Чтение онлайн

— Чему ты улыбаешься?

— Хочу и улыбаюсь. Долбанашкам мож…

— Молчать, — не дает он мне договорить.

Максим гладит тыльной стороной ладони мое лицо, ведет вниз, чуть касаясь кромки лифчика. Тут же приподнимает меня, заводит свои руки мне за спину и мастерски расстегивает застежку. Стягивает с меня бюстгальтер и отшвыривает в сторону. Смотрит на мою грудь и улыбается, а мне почему-то безумно хочется его ударить. Боже, я точно долбанутая. Только хочу потянуться к нему руками, как он перехватывает их и одной рукой прижимает к кровати. Где-то это уже было, чертов любитель контроля. Пока внутри себя я негодую, он припадает к моей груди и ласкает сосок, покусывает, тут же зализывая языком. Я неосознанно закидываю голову назад и прикусываю нижнюю губу, когда он отпускает мои руки и сжимает мою грудь, перекатывая между пальцами соски. Никогда бы не подумала, что смогу кайфовать от таких простых действий. Открываю глаза, когда прекращаю чувствовать на своей груди прикосновения Максима. Он стягивает с меня оставшееся на мне белье и вновь начинает рассматривать мое тело. А вот от этого я совсем не испытываю наслаждение. Все-таки лежать вот так голой при ком-то это непривычно. Я инстинктивно сжимаю ноги, но Максим не позволяет мне этого, разводит их коленом и накрывает своими пальцами мою плоть. Ласкает меня, задевая клитор, пристально смотрит, ловя мою реакцию. Господи, а мне, в который раз хочется его стукнуть. Пока он продолжает исследовать мое лоно пальцами, я уже неконтролируемо сжимаю пальцы ног, хочется свести бедра, и как ни странно, прижать Максима к себе. Он как будто читает мои мысли и наклоняется ко мне, вновь целуя в губы. Закидываю руки ему на плечи и сильно стискиваю их, когда он чуть проникает в меня пальцем. Сжимаюсь, но Максим все равно продолжает ласкать клитор, доводя меня до сумасшествия. Низ живота приятно тянет, его движения умелыми пальцами доводят меня до экстаза под грохочущие удары собственного сердца. Я не успеваю прийти в себя, витаю где-то в облаках, краем глаза вижу, как Максим стягивает с себя боксеры и тянется рукой к полке. Достает оттуда упаковку с презервативом, быстро надрывает ее, достает презерватив и натягивает на член. Так же быстро приподнимает меня под попу и резким толчком врывается в меня.

Тут же вскрикиваю и прихожу в себя, отрезвляемая болью. Напрягаюсь и закусываю губу, чтобы не дай Бог не издать еще хоть один звук и не расплакаться. Максим замирает, но не выходит из меня. Глубоко дышит и утыкается мне в шею.

— Ты… ты… Почему не сказала?! — со злостью произносит он, поднимая на меня взгляд.

Глубоко дышу, пытаясь забыть о боли. Сейчас все пройдет, как-то же это терпят.

— Замолчи и продолжай, — кое-как выдавила из себя.

— Ну ты и… слов нет.

— Долбанашка.

На мою реплику накрывает мои губы своими. Быстро целует, как будто припечатывает.

— Расслабься, — шепчет мне в губы. — Не своди так ноги и не сжимайся.

Аккуратно толкается в меня и начинает неспешные движения. Наверное, надо отдать ему должное, вряд ли ему в кайф сейчас сдерживаться, но он это искренне пытается сделать. Не знаю сколько прошло времени прежде чем я немного привыкла и уже не испытывала боли. Как только Максим почувствовал, что я больше не сжимаюсь, начал активно наращивать темп, более не сдерживаясь.

— Прости, не могу больше, — хрипло шепчет мне на ухо, продолжая двигаться во мне.

Еще несколько сильных толчков, и он кончает, падая на меня. Но тут же приподнимается на одной руке и выходит из меня, перекатываясь на спину. Закрываю глаза и пытаюсь перевести дыхание. Почему-то совершенно не хочу на него смотреть. Чувствую, как он приподнимается с кровати, а я одной рукой на ощупь натягиваю на себя простынь и сжимаю на груди. А что собственно дальше? Боже, какая нелепость. Ощущаю, как кровать прогибается и чувствую на своей коже его дыхание.

— Может ты уже откроешь глаза? — хриплым голосом произносит Максим, перебирая пальцами мои волосы.

— Не хочу.

— А придется. Беседа-то будет длительная и очень интересная.

Только не это, так и хочется крикнуть — иди ты в задницу со своими беседами, получил, что хотел, вот и радуйся, но нет, я все же продолжаю молчать, но глаза все-таки открываю. Поворачиваю голову на бок и смотрю на Максима, который по-прежнему перебирает мои волосы, облокотившись одной рукой на кровать. И улыбается, гад. Ну улыбайся, пока улыбка позволяет. Вдруг понимаю, что уже очень давно звонит телефон и явно не мой.

— У тебя трубка трезвонит.

— Перебьются, — а жаль. Хоть бы ушел и на звонок ответил. Музыка на секунды прекращается, а потом вновь начинает играть.

— Ответь.

— Твою мать, ну что за люди, — вскакивает с постели, достает из джинсов телефон и отвечает на звонок.

— Да, — грубее, чем надо отвечает Максим. — Какой объект?!

Вот и отлично, голозадый недопринц, потрынди, меня-то ты уже оприходовал. Выходит из спальни, не прикрывая за собой дверь. Вскакиваю с кровати, не замечая неприятных ощущений между ног и быстро натягиваю трусы. Дома вымоюсь, скорее бы отсюда уйти. На лифчик не хватает времени, быстро надеваю платье и выхожу из спальни. Господи, спасибо, в гостиной и прихожей его нет. Поднимаю босоножки, беру сумочку, пихаю туда лифчик и тихо выхожу из квартиры. Перевожу дыхание и иду к лифту. Нажимаю на кнопку и створки лифта тут же открываются. Спускаюсь вниз, а у самой слезы на глазах. Ну и зачем я это сделала?! Дура! Ушла, блин, первой. Точно долбанутая, еще и в этом платье белом. Господи, надеюсь еще не заляпала его.

Выхожу на улицу, а тут полным ходом льет дождь. Блин, ну не к сестре же идти, со словами впусти помыться и переночевать, я тут пару минут назад девственности лишилась. Бред какой-то. Выхожу из-под козырька подъезда и ступаю на асфальт. Не сахарная, не растаю. Иду вперед, под огромными каплями дождя, надеюсь не кислотного, и понимаю, что мне жутко холодно. Скорее бы дойти до остановки. Не успеваю перейти дорогу, как меня тут же хватают за руку.

— Ты с ума что ли сошла?! Совсем чокнулась? — стою и смотрю на него, совершенно не зная, что произнести. — Язык проглотила, когда надо говорить?

— Отстань от меня! — пытаюсь вырвать руку, но Максим только крепче меня сжимает и ведет обратно в сторону своего подъезда.

Со злостью открывает дверь и буквально вталкивает меня внутрь.

До сегодняшнего дня я был уверен, что больше она меня ничем не удивит. Больше недели тесного общения с Наташей дали мне адаптироваться к ее болтливому языку. Вот уж не думал, что говорить ей не придется, чтобы ввести меня в состояние сродни шока. Девственница! Ну это просто немыслимо и никак не укладывается у меня в голове. Так не бывает! Все мои умозаключения по поводу маленькой стервы потерпели фиаско. Ладно бы решила подороже продаться, но нет, я точно знаю, что сегодня или завтра она планировала помахать мне ручкой.

Ложусь обратно на кровать, облокотившись на одну руку. Моя «опытная» мадам уже натянула на себя простыню, крепко сжав ее маленькими кулаками, зажмурив при этом глаза. Беру прядь ее волос и начинаю легонько перебирать.

— Может ты уже откроешь глаза? — молчит, по-прежнему вся зажатая.

— Не хочу.

— А придется. Беседа-то будет длительная и очень интересная.

Не знаю, как для нее, а меня прям прет узнать подробности. Как с такими внешними данными в двадцать один год она до сих пор девочка. Хотя уже не девочка. Да, наверное, внутри себя я сейчас ликую. Чего греха таить, всегда приятно быть первым во всем и везде. Наконец, видимо, больше не в силах ощущать мой взгляд, Наташа открывает глаза и поворачивается ко мне.

— У тебя трубка трезвонит.

— Перебьются, — да и вправду где-то звонит мой телефон, плевать, потом перезвоню. Но телефон просто не замолкает, казалось бы, вот кто-то перестал трезвонить и на тебе опять.

— Ответь.

— Твою мать, ну что за люди.

Встаю с кровати, беру джинсы и отвечаю на звонок.

— Да, — почти рявкнул в трубку.

— Макс, у нас на объекте ЧП.

— Какой объект?! — выхожу из спальни, не закрывая за собой дверь, и иду в гостевую комнату.

Пока мой зам мне что-то долго рассказывает о каком-то происшествии, меня просто охватывает бешенство. На хрена мне заместитель, который звонит мне вечером в мой выходной?!

— Игорь, — пытаюсь говорить спокойно и не скатываться в бабские истерики. — Ты взрослый мальчик и должен делать так, как гласит инструкция. Не получается по ней, делай так, как считаешь нужным, но, чтобы все было сделано чисто. Не тупи, просмотри камеры. Только внимательно. Если наша вина — заплатим. Больше не грузи меня.