Все напоминает о тебе
Шрифт:
Андрей влепил мне пощечину, правда, несильно. Потом грохнул по столу кулаком и повторил:
– Ты спишь с кем-то еще?
– А если да?
– я тоже повысила голос. Некоторое время мы смотрели друг на друга, потом Андрей отошел к столу и оперся на него, складывая руки на груди.
– Кто он?
Я усмехнулась, качнув головой.
– Кто он?
– повторил Андрей.
– У меня нет постоянного парня, такой ответ тебя устроит?
– То есть ты трахаешься со всеми подряд?
– Ты все равно с презервативом, так что ничего не подцепишь.
Он подошел и грохнул по столешнице с двух сторон от меня так, что в ушах зазвенело.
– Сколько их у тебя? С того момента, как мы встречаемся, сколько их было?
Я немного помолчала, раздумывая, и сказала:
– Двое.
Андрей вытащил виски, налив полстакана, выпил залпом и вернулся ко мне.
– Я не хочу, чтобы ты спала с кем-то кроме меня.
– Как же ты мне запретишь?
– усмехнулась я, складывая на груди руки. Он вдруг схватил меня за горло и заговорил спокойно и безэмоционально:
– Узнаю, что ты с кем-то трахаешься, оторву голову обоим. Поняла меня? Ты моя, и я не собираюсь делить тебя с кем бы то ни было.
Он меня отпустил, да и держал несильно, скорее, запугивал, но я все равно обозлилась. Он выпил еще виски, потом подошел и стал целовать, руки его поползли по моему телу, он резко развернул меня спиной к себе, и мы занялись сексом, причем таким страстным, какого у нас, пожалуй, не было с того самого перового раза. После я сидела на кровати, закутавшись в простыню, и пила вино, Андрей вернулся из ванной и сел рядом со мной.
– Что я буду иметь с этого?
– поинтересовалась я. Он посмотрел, нахмурившись.
– Ты просишь меня отказаться от личной жизни ради тебя. Но что я буду иметь с этого?
Он рассмеялся, потерев лицо руками.
– Как же я все-таки попался на твою удочку?
– он посмотрел на меня.
– Что, Алиса, удалась твоя провокация?
Усмехнувшись, я закатила глаза.
– Думаешь, я так далеко метила?
– Скажешь, нет?
– Нет.
Андрей забрал у меня бокал и поставил на тумбочку, стянув простыню, навалился сверху. Поцеловав, сказал:
– Будь мне верна, и я обещаю, что ты ни в чем не будешь нуждаться.
И мы каждый сдержали свое обещание. Вскоре я переехала в эту квартиру, мы стали встречаться два раза в неделю, он давал мне деньги, покупал украшения и шмотки, к окончанию института подарил машину. Я легко устроилась в нашу галерею, и карьера моя двигалась уверенными шагами вперед. Справлялась я хорошо, мне было интересно устраивать выставки. Я отработала там год и подумывала о своей галерее, будучи уверенной, что в один прекрасный день получу ее. Требовалось от меня немного: блюсти верность и держать наши с Андреем отношения в тайне. Стараний для этого прикладывать не приходилось, и я была уверена, что вытянула счастливый билет, который принесет мне удачу на всю жизнь. Пока в один прекрасный день в нашей галерее не появился Гарри Ставровский.
Он был начинающим художником двадцати семи лет, среднего роста, с темными курчавыми волосами, ярко-зелеными глазами и обворожительной улыбкой, которая сопровождала его речь. Но главное, конечно, это невероятная харизма. Если бы у него не было своих средств для проведения выставки, я бы выбила ему бесплатные места, чего бы мне это ни стоило, но по счастью, спонсор у него имелся, а потому дело пошло бойко. Надо сказать, я не осталась обделенной его вниманием. Он на меня так смотрел, что я порой сбивалась под его взглядом. В тот день я показывала ему зал, где мы планировали провести выставку (это было спустя неделю после его первого визита), когда он вдруг перебил меня:
– Я хочу тебя нарисовать.
Замерев на мгновенье, я усмехнулась.
– Нарисовать?
– Да. Ты божественно красива. Такие черты лица, взгляд, а эти губы, - и он провел по моим губам указательным пальцем. Некоторое время мы так и стояли: его пальцы на моих губах, мы смотрим друг на друга, потом я отклонилась назад.
– Спасибо за комплимент, - сказала, кашлянув.
– Ты придешь?
– Куда?
– не поняла я.
– Ко мне в мастерскую. Сегодня с восьми я буду ждать, - он сунул мне визитку и направился к выходу, - а зал отличный, - добавил, на мгновенье повернувшись ко мне и бросив еще один пронзительный взгляд.
До вечера я пыталась выкинуть из головы дневной инцидент, но так и не смогла. После работы достала визитку и прочитала адрес. Мастерская была недалеко - минут пятнадцать пешком. Андрей сегодня не приедет, почему бы и не сходить? Несмотря на флирт со стороны Гарри, я не собиралась бросаться в его объятья, но следовало признать: за эти годы он был чуть ли не единственным мужчиной, который заставил меня... не волноваться, нет, но вспоминать о нем.
Тем не менее, отправляясь к нему, я почувствовала волнение. Открыв дверь, Гарри улыбнулся.
– Ты пришла. Проходи.
– Ты живешь на чердаке?
– заметила я, разуваясь.
– Мне надо много места под мастерскую, а квартиры нынче не так дешево стоят. Чердак меня вполне устраивает.
Я прошлась по территории: одна комната переделана под кухню, есть ванная с туалетом, еще одна комната - спальня с брошенным на пол матрасом, наспех застеленным постельным бельем. Остальное пространство занимала мастерская, в ней все было завалено холстами, бумагой, красками, мольбертами. Картины висели на стенах и валялись на полу.
– Мило, - сказала я, оглядев ее с порога, повернулась и очутилась в объятьях Гарри. У него были горячие губы и очень нежные руки. Я отстранилась не сразу.
– Я не за этим пришла, - заметила ему, он улыбнулся.
– Я знаю. Просто не смог удержаться. Как только я тебя увидел... У меня снесло крышу, я ни о чем не мог уже думать, таскался в галерею с вопросами, которые выдумывал по дороге. Хотел увидеть тебя.
Он наклонился к моей шее и провел по ней носом, вдыхая.
– Как ты пахнешь. Ты неземная.
Он смотрел мне в глаза, и я не знаю, что на меня нашло. Мы начали целоваться, оказались в его спальне, а дальше я уже не могла соображать.
Я одевалась, а он наблюдал за мной, сидя на матрасе и прислонившись спиной к стене.
– Сколько тебе лет?
– спросил меня, я усмехнулась.
– Боишься, что я несовершеннолетняя?
Он улыбнулся.
– По сексу видно, что ты совершеннолетняя, но ведь ты еще совсем девчонка.
– Мне двадцать четыре. Просто я выгляжу молодо.
Он снова улыбнулся. Встал на колени и обнял меня за бедра, я к этому моменту уже оделась. Гарри смотрел на меня, подняв голову, и улыбался.