Чтение онлайн

Он протер глаза.

– Ли… Лили?

Я раздраженно фыркнула.

– Да уж, не граф Монте-Кристо.

– Кто?

– Забудь, - отмахнулась я.
– Лучше придумай, как мне незамеченной пробраться в Хогвартс в кабинет к Дамблдору.

– Так в чем дело, - неожиданно развеселился он.
– Я там теперь работаю.

– Правда? Отлично. Смоем пойти сейчас.

Северус со вздохом посмотрел на очередь.

– Ну что ж, пошли.

Мы вышли из лавки. Я уже было пошла в направлении Хогвартса, но Северус совершенно неожиданно для меня свернул в сторону Сладкого Королевства.

– А туда нам зачем?
– теперь пришла моя очередь удивляться.

– Там проход к статуе одноглазой ведьме. А ты не знала?

– Никому никогда не узнать все тайны Хогвартса.

– Точно.

Аккуратно отведя глаза продавцу, мы вошли в подвал. Отодвинув потайной ход, мы вошли в пустой темный промозглый туннель.

– Как тут мерзко, - вздрогнула я.

– Зато идти быстро.

* * *

Я со всего размаха ударила кулаком об стол.

– ЧТО ЗНАЧИТ «ЗАЩИТА КРОВИ»? ДА ВЫ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ЭТА ДУРА ОТЕКЛАСЬ ОТ МЕНЯ! И ВЫ, ВЫ, АЛЬБУС, НАПРАВИЛИ К НЕЙ МОЕГО СЫНА!

– Лили, успокойся, - Дамблдор предусмотрительно отошел на три шага от разъяренной ведьмы.
– Мне это показалось самым надежным…

– Не желаю ничего слышать! Она живет там же? Я пошла!
– и я, громко хлопнув дверью, понеслась в Хогсмит.

Разговор в кабинете Дамблдора оказался сложным - мало того, что он отправил моего сына к Петунии, так еще они и Сириуса засунули в Азкабан! А ведь старый маразматик лично делал защиту на Петтигрю.

В завершении, я потребовала от него чеков на все выдержки из сейфа Поттеров - так как он был магическим опекуном моего сына, старик имел доступ к одному из наших сейфов. Гоблины очень помогли мне с составлением этого приказа.

Вбежав на главную площадь магической деревни, я, не задерживаясь, отправилась на Тисовую улицу. Вначале заберу от Петунии сына, потом освобожу Сириуса.

Чертов маразматик!

* * *

Я аппатировала недалеко от своего бывшего дома, в котором теперь обитала Петуния с семьей.

– Ну здравствуй, сестренка, - коварно ухмыльнулась я и нарочито медленно распахнула дверь.

Увиденное было для меня шоком - хотя я преполагала, чего можно рыдать от «любимой» сестрички.

Посередине комнаты стояла ее сестра и орала на маленького мальчика, который все норовил забится в угол. На вид ребенку было не более шести лет. Вот Петуния поднялась и залепила ребенку пощечину. Мальчик даже не зарыдал - из его глаз просто покатились крупные, как горох, слезы.

– Петуния Кристиана Дурсль!
– от моего крика, казалось,вздрогнули все стены в этом доме.
– Какое право ты имеешь так поступать с моим сыном?!

Петуния медленно обернулась.

– Лили?
– прошептали ее разом одервеневшие губы.

– Да! Я, как видишь, - съязвила я, - жива и здорова!

Гарри смотрел на меня глазами полными слез. Мне до смерти захотелось убить эту женщину - мой ребенок был одет в старое тряпье, на худом личике ясно виднелись следы побоев.

– Ты... моя мама? Ты пришла со мной?
– надежда в голосе крошки приводила в божественный трепет.

– ДА!
– сорвалась на крик моя сестра.
– Да, это твоя ублюдочная мать! Доволен? Выметайтесь отсюда. иначе я вызову полицию.

– Поздно, - раздался до боли знакомый голос за спиной женщин.
– Я уже это сделал. Как ты думаешь. Петуния, будет ли правоохраниттельным органам узнать как на самом деле живет твой племянник?!
– Северус Снейп подошел к оцепеневшей женщине и приложил свою палочку к ее лбу.
– Легиллиментс!
– в то же время он повернулся ко мне и немного потеплевшим тоном добавил.
– Simul.

Совместный просмотр, значит... Я подошла к Северусу, и вовремя - мы провалились в воспоминания моей сестры.

Вот она находит сверток на своем пороге. Я закипаю от гнева - моего ребенка подбросили сестренке, как бутыль с молоком!

Вот его первый выброс стихийной магии - он превращает просроченный кефир (убью Петунию!) вбутыль со свежим молоком. Как видно дальше, молоко получил сын Петунии - Дидли, Дудли... Дадли!

Вот мой мальчик избитый ночует... в чулане под лестницей? Там матрас? О, Мерлин, не говорите мне, что эта с* * * использовала эту старую кладовку для проживания малька!

Воспоминаний было много. Очень много. Просмотрев остальные, я готова убить ее!

– Лили, успокойся. Приехали полицейские.
– Северус потащил меня к стражам порядка. К моему удивлению, за нами увязался Гарри. Он прилип к моим джинсамэ обнимая их изо всех своих сил.

– Здравствуйте, господа. Чему обязаны вызовом?
– вежливо начал один из них. «Брайн Стелл» значилось на его бейджике.

– Господин... Стелл, у нас тут вышла такая ситуация...
– я напрямгла мозг. «Думай, Лили, думай! Мы обязаны придумать достоверную историю...» - Мы хотим обвинить Петунию и Вернона Дурсль в непростительному отношению к ребенку.

– Погодите минутку, - остановил нас полицейский. Он взял рацию и передал сигнал.

– Прием, Кэти! Нам тут нужен социальный детский психолог! Свободна? Да, записывай, - страж порядка продиктовал координаты места. Сосдеи уже стали любопытно на нас поглядывать.

– Кем вы приходитесь ребенку?
– поинтересовался Стелл.

– Матерью. Без малого пять лет я находилась в тяжелой коме, опекунство временно перешло к моей сестре, Петунии Дурсль.

– И вы обвиняете их в плохом отношении к ребенку? На каких основаниях?

– Они часто били ребенка - любой нормальный медик это подтвердит. Они плохо его кормили, одевали в обноски, заставляли выполнять непосильную для него работу и унижали, - методично перечислил Северус увиденное нами в мыслях Петунии.

Ко двору подъехала еще одна машина. Из нее вышла девушка лет двадцати пяти и отправилась к нам.

– Социальный психолог Кэтрин Джонс к вашим услугам. Чем могу помочь?

Я перечислила все обвинения еще раз. По мере продолжительности девушка все больше краснела от гнева.

– Немыслимо!
– перебила она меня.- Этих ужасных людей нужно немедленно лишить родительских прав!

– Именно это мы и собираемся сделать, - сухо добавил Северус.

Тем временем мы приняли решение отправить Гарри и Дадли (мало ли чего!) в Госпиталь. Я настояла на отправке с ними, в то время как Северуса под видом свидетеля отправили в полицейский участок.

– Мама, мамочка, - Гарри теснее прижался ко мне. Дадли громко заржал.

– Что, нюни распустил, ненормальный?

Я вскипела.