Чтение онлайн

— Ага, — кивнул я, — себя.

— Что? — захлопал глазами Павлентий и оценивающе сузил глаза, — Ну если ленточкой перевязать покрепче, то может хоть пар выпустит, а то все подушки уже в клочки разорвала.

— Меорам, — решил напомнить ему я о субординации, — я всё понимаю, дурной пример та ещё зараза, но не стоит тебе со мной общаться таким образом. Я и обидеться могу.

— Простите, — тут же подтянулся он, — Устал. Соображаю плохо.

— Вот, вот, — кивнул я, — потому думать буду я. Наливай эту свою чудо… э… варево в чашку и пошли.

Я прямо всю дорогу чувствовал, что парень хочет мне что-то сказать, но в итоге то ли сказать хорошего было не чего, то ли решил не лезть с советами, но в общем, промолчал. И это было правильно.

Я кивнул на дверь и забрал у него поднос с чашкой. Он тоже кивнул и осторожно постучал в дверь.

— Ирис? — негромко позвал он, и замок на двери щелкнул. Одними губами я прошептал «Свободен» и вошел внутрь вместо него. Картина мне предстала удручающая. Ирис лежала на диване, а вокруг были хаотично навалены книги и какие-то альбомы. Пустые чашки и действительно, разодранные подушки.

— Ирис? — тоже негромко позвал я, и тут же получил на себя злобный взгляд.

— Пошел вон! — довольно грубо, но очень однозначно ответила она и отвернулась.

Я вздохнул и поставил чашку на столик.

— Ты хоть выслушай.

— Да что ТЫ мне можешь сказать? — презрительно фыркнула она, даже не повернув головы, и я снова вздохнул. Брат крутился рядом, но молчал.

— Мал, — начал я и почувствовал, как напряглась Ирис, — Он вернулся. Из камня.

На мгновение повисла тяжелая тишина, а потом Ирис села и упёрла в меня не менее тяжелый взгляд.

— Куда вернулся? — сузила она глаза, — Я что-то всё еще тебя вижу!

— Ему обратно в тело пока нельзя, — попытался я сделать то, что попросил брат.

— Почему? — она вопросительно кивнула.

— Просто нельзя, — прозвучало глупо, и я решился, — Ирис, помнишь, при нашем первом разговоре я попросил тебя подыгрывать? — она даже не подумала пошевелиться, но я всё равно продолжил, — Вот сейчас именно такой случай. Всё в силе. Просто верь мне.

— Тебе? — она изобразила подобие улыбки, но вышло так себе, — Да ты даже себе всё время врешь.

И всё же она поверила, потому что я заметил, как она активировала «истинное зрение» и осторожно обследует комнату.

— Он… — хотел подсказать я, но она закончила сама, глядя прямо на Мала.

— Слева от тебя. Вот же чёрт! — потерла она лоб и снова посмотрела в нашу сторону, теперь уже на меня, — Ну, допустим. А когда будет можно?

— Скоро, — я подошел к ней ближе и протянул чашку, — Пока горячее.

Она отхлебнула и приглашающе кивнула на кресло. Я спихнул с него на пол книги и сел.

— Как? — снова спросила она, отпивая. Я не сразу сообразил, что она не про способ возвращения Мала в тело, а про способ его возвращения из камня.

— Я не расскажу это как он, — отвел я глаза, — Но когда ты нашла Асире, в тебе было столько эмоций. И в нём тоже, потому что он видел, был рядом, но помочь не мог. Его желание выбраться стало бесконечным, а когда камень упал на пол, что-то ослабило заклинание и он смог его окончательно разбить изнутри.

— Понятно, — кивнула она и сделала ещё глоток, — и он согласился?

Я снова не сразу понял, о чём она, но брат весьма услужливо подсказал:

— С тем, что ты всё еще занимаешь моё место.

— Нет, — я вздохнул, — у него просто не хватило сил, чтобы меня выкинуть отсюда, а потом. Потом я ему всё объяснил, и он согласился с моими доводами.

— Но мне объяснить ты ничего не хочешь, — поморщилась она и встала.

— Не «не хочу», а не могу. Это разные вещи, — старался я сделать голос мягким.

— Ирис это правда, — подлетел к ней брат, и я прямо почувствовал его боль от того, что он хочет прикоснуться, но не может, — нам надо работать вместе и тогда я вернусь.

— Ты опять скажешь, что вру, но Мал…

— Согласен с тобой? — снова не дала она мне закончить, — Я слышала, — она вздохнула и снова потерла лоб, — Почему всё не может быть просто? Столько с вами мороки.

— Слышала? — удивился я.

— Ирис. Ирис! — тут же заорал ей на ухо брат, сияя от счастья, — Я тут рядом. Я всегда был рядом.

— Конечно, слышала. Я же мастер усилений, — поморщилась она и добавила уже не мне, — И прекрати уже шуметь. Тем более что ты не совсем тут, — брат резко замолчал, весьма недовольный её реакцией, — И да, я всё ещё тебя люблю. Просто перегорела и не способна сейчас на сильные эмоции.

— Любимая. Я так много хочу тебе рассказать. Ты такое чудо! Теперь я могу быть рядом с тобой и мне не нужен брат! — вот зато Малу эмоций явно хватало с избытком. Копил, пока в камне сидел? И вот это «не нужен», между прочем, крайне обидно.

— Сначала он, — кивнула мне Ирис и снова села на диван, — ведь не только о Мале пришел рассказать. А скорее наоборот, решился на такое, потому что считал что-то ещё крайне важным.

— Да, — кивнул я, прикидывая, что именно рассказать сначала, — Ты знала, кто такой на самом деле зверь твоего Асире?

— Отчасти, — поморщилась она, — в отличие от остальных исполнительный его договор не совсем договор, это скорее соглашение. Ратур одалживает свою силу, помогает, дарит долголетие, в обмен на возможность почти всё время быть рядом. Так что большая часть сил, которые он дает на это и уходит. Он любопытен и наблюдателен. И у него есть ограничение, он не может выполнять поручения…, — она задумалась, — Как бы сказать. Которые исходят под радостными эмоциями? Так, наверное, — она снова задумалась, — Его первый контрактник был очень добрым, и сила Ратура рядом с ним так и не смогла проявиться должным образом. Зато прожил этот человек очень долго. Почти триста лет. А вот с Асире…. — она недоговорила и замолчала.

Тогда уже я передал ей историю крылатых рыцарей, ну естественно умолчав про дерево. Мал выругался, причем именно на меня, за то, что слышит такое первый раз.

— Это многое объясняет, — кивнула Ирис, — и Чифу понять уже проще. Но, зачем им именно я?

— Ратур сказал, что считает тебя дочерью, но думаю дело не в этом, — я решил и свои догадки тоже высказать, хотя и понимал, что они очень неприятные, — У тебя душа человека, а живешь ты уже пятьсот лет.

— И что? — всё еще непонимающе смотрела она на меня.