Чтение онлайн

Наталья Коршунова не находила себе покоя в отцовском доме. Ей сильно нездоровилось. Бабы ее жалели — кто по-настоящему, кто притворно, и все изводили своим любопытством. Парни на улице говорили вслед грубые слова, разнося слухи, будто Наталья сама своим бесчестным поведением вынудила Григория бросить ее. Не выдержав этого, молодая женщина на Пасху решила покончить с собой и, уединившись в сарае, кинулась на косу.

Астахов, когда застал Мелехова на охоте, захотел поговорить с ним. Степан долго не мог найти слов, и Григорий решил, что тот намерен драться. Но Степан сказал, что в этот раз бить не станет и вообще связываться с ним больше не намерен, вот только при случае убьет. Григорий ответил, что не боится Степана, хотя на самом деле был немного напуган встречей с ним. На вопрос Астахова об Аксинье Гришка сказал, что она по бывшему мужу не скучает, и поскакал вслед за хозяином.

Только когда Аксинья ходила на шестом месяце, она рискнула признаться Григорию, что беременна. Она с жаром заверяла, что ребенок от него, а не от Степана. На это Мелехов как-то сухо отвечал, что воспитал бы и чужого. Его отношение к Аксинье стало напряженным и отчасти отчужденным. Срок уже подходил к концу, а женщина по-прежнему ходила на разные работы. Во время покоса у нее начались схватки. Перепуганный Григорий, утешая Аксинью грубыми окриками, спешно повез ее с поля. Но не успел: женщина разрешилась прямо в телеге.

Настало время Григорию отправляться на службу на четыре года. Старый генерал, хозяин, напутствовал молодого казака наказом служить исправно, как отец и дед, которых весьма уважал. Проводить сына приехал Пантелей, которому было как-то неловко в присутствии Аксиньи. И все же он счел своим долгом дать сыну седло и мундир, которые хранил для него. Смягчился Пантелей и к Аксинье, когда узнал, что она родила девочку лицом точь-в-точь в Мелеховых. Сама Аксинья плачет, жалуется на жизнь, говорит, что трудно ей будет четыре года без Григория. Когда Пантелей с сыном покинули Ягодное, разговор зашел о Наталье. Отец рассказывает, как ее отходили и как она живет теперь. Григорий сухо отвечал, что к жене не вернется — не может бросить ребенка. Пантелей вновь засомневался, что ребенок от Григория, чем сильно взволновал сына. Прибыв в станицу Вешенскую, Григорий прошел медосмотр, показал коня ветеринару, сдал взятые с собой вещи офицерам для проверки. Командование зачислило его в армию, в 12-й полк.

Попытка совершить самоубийство отдалила Наталью от родных, и она вернулась к свекру, который принял невестку с радостью. Отец велел Дуняшке написать Григорию письмо и сообщить о переезде Натальи. Григорий отвечал уклончиво, писал он вообще редко. Вместе со своим полком он находился на русско-австрийской границе. С фронта поступали тревожные новости: будто австрийцы собираются идти на Москву. На хуторе тоже было неспокойно. Следователь вновь нагрянул к слесарю Штокману — на сей раз с обыском. Местным властям удалось выяснить, что Штокман состоит в партии социал-демократов (РСДРП). Его арестовывают.

Остановившиеся в местечке Радзивиллово казаки изводились скукой и роптали на службу, на издевательства вахтмистров. Григорий держался, вахтмистру спуску не давал. Однако доставалось от того крепко, а затем Григорию случилось сделаться врагом едва ли не половине взвода. Казаки поймали местную кокетку Фроню и стали насиловать ее, а Григорий хотел помешать этому, но не сумел: его жестоко избили и пригрозили убить.

Старый Пантелей с семьей на сенокосе. Изнывая от жары, люди не оставляют работы. Вдали показался конник: он быстро пронесся мимо косцов, словно предвестник несчастья.

На хуторе суета, власти объявили мобилизацию. Атаман успокаивает народ тем, что войны не будет, а казаков созывают для острастки австрийцев. Однако вскоре становится ясным, что война все-таки началась — война, которую впоследствии назовут Первой мировой. О ней твердят все газеты. Казаки отправляются на фронт.

Полк Григория отправили в город Ровно. Во время похода казак узнал, что суета командиров не случайна — будет война. Один из однополчан спросил Григория, не боится ли тот, на что Мелехов ответил отрицательно. Офицеры в предчувствии опасности стали снисходительнее к солдатам, сблизились с ними. Вскоре казаков бросили в бой. Мелехов близко увидел противника и смерть, сам убил врага, испытывая к нему непонятное чувство.

Петро Мелехов и Степан Астахов оказались в числе казаков-второочередников, призванных в ходе мобилизации. Квартируя у какого-то старичка, эти казаки разговорились с хозяином, прошедшим русско-турецкую войну 1877–1878 гг. Дед дал совет, как выжить на войне: не брать чужого, не трогать женщин, читать молитву. Все, кроме Степана, стали переписывать молитву, которую отыскал им старичок. Степан начал было подтрунивать над казаками, но дед его пристыдил.

В армии происходили изменения: полки укрупнялись, из тыла привозили еще людей. Среди казаков ходили слухи о предстоящем высшем смотре. Высший смотр и действительно состоялся. На нем солдатам было объявлено о начале войны с Германией. Казачьи части по распоряжению командования погружали в эшелоны.

Дни на фронте проходили в переездах с одной позиции на другую или в жестоких сражениях с немцами. В одном из таких сражений отличился Астахов. Степан поехал на войну, чтобы за общим горем забыть о своем собственном. Как-то ему удалось убить офицера и тем самым обратить немцев в бегство. Потом Астахов увел своих с поля боя и довел до поста.

Подвиг Степана остался незамеченным — вся слава досталась Крючкову, любимцу командира сотни. Поначалу тот стыдился незаслуженной славы, но потом по совету офицеров сделал свою известность способом заработать: остаток войны провел в тылу, получая награды за то, что его посещали знатные господа и дамы, сочувствовавшие ему и восхищавшиеся его «смелостью».

На исходе августа полк Григория стоял на отдыхе под Лешнювом. Сюда же прибыло подкрепление с Дона. Среди множества казаков Мелехов узнал своих бывших соседей, а потом отыскал в толпе и брата. Искупавшись в реке, братья разговорились — о домашних, о жизни на хуторе. Григорий пожаловался на «нутряную боль» из-за того, что пришлось убить человека. Когда братья шли от реки, им встретился Астахов. Степан поздоровался с Григорием и сказал ему, что крепко о нем помнит, намекая на скорое отмщение.

Проезжая мимо места недавних боев, Григорий Мелехов, посланный связным, нашел убитого казака, у которого обнаружил личную тетрадь. В ней покойный (звали его Тимофеем) описал свой недолгий роман с некой распутной дамой Елизаветой Моховой и фронтовую жизнь.

Григорий знакомится на фронте с Чубатым, который учит его разным боевым приемам и наставляет быть жестоким к врагу и вообще к людям. Григорий заметил, что кони боятся Чубатого. Жестокий казак не нашелся, как это объяснить, и согласился с Мелеховым, что у него вместо сердца камень. Казаки взяли «языка»-австрийца. Отвести его в штаб взялся Чубатый. Потом выяснилось, что австриец убит, якобы при попытке к бегству. Григорию захотелось застрелить Чубатого: Мелехов ни на миг не поверил этому человеку, любившему кровь.

Вскоре казаков собрали в боевом порядке и повели в атаку. Григорий Мелехов напряг все силы и бросился в гущу сражения. Он атаковал венгерского офицера и сумел одолеть его. Однако кто-то ранил Григория в голову, и казак потерял сознание.

Евгений Листницкий, сын старого генерала, с началом войны принял решение ехать на фронт. Ему хотелось подвига во имя российской монархии. Службу в Петрограде Листницкий оставлял без сожаления, поскольку убедился в полнейшем отсутствии патриотизма у столичных гвардейцев. Уже на фронте он повстречал врача, который убежденно сказал, что Россию ждет поражение по вине бездарного командования, и привел в доказательство пример из своей службы: он несколько дней оставался без работы на одном участке фронта, тогда как был необходим сотням раненых на другом. Листницкий, пообщавшись с казаками, убедился, что доктор был прав, отчего испытал необъяснимое отвращение ко всем вокруг.