуда?

Ошейник усилил разряд, по всем мышцам прошла волна боли. Она упала на пол, еле удерживаясь от воя, сжалась, прижимаясь лбом к коленям.

Саманта сидела на полу в углу, прикрыв глаза и откинув голову. Сквозь ресницы она украдкой наблюдала за мужчиной, который, матерясь сквозь зубы, пытался обнулить настройки ошейника. Смотреть на хозяина было нельзя. Прямо нельзя. А если так, что он не замечает, то, наверное, можно. Во всяком случае, током ее больше не било. От прошлого удара она всё же потеряла сознание, а очнувшись, помнила только, что случилось что-то важное, а что – непонятно.

Строго говоря, это был и не ток вовсе. Просто ошейник был настроен индивидуально, синхронизирован с чипом личности и воздействовал болевыми импульсами то ли на мозг, то ли еще как-то – она совершенно не разбиралась. Откуда-то она знала, что такое удар током. Это были явно не те ощущения. Ошейник мог даже регулировать степень боли в зависимости от проступков. При прямом нарушении приказа скручивало так, что можно было потерять сознание. При незначительных промахах импульсы были слабее.

Если Саманте удавалось побыть в покое, что было в доме рроу Кирау нередко, и просто посидеть неподвижно, то можно было вглядеться в себя и вспомнить, кто она такая. Вспомнить, что у нее был дом. Детство. Юность.

Муж.

Муж – это странно.

У Джоша зазвенел входящий вызов на комме. Он с ненавистью ткнул в кнопку и злобно уставился на круглое веселое лицо коллекционера.

– Рроу Да-Эдра, – защебетал Альдрос. – Я совсем забыл, что вы можете не знать! Рабам обязательно надо добавлять в еду специальное лекарство! Его можно получить бесплатно в любой аптеке по идентификационной карте. Не забудьте, это очень важно!

– Что за лекарство? – ровно спросил Джош, изо всех сил сжимая край пластикового стола. – Какова его функция?

– Это для послушания и спокойствия. Ну и чтобы замедлить работу некоторых участков мозга.

– А если его не принимать?

– Будут проблемы, – вздохнул коллекционер. – Может бунтовать, а то и хуже – из окошка выпрыгнет. Не рискуйте, прошу вас. Если пожелаете вернуть в социум – я ведь видел, вы эту девочку раньше знали – только под присмотром специалистов. Знаете, после рроу Дейдрэ женщины… в общем, не стоит так говорить, но они очень плохи. Самоубийство – это очень частая проблема.

Джош оглянулся на Саманту. То, что она смотрит на него, он чувствовал. Она до сих пор не узнала его, и это пугало. Разумеется, никакими веществами он пичкать ее не будет.

– Ты есть хочешь? – устало спросил квантр. – Или пить? Или в туалет? Вот что, я приказываю: если захочешь в туалет – сходи самостоятельно, – и, вспомнив инструкцию, добавил: В этом доме ванная одна. Ходи туда. Поняла? Вода в графине. Захочешь пить – нальешь себе. Внутри дома можно делать всё в разумных пределах. Сидеть везде, лежать везде. Вроде всё сказал. А поесть я приготовлю.

Денег у него оставалось совсем немного, он уже заказал для нее пару комплектов белья, со стыдом и угрызениями совести выбрав самые дешевые модели. Прежняя Саманта даже не взглянула бы на них. Этой придется немного потерпеть временные неудобства.

Но Саманта, когда он отдал ей белье, побелела, покраснела и упала на колени, прижимая свертки к груди, да еще руки целовать пыталась, и Джош все же не выдержал – позорно сбежал из дома и до вечера шатался по узким улочкам старинного города, а потом вспомнил, что есть ей не приказал. И вообще Саманта никогда ничего не готовила, и даже не представляла, что еда может появляться в виде набора продуктов. Выругавшись, квантр помчался домой, но на полпути замер, уставившись на афишу стриптиз-клуба. Там явно был изображен мускулистый красавчик с хвостом. Итак, первый из пропавших соотечественников найден. Осталось только дождаться денег и можно его вытаскивать. Если так пойдет дело – то и трех месяцев ему не понадобится. Быстро управится, быстро вернется и сдаст Саманту специалистам.

Сэм, оставшись в доме одна, откровенно запаниковала. Что ей делать, она не знала. Хозяйственным рабом она никогда не была, могла, конечно, вымыть посуду или вытереть пыль, но и всё. И на то нужен был приказ. От вынужденного безделья ей становилось физически плохо. Она снова пыталась вспомнить, кто она на самом деле такая, чем занималась раньше – до рабства, а еще знать бы, отчего услышанная фамилия "Да-Эдра" хлестнула ее, словно пощечина. От попыток вспомнить отчаянно разболелась голова – аж до тошноты. Ее и в самом деле стошнило, но легче не стало. Саманта прижалась головой к холодной стене и замерла, уже ни о чем не думая, а проваливаясь в какую-то пустоту.

Джош, найдя ее в таком состоянии, перепугался не на шутку. Саманта была очень горячей и тряслась, как в лихорадке. Квантр никогда не болел – да и с чего бы, он же мужик, и поэтому совершенно растерялся. На этой планете, где даже у врачей были рабы, он не понимал, кому можно доверять, а достучаться до кого-то из своих можно было только с задержкой во времени. Пришлось положиться на интуицию и воспоминания с курсов оказания первой помощи. Уложил ее в кровать, обтер лицо влажной тряпочкой, нашел в аптечке, которую он и не открывал никогда, универсальное жаропонижающее, растворил в воде и заставил выпить. Хорошо, что аптечка была военного образца, там не писали названия лекарств, точнее, писали, но мелко. А крупными буквами на упаковке было написано "болеутоляющее", "жаропонижающее" и так далее.