Чтение онлайн

Глава 11

— Ты же прекрасно понимаешь, что вам нужно побыть какое-то время в больнице. Вас обследуют, чтобы убедиться, что с вами всё в порядке. Вот тогда я с чисто совестью заберу вас, и ты со своей малышкой окажешься дома. И больше не заводи об этом разговора!

— Я тебе это ещё припомню! — отозвалась я и обиженно отключила телефон.

В этот момент ко мне в палату подселили ещё одну мамочку с её ребенком и мне стало только более дискомфортно от всего происходящего сейчас со мной. Посреди ночи, когда наши малыши спали и соседка тоже смачно захрапела, я стала тихо плакать, роняя слёзы в подушку, мечтая лишь только чтобы побыстрее прошло время и оказаться дома, где не будет посторонних людей.

Палата казалась мне бесконечно чужой, а стены, словно сжимались, подтверждая каждое моё сомнение. Я слушала храп соседки, его ритм становился всё громче, и, кажется, вместе с ним нарастали мои страхи от того, как же дальше будет продолжаться моя жизнь, ведь я теперь не одна. Мне теперь есть о ком заботиться кроме самой себя любимой.

Тишина ночи нарушалась только детским сапом и редкими шорохами в коридоре, плачем других новорожденных детей. Я вновь подумала о том, как непередаваемо приятно будет вернуться со своей малышкой домой, где каждый уголок наполнен новыми игрушками, мебелью, а главное тишиной.

Слёзы продолжали катиться, оставляя тёплые следы на подушке. Но в этот миг я просто обязана понимать, что эти чувства неизбежны. Это часть моей личной дороги, и я справлюсь с её выкрутасами. Я стёрла слёзы со своих щёк, вдохнула глубоко и попыталась вырваться из этого замкнутого круга тревог. Нужно просто ждать. Долгожданный финал был близок, и я не позволю ничему его затмить.

И на самом деле, отогнав от себя все плохие мысли, прислушиваясь к рекомендациям медиков, я выполняла все их требования и указания. По прошествии трёх дней, нас выписали из больницы. На пороге роддома меня ожидал сюрприз в виде моих близких и родных людей, которые тут же меня окружили огромной толпой, забрали у меня из рук ребёнка и пакет с вещами, взамен всучив многочисленные букеты, которые я еле держала в своей охапке.

Я смеялась сквозь слёзы, ощущая тепло их объятий и заботу, которая окутала меня, словно мягкий плед. Счастье переполняло меня, несмотря на усталость. Мой маленький ангел, который теперь был со мной уже не внутри меня, напоминал мне о том, ради чего стоит бороться и преодолевать все трудности. Я знала, что впереди нас ждали новые испытания, но в этот момент мне было достаточно просто быть рядом с ними.

С каждой минутой моё сердце наполнялось радостью и вселенским счастьем. Я вела приятную беседу, слушая истории о том, как они провели время в ожидании моего возвращения. Мне нравилось задумываться о том, как мы будем расти и развиваться вместе. Это стало источником вдохновения — нового моего пути, будучи полноценной молодой мамой.

Постепенно жизнь возвращалась в своё привычное русло. Я чувствовала, как мир вокруг меня наполняется теплом и нежностью. Каждый день стал чем-то новым и необычным в нашей общей истории с дочкой, и я была готова писать её собственными руками, несмотря на страхи и неопределённости.

В первый вечер после роддома со мной осталась мама. Но через пару-тройку часов я поняла, что хочу остаться совершенно одна со своим ребёнком. Мне нужна была идеальная тишина. Я не хотела никого видеть рядом с собой. Я просто хотела отдохнуть. Мама скрепя сердцем согласилась со мной и ушла.

Но долго моё личное уединение не продлилось. Ко мне явился собственной персоной Валерий Михайлович.

— Тебе что нужно? — сходу спросил я.

— Пришёл тебе немножко помочь. Хочешь ты этого или нет, но я буду с тобой в этот вечер, а возможно и всю ночь.

— Ты дебил? — спросила я тут же в ответ будучи в полном возмущении.

— Спасибо, милая моя начальница. В твоём остроумие я не сомневался. Но хочешь ты этого или нет, я никогда не уйду! — ответил моя правая рука.

Я почувствовала, как моё раздражение нарастает. Валерий Михайлович всегда умел перебивать момент уединения. Он уселся на стул рядом с кроваткой, будто это его законное место.

— Ты совершенно не понимаешь, что мне нужно, — сказала я, оттолкнувшись от подушки. — Я хочу тишину, покой, не хочу никаких разговоров, никаких посторонних шорохов.

Он хмыкнул и продолжил сидеть, словно был невидимкой. Я попыталась закрыть глаза, но вскоре его присутствие стало мне невыносимо ощутимым.

— Ладно, — наконец сдалась я. — Если ты уж так настаиваешь, можешь помочь. Но отойди, пожалуйста, чуть подальше. Я просто хочу немного подумать.

Валерий Михайлович улыбнулся, но я увидела в его глазах понимание. Он не задавал больше вопросов и, может быть, в этом его манера помогать мне, была самой ценной. Я вздохнула, затем посмотрела на свою малышку. Действительно, важно было не просто быть одной, а быть понятой в своих чувствах.

Чуть позже я поняла, что дико хочу есть, но понимала, что мой холодильник девственно чист. Такс, и что же мне делать? Время уже весьма позднее…

Я свернулась калачиком на диване, пытаясь решить свою проблему. Вспомнив о ближайшем магазине, который работает круглосуточно, я вздохнула с облегчением. Валерий Михайлович, заметив мою задумчивость, подошел ближе.

— Хочешь, я съезжу за продуктами? — спросил он, поигрывая ключами от своей машины.

Я колебалась. С одной стороны, это предложение казалось щедрым, с другой — я не хотела обременять его. Но затем мысль о пустом холодильнике снова накатила на меня.

— Да, пожалуй… это было бы здорово, — наконец призналась я, чувствуя, как напряжение покидает меня.

Он улыбнулся и быстро собрался, заручившись моими пожеланиями, которые я записала на листке бумаги. Когда он вышел, в комнате стало немного тише, и я вновь ощутила ту волнующую свободу — возможность побыть в своих мыслях, пока он заботится о моём желудке. С момента нашего знакомства это был первый момент, когда я ощутила, что на самом деле не одна.

Я устроилась поудобнее на диване, обложившись подушками и укрывшись пледом. Мысли о том, что Валерий Михайлович так заботится обо мне, постепенно вытесняли тревогу. Каждый миг, проведённый вместе с ним, приносил успокоение, и я начала анализировать, что же на самом деле меня беспокоит.

Внешний мир казался столь далеким и непривлекательным, когда внутри меня развивалась эта новая, яркая эмоция — счастье быть мамой. Я снова вспомнила о своих мечтах, которые, казалось, за давили бытовые сложности: продолжить учёбу, найти себя. И почему-то именно сейчас, в тишине, эти мысли стали неистощимыми и сильным стимулом в продолжении своей жизни в своей новой роли.

Вернувшись к реальности, я посмотрела на часы и поняла, что Валерий отсутствует уже довольно долго. С каждой минутой моё сердце наполнялось ожиданием, и я ловила себя на мысли, что хочу видеть его. Не только как заботливого друга, но и как человека, с которым мне интересно работать и просто разговаривать обо всём и ни о чём.

* * *

По работе меня не дёргали в течении первого месяца жизни моей малышки, а вот после празднования этой маленькой даты, мне пришлось практически переехать вместе с ребёнком на работу. Мне в кабинете организовали место так, чтобы я в любой момент могла покормить дочь и уложить в новенькую люльку, которая стала просто необходимым атрибутом в рабочей обстановке.

Первый рабочий день выдался очень тяжёлым. Сотрудники поначалу с шумом заходили в кабинет, каждый раз будя моего ребёнка. Но чуть позже по всему офису разнесли весть, что босс вышел на работу вместе с ребёнком, и уже заходили ко мне тихонько, приоткрыв дверь и шёпотом задавая вопрос: «Можно ли зайти?».