Чтение онлайн

Король высоко поднял бокал с вином, посмотрел сквозь него на солнце и залюбовался волшебной игрой света в хрустальных гранях. Только после этого он сделал глоток, и ему показалось, что напиток богов приобрел новые нотки вкуса.

После бокала хорошего вина, хрустящего круассана и доброй порции зрелого сыра с острым запахом его величество настроился на философский лад.

Он подал лакею знак, и на столе появилась еще одна бутылка. Сомелье в белоснежных перчатках продемонстрировал этикетку и плеснул напиток в другие — абсолютно прозрачные и гладкие бокалы, — чтобы знатоки, к числу которых принадлежал его величество, могли оценить все достоинства напитка, включая цвет и прозрачность.

У этого напитка была особая история.

А что может быть лучше после сытного завтрака, чем поделиться хорошей историей с внимательным слушателем? Король посмотрел на дочь и хитро прищурился. Принцесса помнила этот особый взгляд отца еще с детства, когда она была озорной маленькой девчушкой с огромными бантами, а «его величество» — просто «папа». И папа частенько рассказывал своей дочурке добрые старые сказки, обязательно со счастливым концом.

Принцесса тоже пригубила вина и приготовилась слушать.

— Известность — очень нелегкий труд, — его величество неспешно перекатывал на языке французские слова, словно сладкие виноградины. — Однажды во Франции, на одном из приемов, я познакомился с известным актером. Говорили, что он один из лучших. Кино я не смотрю, ты знаешь, предпочитаю книги, но, узнав его поближе, могу согласиться с этим суждением. Мы много говорили. Вернее, говорил он. Рассказывал о себе. Разные истории. Невероятно смешные…

Его величество рассмеялся, кое-что вспомнив. Нет, такие истории никак не подобает пересказывать в присутствии молодой девушки. Его мужественный подбородок задрожал, сминая золотистый шелковый шейный платок.

Принцесса тоже сдержанно улыбнулась. Но взгляд ее устремился куда-то далеко над плечом короля.

Там происходило нечто экстраординарное.

Аккуратно подстриженные кусты живой изгороди подозрительно зашевелились, охрана напряженно завертела головами, джип месье Ромболя тронулся с места.

Было похоже, что некто пытается нарушить королевский покой.

Принцесса Мария совершенно растерялась. Ей хотелось вскочить и помчаться бегом, чтобы узнать, что происходит. Но дворцовый этикет предписывал дослушать отцовский рассказ, да и вообще, всегда интересно, чем закончится хорошая история…

Высокий темный силуэт отделился от крыльца бокового входа и стремительно направился прямиком к лужайке, на которой изволил завтракать его величество. Глава королевской службы безопасности поспешил поднести к глазам бинокль и обнаружил… что по стриженому газону, со скоростью совершенно не позволительной для дамы такого возраста и положения, бежит старшая фрейлина собственной персоной.

Волосы придворной дамы были растрепаны, на лице читался неподдельный ужас, а к груди она прижимала большой бумажный конверт.

Даже мэтр Ромболь был заинтригован таким развитием событий. Он быстро отдавал команды, опасаясь, что преданная ему охрана может переусердствовать и задержать старшую фрейлину. В этом случае разразится грандиозный скандал, по последствиям сравнимый только с правительственным кризисом в нефтеносной державе.

Мановением руки месье Ромболь отправил свой джип к месту будущей баталии…

— Потом мы узнали друг друга лучше, — его величество наслаждался прекрасным вином, речь его лилась свободно и плавно: — Частенько он присылает мне в подарок свое вино. Насколько это позволительно, нас даже можно назвать друзьями… И, представь, я увидел, как ему тяжело! Он бывает самим собой лишь с очень немногими людьми и все время вынужден играть некую предписанную ему роль…

Его величество вынужден был прервать свою речь. Неподалеку происходило нечто, заставившее его замолчать.

Охранники перебегали с места на место, переговаривались по рациям, к старому вязу на достаточно большой скорости приближался джип месье Ромболя, а со стороны замка с девичьей прытью бежала старшая фрейлина.

— Ваше величество… ваше величество. — Запыхавшаяся придворная дама едва могла говорить и лишь протягивала монарху белоснежный конверт…

Ромболь уже выпрыгнул из автомобиля и тоже бежал по зеленой траве, намереваясь перехватить руку придворной дамы, и пытался привлечь внимание принцессы:

— Ваше высочество! Ваше высочество!

Но принцесса Мария проигнорировала предупреждение верного телохранителя. Она вскочила, опрокинув легкий плетеный стул, прикрыла глаза от солнца и пыталась разглядеть, что происходит возле высокой парковой ограды. С той стороны к ним во весь опор несся еще один гость…

Всадник на белоснежном коне.

Конь галопировал, и по мере его приближения становилось очевидно, что наезднику не хватает опыта. Он сумел лишь задать направление, а затем целиком вверил себя мудрому инстинкту животного, с усилием держась в седле. Всадник выглядел несколько неуклюже, но очень, очень романтично.

Принцесса Мария вскрикнула и побежала навстречу. Тонкая накидка из голубого шифона развивалась за ее спиной, как крылья бабочки! Казалось, еще один сильный порыв ветра — и девушка взлетит…

В результате такой непривычной светской активности охрана осталась без руководящих указаний, покинула посты и теперь металась по парку, не в состоянии решить, что же следует предпринять.

А мэтр Ромболь замер у королевского стола и наблюдал, как его величество извлекает из конверта стопку цветных снимков.

Фотограф запечатлел очаровательную улыбку девушки. Она болтала, танцевала, пила кофе, ела что-то немыслимое, курила, отважно дралась и тихо грустила у воды. Она улыбалась, выглядела беззаботной и счастливой, как лучик солнца в летний день, и на каждом снимке рядом с ней был высокий, стройный молодой человек с гладко выбритым черепом…

Его величество громко рассмеялся, даже не пытаясь держать себя в рамках приличий, расстегнул ворот рубашки, поднес один из снимков поближе к глазам и указал на молодого человека:

— Боже, так вот в чем причина грусти… — Он вытер выступившие на глазах то ли от смеха, то ли от радости слезы большим шелковым платком с вышитым королевским вензелем. — Моя бедная девочка…

Король, наконец, счел возможным отвлечься от снимков и обратить внимание на суету, царившую вокруг. Мужественный всадник, мчавшийся через парк на белом коне, был не кем иным, как молодым человеком с фотографий.