Чтение онлайн

Едва произнеся это, он бросился бегом вниз, свернув пару раз на ступеньках, ведших на нижний ярус трибун, потом проделал какой-то сложный фортель, проскользнув, как мне показалось, и вовсе через подземный этаж, и вынырнул из мрачного подземелья уже у края беговой дорожки.

Девушка как раз пронеслась перед нами, и я еле успел проводить ее поворотом головы, поскольку за то время, пока мы спускались, она здорово разогналась. Я теперь с трудом представлял, как юноша собирается нас познакомить, потому что остановить такое, просто сказав «привет», представлялось делом безнадежным.

Однако молодой механоид, даже не поведя бровью в момент приближения красотки, пересек беговую дорожку поперек и в довольно скучной манере потрусил по антитравматичному покрытию основной части стадиона, предназначенной для командных игр. Озадаченный его маневром, я принялся крутить головой, пытаясь высмотреть установленный тренерский островок или другое место, откуда принято просить летящего спортсмена прервать тренировку.

Но вот мы перебрались через поле, форсировали беговую дорожку еще раз, и я, следуя за радостным знаком внимания юноши, наконец разглядел цель нашего похода: в темноте укромного кармашка под трибунами оказалась оборудована зона со странными тренажерами, больше напоминавшими комплекс для реабилитации спортсменов после травм.

Там угловато и грузно, мелкими движениями перебирая руками по параллельным перилам и еле подтягивая неестественно сведенные ноги, двигалась не по погоде тепло одетая девушка с некрасивым лицом. Нос выдавался приплюснутым мячиком, огромные карие, почти черные, глаза немного косили. Переносица и щеки были так густо усыпаны темными веснушками, что мне сначала показалось, что у нее на лице крупно перфорированная вуаль. Волосы, похоже оставшиеся этим утром немытыми, выбились из-под шапки и торчали во все стороны.

– Ну вот, – улыбнулся мой странный приобретатель, осторожно показав меня ей на ладонях, а затем устроив у себя на плече, – вот, это наш новый член команды. Господин чайный дракончик, это Кейрра, вы будете для нее работать. Она большой молодец.

– Здравствуйте, – улыбнулась мне девушка, задав своими зубами арифметическую задачку о стоимости выравнивания.

– Эй, рада тебя видеть, – послышался вместе с легким дуновением холодного ветерка голос остановившейся рядом спортсменки. Красавица, посмотрев на моего дурачка с некой долей робкой надежды, спросила: – У тебя ведь сегодня выходной? Может, ты хочешь перекусить или…

– Нет, я занят сегодня, извини, – быстро и не сказать чтобы ласково сломал мою стройную картину мира паренек и, не удостоив вниманием еще немного задержавшуюся рядом прелестницу (у которой, к слову, прекрасными оказались и лицо, и голосок), горячо обратился ко мне: – Ваша задача будет заключаться в насыщении ликры для Кейрры особым способом для того, чтобы ей помочь. Мы будем пробовать, пока у нас не получится.

– Что?! – мгновенно отрезвев, я даже подался назад. – Так, детишки, я не хочу вас расстраивать, но чайные дракончики не предусмотрены для насыщения ликры для других живых существ, и присоединение клапаном к механоиду может оставить меня без чайного признака! Это тянет на…

– Я знаю, – поспешно перебил меня юноша, но я еще поспешнее перебил его:

– Понимаю, ты влюбился, со всеми бывает, но у нее же генетический порок! Даже силой любви это никак не лечится! Никогда!

– Я знаю, – повторил молодой механоид, а я от этой странной нервирующей ситуации расправил свои декоративные крылья, пытаясь в порядке самозащиты выглядеть внушительней:

– Я доложу обо всем в Центр! Меня отнимут, а тебя накажут!

Парень захотел взять меня в руки, но я не дался, вовремя растопырив гребень воротника и вздыбив хребтовый.

– Но вы даже не знаете, в чем дело! – неловко повернув голову и скосив глаза, чтобы меня видеть, попытался оправдаться паренек, и в этом спорить я с ним не стал:

– Да! Именно! Я ничего о тебе не знаю!

– Так я же хочу о себе рассказать!

– Я даже имени твоего не знаю!

– Я вам представлюсь!

– Но это ничего не изменит!

– Тогда почему вы из-за этого на меня кричите?!

Не найдясь с ответом немедленно, я выдохнул и вынужденно попробовал начать разговор заново:

– Дружок, просто верни меня с этого парада абсурда назад, в мой мир! В нормальный мир нормальных механоидов, которые нормально пьют хороший нормальный чай! Верни, пока никто не пострадал, и я обещаю – я никому не скажу о том, что ты хотел со мной сделать!

– Успокойтесь, вы выглядите смешно, – резко осадил меня низкий женский голос, явно принадлежащий голему.

Я обернулся на звук и увидел чайную драконицу, величаво выскользнувшую из-под воротника залившейся краской и трясущейся от страха и стыда дурнушки. Драконица расправила декоративные шейные крылышки, интонационно припечатав меня:

– Вы выглядите жалко. Стыдно смотреть, какими предстают чайные дракончики через ваши ужимки и истерики.

– Кто вы такая? – тихо осведомился я, наклонив морду и сделав шаг вперед по плечу моего нового хозяина.

Силуэт драконицы, ее характерно вытянутая морда, фирменный рельеф крылышек и четырехпалая лапа позволяли определить, что сделали ее на заводе «Оттенки вкуса» – небольшом, но знаменитом предприятии, расположенном на равнине Латунная Чаша, названной так из-за обилия солнечных дней, а значит, застроенной насытительными городками. Этот завод специализировался на дракончиках и машинах для мороженого.

– Я воспитательница юной Кейрры, – с ледяным высокомерием процедила моя новая знакомая.

– И чему вы ее учите? – спросил я не менее холодно.

– Быть чайным дракончиком, – получил я ответ.

– Хорошо, – согласился я как-то сразу, тут же, не думая вообще ни о чем, кроме разве что места и обстоятельств, при которых я ударился головой и впал в кому, где мне снится этот странный сон, – хорошо, тогда я, конечно, вам помогу. Без сомнений! Можете во всем на меня рассчитывать.

Вернувшись в обиталище уныния и пристанище всяких печалей, где мне теперь предстояло жить, я неожиданно для себя крепко уснул. Мне следовало, наверное, разработать план побега, следовало… да чего там, о, Сотворитель, разрабатывать – просто добраться до ближайшей ликровой заводи и дать знать, что со мной обращаются дурно. Ну или сначала обезопасить себя, вызвав курьера, который отнес бы меня в Центр, и вот уже там сообщить, во всеуслышание заявить о вопиющем нарушении правил моего содержания.