Чтение онлайн

— Ты забудешь меня.

Энджи помрачнела, в ее глазах заблестели слезы. Она подошла к Лорен и, обняв ее, с горячностью произнесла:

— Никогда!

Лорен отстранилась первой. Объятие не утешило ее, напротив, она почувствовала себя еще более одинокой. Она прижала руку к животу и ощутила шевеление ребенка. Она уже собиралась предложить Энджи сделать то же самое, но тут в комнату вошел Дэвид.

Ее грусть улетучилась в ту же секунду. Она не останется одна после того, как отдаст ребенка. У нее будет Дэвид.

— Ты потрясающе выглядишь, — сказал он и поздоровался с Энджи.

Лорен радостно улыбнулась, хотя и не поверила его словам.

— Я кажусь себе огромной, как дом.

Дэвид рассмеялся:

— Я люблю дома. Между прочим, я подумываю о карьере архитектора.

— Ах, хитрюга, что же ты раньше молчал?!

Дэвид обнял ее за плечи, и они отправились на кухню за блюдами. По дороге он рассказал ей все школьные сплетни. К тому моменту, когда Мария пригласила всех на задний двор, где была поставлена арендованная белая беседка, украшенная шелковыми розочками, у Лорен заметно улучшилось настроение, и она от души смеялась.

В беседке стояли Конлан — на нем были черные джинсы и черный пуловер — и отец О’Хэлиан в сутане.

Под звуки песни Нэта Кинга Коула «Незабываемая» Энджи шла по мощеной дорожке. На ней был белый пуловер рельефной вязки и белая легкая юбка, ветер развевал ее длинные темные волосы. В руках она держала одну белую розу.

Лорен с восторгом смотрела на нее. Энджи, поравнявшись с девочкой, нежно улыбнулась ей. Их взгляды встретились, и Лорен мысленно произнесла: «Я тоже тебя люблю».

Это безумие…

Энджи протянула Лорен розу и двинулась дальше.

Лорен смотрела на розу и не верила своим глазам. Надо же, даже сейчас Энджи думает о ней!

— Видишь, как тебе повезло, — прошептала она малышу, поглаживая живот. — Она будет твоей мамой.

И вдруг ей нестерпимо захотелось разрыдаться.

Мария твердо решила, что Энджи нужно научиться готовить. Было утро понедельника, когда она заявилась к дочери с большой картонной коробкой, полной продуктов. Никакие возражения не остановили ее.

— Ты снова стала замужней женщиной. Ты должна вкусно кормить своего мужа.

Стоявшая в дверях Лорен тщетно сдерживала смех — уж больно забавно звучали протесты Энджи.

— Над чем ты смеешься? — грозно осведомилась Мария, уперев руки в бока. — Ты тоже будешь учиться. Вы, обе, идите переодевайтесь. Чтобы через десять минут были здесь.

Лорен побежала наверх, сняла фланелевую ночную сорочку и надела черные легинсы и футболку с эмблемой «Бульдогов» школы «Фиркрест». Когда она спустилась вниз, Мария внимательно оглядела ее с ног до головы. Лорен покорно ждала, когда осмотр закончится, и робко улыбалась.

— Что мне делать? — наконец спросила она.

Мария подошла к ней и, качая головой, цокнула языком.

— Тебе не по возрасту такие грустные глаза. Ты слишком юна, — с сожалением проговорила она.

Лорен не нашлась что на это ответить.

Мария достала из коробки фартук и подала его Лорен.

— Надевай.

Лорен выполнила указание.

— А теперь иди сюда.

Мария принялась выкладывать продукты на стол. Когда на кухню пришла Энджи, одетая в джинсы и футболку, на разделочном столе высилась гора муки и стояла металлическая миска с яйцами.

— Паста, — уныло заключила Энджи.

В течение следующего часа они работали бок о бок. Мария учила их, как сначала надо в горке муки проделать углубление, разбить туда яйца, затем осторожно замесить тесто, но так, чтобы оно не было слишком крутым. Пока Лорен училась раскатывать тесто в тонкие листы, Энджи сходила в гостиную и включила музыку.

— Так будет веселее, — сказала она, танцующим шагом вернувшись обратно на кухню.

Мария подала Лорен специальный круглый нож:

— А теперь нарежь тесто на полоски дюйма два шириной.

Лорен нахмурилась:

— Я могу все испортить, пусть Энджи попробует.

Энджи рассмеялась:

— Ага, как будто я не испорчу.

Мария ласково потрепала Лорен по щеке.

— А знаешь, что будет, если ты ошибешься?

— Что?

— Ты соберешь тесто в комок, раскатаешь его и еще раз попробуешь.

Лорен взяла нож и принялась резать тесто. Она делала это с величайшей тщательностью, словно проводила опасный эксперимент.

— Видишь, Энджела? — сказала Мария. — У твоей девочки талант.

«У твоей девочки».

Весь оставшийся день эти слова звучали в ушах Лорен и грели ей душу. Пока они втроем начиняли тортеллини мясом и защипывали их, а потом готовили пасту, она часто весело смеялась, просто так, без причины. И когда урок кулинарии подошел к концу, Лорен даже расстроилась.

— Ну а теперь мне пора идти, — сказала Мария. — Меня призывает к себе мой сад. Меня ждут посадки.

Энджи вздохнула с облегчением:

— Слава богу! — Она подмигнула Лорен. — Думаю, я обойдусь остатками ресторанных блюд.

— Когда-нибудь, Энджела, ты очень пожалеешь о том, что не воспользовалась моим советом, — недовольно фыркнула Мария.

Энджи крепко обняла мать.

— Я шучу, мама. Я ценю твою заботу. Завтра я достану кулинарную книгу и попробую сама что-нибудь приготовить. Ты довольна?

— Да.

Мария обняла обеих, попрощалась с ними и ушла. Лорен встала к раковине и принялась мыть посуду, а Энджи вытирала ее. За долгие месяцы совместной жизни они хорошо приноровились друг к другу и сейчас работали споро и быстро.

Когда с посудой было покончено, Энджи сказала:

— Мне нужно съездить в «Помоги соседу». У меня встреча с директором. Кампания с верхней одеждой прошла очень успешно, и мы с ней обдумываем новое мероприятие.

— Возвращайся поскорее, — сказала ей Лорен.

Энджи быстро поднялась наверх, потом спустилась. Лорен услышала, как за ней захлопнулась дверь дома и как заурчал двигатель машины. Она подошла к окну и посмотрела вслед удаляющимся огням. Позади нее музыкальный центр переключился на следующий диск, и из динамиков зазвучала «Детка, мы рождены, чтобы бежать…» Брюса Спрингстина.