Все напоминает о тебе
Шрифт:
Рогожин некоторое время думал.
– Честно сказать, я и сам точно не знаю. Мне тебя жалко. И еще забавно наблюдать за тобой.
Я откинулась на спинку стула, вздернув брови.
– Жалко и забавно?
– Ага.
– Прекрасно.
Я взяла вилку и начала есть, он изредка на меня поглядывал, улыбаясь краем губ.
– Какие у тебя планы?
– поинтересовался у меня.
– Кстати, почему ты не работаешь?
– Меня выгнали.
Илья рассмеялся.
– Только не говори, что твой любовник и сюда руку приложил.
– Нет, не он. Это твоя соседка.
– А с ней вы что не поделили?
Помолчав, я мысленно махнула рукой.
– Я устраивала выставку Гарри...
– Тому художнику, который погиб?
– Да. А она была его спонсором.
– Не продолжай. Даме не пришлось по душе, что ты трахаешься с ее протеже. Она, наверное, и сама не прочь?
– Она же замужем.
– Кого это когда останавливало? К тому же, я не замечал между супругами особой теплоты. Уверен, ее муженек ходит на сторону регулярно. Кстати, он явно из тех, кто предпочитает одну стабильную любовницу, может, тебе переключить внимание на него?
– Спасибо за совет. Короче, дамочка обещала показать мне все прелести бытия, ну и постаралась на славу.
– Какая у тебя насыщенная жизнь.
Илья встал и отнес тарелки в мойку, я поднялась и подошла к стойке, он бросил на меня взгляд.
– Что еще?
– У меня к тебе одна просьба.
Илья усмехнулся.
– Не много ли просьб?
– Мне нужна помощь.
– А я, что, Чип и Дейл? Ладно, - он поймал мой взгляд, - что на этот раз?
– Мне нужно попасть в мастерскую Гарри.
– Зачем?
Я неопределенно покачала головой.
– Кое-что проверить.
– А в чем проблема?
– У меня нет ключей, а квартира опечатана.
– И ты предлагаешь мне вскрыть замок?
– Рогожин вытирал руки, глядя на меня с усмешкой. Я пожала плечами.
– Я не знаю, как это делается.
– А я, по-твоему, знаю?
Я снова неопределенно пожала плечами, он усмехнулся, качая головой.
– Что ж, это даже интересно. Хорошо, давай скатаемся к твоему художнику.
– Сейчас?
– А что? Отличное время. Большинство на работе, и свет зажигать не надо, в комнатах светло.
– Хорошо, я только переоденусь.
– Я двинула в комнату, но тормознула.
– Раз уж я остаюсь у тебя, я могу занять комнату, в которой ночевала?
– Считай, она твоя.
Кивнув, я взяла одну сумку из холла и прошла в комнату. Прикрыв дверь, переодела футболку, достала фотографии, где мы запечатлены с Гарри, выбрав самую приличную, сунула в сумочку. Рогожин ждал меня в холле.
Мастерская была недалеко, пешком минут пятнадцать, но мы поехали на машине. Правда, бросили ее за квартал и дальше пошли пешком. Возле дома Гарри никого не было, я открыла подъездную дверь, мы поднялись на последний этаж. За эти дни ничего не изменилось. Илья, окинув взглядом вокруг, вытащил из заднего кармана джинсов обычные перчатки, из тех, что используют строители, натянул их, потом достал набор отмычек. Я делала вид, что ничего не замечаю, хотя комментарии так и лезли в голову. Вскоре в замке что-то щелкнуло, Илья аккуратно отклеил бумажку, и мы зашли внутрь. Он тихо закрыл дверь и прислушался. Стояла тишина.
– Я разуюсь, а ты оставайся в обуви, ты ведь без носков, - шепнул он мне, я кивнула.
– И постарайся ничего не трогать. Я понимаю, что твоих отпечатков здесь достаточно, но все же. Куда сначала?
– По коридору налево до конца, - кивнула я, и мы двинули туда. Дверь в мастерскую была прикрыта, Илья толкнул ее, и мы оказались внутри. Она была девственно чиста, даже те наброски, что валялись в прошлый мой приход, исчезли, видимо, их забрал Шавровский.
– А парень, кажется, был талантлив, - хмыкнул Рогожин, оглядываясь.
– И что ты планировала тут найти?
Я бросила взгляд на стену напротив окна, она была бела и пуста. Я все-таки прошла к окну, правда, встала сбоку, чтоб не привлекать внимания, достала фотографию и осмотрела помещение, исходя из ракурса. Выходит, камера висела на противоположной стене ближе к двери. Этот угол был забит картинами и всяким хламом, так что спрятать ее там было легко. Вопрос только, кто это сделал?
– Ничего себе, - я так задумалась, что не заметила, как Рогожин приблизился и заглянул через плечо. Я хотела убрать фотографию, но он ловко выдернул ее из моих рук.
– Повезло парню, ничего не скажешь, - хмыкнул, попялившись, я забрала фотографию.
– Значит, вы развлекались с ним на этом подоконнике, а в это время вас снимала камера. Это была его идея?
– Откуда я знаю, - поморщилась я.
– То есть ты не в курсе? А откуда у тебя фотография?
– Фотографии подбросили моему...
– я запнулась, не зная, как назвать Андрея.
– Я понял. Интересно. Фотографии? Их было несколько?
– Целая стопка.
– Запечатлен весь процесс?
– Да.
Рогожин забрал у меня фотографию, я думала, опять начнет пошло высказываться, но он сказал:
– Я думаю, это была видеокамера, а фотографии делали со стоп-кадров. С видео меньше возни, и камеру можно найти свободно в открытом доступе за небольшие деньги. Я имею в виду камеру необходимого размера. Значит, ты не думаешь, что твой художник решил запечатлеть процесс на память?
– Не думаю, - я забрала фотографию и убрала в сумку, - иначе откуда видео оказалось у того, кто его подкинул?
– Тут я подумала о Наталье. Она унесла картины Гарри, что, если она обнаружила камеру, и, просмотрев пленку, решила мне отомстить таким образом? Тогда выходит, она знает о нас с Андреем. Ее поведение, как мне казалось, не указывало на это. Думаю, она бы меня на куски разорвала, просто из чувства собственничества. Но если не она, то кто?
– Выходит, кто-то следил за тобой?
– высказал Илья следующую мысль.
– Или за моим мужчиной. А за мной приглядывал. И когда появилась возможность подгадить, он ее не упустил. Это больше похоже на правду. Следить за мной некому, я, знаешь ли, вела спокойную размеренную жизнь, пока не вляпалась во все это дерьмо.
– Такое часто случается, когда связываешься с теми, о ком толком ничего не знаешь.
Я бросила на него быстрый взгляд, подумав: а чем, собственно, я сейчас занимаюсь? Переехала на квартиру к парню, который купил у меня машину. Кстати, это все, что я о нем знаю кроме его имени. Поймав мой взгляд, Илья усмехнулся.
– Я так понимаю, ты сюда приехала в поисках камеры?
– Была надежда. Но не оправдалась.
– Может, стоит осмотреть остальные комнаты?
– Зачем?
Рогожин пожал плечами.
– Может, найдешь что-нибудь интересное.
– Менты тут дважды все перерыли.
– Я думал, менты предполагают, что это самоубийство.
– По крайней мере, такой была первая версия. Что они думают сейчас, мне неизвестно.
– А откуда сомнения?
Я бросила на него взгляд, подумав, сказала: