Чтение онлайн

— Присмотри за костром, старина, — сказал он и последовал за остальными.

Робби обернулся, изучающе вгляделся в гаснущее пламя. По ветке текли зеленые и голубые ручейки — этакие призрачные струи. «Соль», — растолковал мальчикам Леонард, но Робби не верилось в это объяснение. Откуда Леонарду знать такие вещи? Робби нахмурился, взял пригоршню песка и швырнул на пламя. Оно тут же исчезло, точно проглоченное углями.

Робби вполголоса выругался. Допил пиво, встал, побрел неверным шагом к воде. Луна скрылась за облаками, но вдали в волнах отражалось смутное сияние цвета умбры. Робби уставился на горизонт, напрасно выискивая хоть какие-то признаки жизни — огни теплохода или самолета; потом повернулся, взглянул в одну сторону, в другую.

Ничего. Даже костер погас. Он встал на цыпочки, попытался заглянуть за высокую дюну, увидеть пальмовую рощу и их бунгало. Ничегошеньки — все поглотила ночь.

Снова обернулся к океану. Волны лизали его босые ноги. Что-то обожгло щеку — песок, принесенный ветром? Нет, скорее всего, москит. Робби повел рукой, сгоняя москита… и остолбенел.

В воде то скручивались, то раскручивались, слепя глаза, лучезарные спирали. Темно-темно-фиолетовые — почти черные, — и изумрудное пламя, выжигающее зрачки, и кобальтовая синь, и пунцовый пожар. Робби встряхнул головой, отшатнулся. Совладал с ужасом. Осмотрелся по сторонам.

Никого — он тут один. Робби снова взглянул на океан: все те же огни, плавают у самой поверхности, сворачиваются и разворачиваются в каком-то ведомом только им ритме.

«Как машина», — подумал он. Как подводная волновая электростанция. Правда, что ли, электростанция? Нет, чушь какая-то. Он растер лицо руками, пытаясь протрезветь. Нечто подобное он однажды видел ночью в Оушен-сити: морская живность, разъяснил тогда Леонард, планктон или, похоже, медузы, ну, которые сами собой светятся. Тогда они обкурились и вбегали в воды Атлантики, и катались на волнах: просто так, без досок, и любовались, как тянутся за ними полосы зеленоватого сияния.

Робби набрал в грудь воздуха и прошелся по мелководью, ударяя пятками по волнам. Остановился. Огляделся — может, он и сейчас взметнул облако света?

Темнота плескалась, облизывала ноги почти до колен; там, где он мутил воду, — никакого сияния. Но в нескольких ярдах дальше огни продолжали сворачиваться калачиком под водной гладью: десятки космических туманностей размером с кулак, беззвучные и размеренные, как его собственный пульс.

Он смотрел на них, пока голова не заболела, — пытался разобраться, что же это такое. Свет не рассеянный, на фосфоресценцию не похоже. Огни не плавают наподобие медуз. Словно бы приклеены к одному месту и совсем близко от него — только руку протяни.

Но он никак не мог сфокусировать взгляд: чем упорнее силился, тем больше огни плясали, точно оптическая иллюзия или картинки в какой-то головокружительной компьютерной игре.

Так он простоял минут пять, если не дольше. Ничего не менялось. Он начал потихоньку пятиться на берег. Потом развернулся и заковылял по песку, через каждые несколько шагов останавливался, оглядывался через плечо. Огни горели, хотя теперь казались всего лишь тусклым желтоватым свечением.

До дома он домчался бегом. В окнах темно. Ни музыки, ни света.

Но табачный дым он почуял и вышел по его следу на террасу, где у перил стоял Леонард.

— Леонард! — подскочил к нему Робби и огляделся в поисках Зака и Тайлера.

— Они спят в доме, — пояснил Леонард. — Тут слишком холодно.

— Послушай, тебе надо это увидеть. На пляже… там огни. Не на пляже, в воде! — Он схватил Леонарда за руку. — Ну… пойдем же!

Леонард раздраженно оттолкнул его:

— Ты пьян.

— Какое там пьян! Ну да, согласен, немножко выпил. Но я ж тебе серьезно говорю — гляди сам!

И указал на темную череду волн за пальмами и дюнами. Теперь желтое сияние припорошили серебряные блестки. Точно извилистая дорога, уходило оно к горизонту, сужаясь и пропадая. Леонард вытаращил глаза, но тут же обернулся к Робби:

— Идиотище! Это же луна!

Робби поднял глаза. Действительно, четвертушка лунного диска посверкивала золотом в прорехах облаков.

— Нет, не луна, — запротестовал он, сам понимая, что голос у него не только хмельной, но и надрывный. — Огни были в воде, не на воде!

— Биолюминесценция. — Леонард вздохнул, выбросил окурок и направился к двери. — Иди спать, Робби.

Робби хотел было на него наорать, но взял себя в руки. Облокотился на перила. В висках стучало. Перед глазами плавали фантомные кляксы света. Голова кружилась. Хотелось плакать.

Он зажмурился; заставил себя дышать размеренно, соединить стук в висках с воспоминанием о призрачных водоворотах, о миниатюрной галактике, расцветающей под водой. Через минуту снова открыл глаза. И ничего не увидел, кроме обнаженных ножей в лунном сиянии — пальмовых листьев.

Спустя несколько часов он проснулся на диване, с ощущением, будто во лбу торчит острый топор. По полу полз серый свет. Передернувшись от холода, Робби безуспешно поискал одеяло, застонал, привстал.

Эмери мыл что-то под краном на кухне, совмещенной с гостиной. Он покосился на Робби, многозначительно приподнял со стола кофейник:

— Душа принимает?

Робби кивнул. Эмери передал ему кружку с дымящимся кофе.

— Который час?

— Восемь, начало девятого. Ребята и Леонард час назад пошли на улицу. Похоже, дождь собирается. Погода подложила нам свинью. Может, все-таки успеем до дождя запустить эту леталку…

Робби отхлебнул кофе:

— Семнадцать секунд. Леонард мог бы просто подбросить ее над землей.

— Да, у меня тоже была такая мысль. А что с тобой стряслось вчера ночью?

— Ничего. Перебрал маленько.

— Леонард сказал, ты упился до зеленых чертиков.

— У Леонарда невысокая планка. Я просто… расслабился.

— Что ж, теперь расслабляться некогда. Я ему сказал, что подниму тебя на ноги и к восьми мы придем на пляж.

— Я даже не знаю, какая моя задача. Я кто — оператор?

— Гм. Оператор я. Ты с камерой обращаться не умеешь. И вообще, камера моя. Ребята заведуют ветрозащитой и… это самое… реквизитом. Подают Леонарду все, что нужно.

— Да? И что же такое ему надо подавать? — скривился Робби. — Большое дело — аэроплан игрушечный! Он случайно не с дистанционным управлением? Вот это была бы хорошая мысль, кстати.

Эмери подхватил футляр с видеокамерой:

— Пошли. Можешь таскать штатив, годится? Или ребята будут передавать тебе нужные вещи, а ты их — Леонарду.