Чтение онлайн

— Доброе утро, мэм.

— Доброе утро, Нат.

Он хотел завести непринужденную беседу, но ничего не вышло. Нат давно корил себя за то, что не способен справиться с такой задачей. Житье на цивилизованном Востоке было для него почти невыносимым из-за неспособности вести разговор о пустяках даже на танцах. Несколько минут он потратил на какие-то скучные банальности, а потом перешел прямо к делу:

— Миссис Хокинс, у меня есть серьезная причина полагать, что вам грозит смертельная опасность.

Эмма одарила его насмешливым взглядом.

— О чем это вы, мистер Сингер?

— Миссис Хокинс, индейцы готовят нападение на ваш город. Это будет сигналом к началу новой войны на Среднем Западе, и один Бог знает, как широко она распространится.

— Понимаю, — сказала Эмма. — И когда же нам ждать этого нападения?

— Я абсолютно уверен, что оно произойдет в течение одного-двух дней. Возможно, завтра утром. Точно не позднее.

— И откуда у вас такие новости, мистер Сингер? Вы, случайно, не на дне бутылки их нашли?

— Простите, где? О, я понимаю, о чем вы. Нет, я не пил!

— Тогда как вы узнали об индейцах?

Нат колебался:

— Мэм, это трудно объяснить. Не могли бы вы просто поверить на слово?

— Нет, не могла бы. И весь город не поверит. Ведь, если опасность, о которой вы говорите, и правда существует, о ней надо сообщить всем. Разве я не права?

— Да, мэм, вы правы.

— И кому еще вы об этом говорили?

— Вы первая.

— Чем же я заслужила такую честь?

— Боюсь, мэм, мне никто не поверит. И люди заставят меня признаться в том, о чем лучше не рассказывать.

— Что именно вы имеете в виду, мистер Сингер?

— Вот как раз этого я не хочу никому рассказывать!

— И все же, если вам нужно, чтобы я поверила в ваше предостережение, стоит открыть мне правду.

— Да, наверное, так будет лучше, — пробормотал Нат. — Дело в том, миссис Хокинс, что я обладаю некоторыми познаниями в области магии. Благодаря им я и проведал о готовящемся нападении индейцев.

— Хотите сказать, что вы колдун? — ровным голосом, но далеко не дружелюбно спросила Эмма.

— Нет, не совсем, — запинаясь, ответил Нат. — Но у меня действительно есть… кое-какие силы… и возможности. Эмма, я говорю правду, и Бог тому свидетель! Индейцы вот-вот нападут! Умоляю, поверьте мне.

— И что я, по-вашему, должна делать? — спросила вдова.

— Забирайте сына, грузите на повозку самое ценное и уезжайте на Запад. Индейцы захватят ваш город и территории на сотни миль отсюда.

— А вы, мистер Сингер?

— Я поеду с вами, — сказал Нат.

— Понимаю, — сказала Эмма Хокинс. — Вы, я и Билли сбежим от опасности. А как же остальные горожане?

— Они мне не поверят, — ответил Нат.

— А вы хоть пытались их убедить?

— Нет, не пытался! Если преподобный Харрелсон прознает, что я веду такие разговоры, и часа не пройдет, как я буду повешен. Он и так меня подозревает.

— Мистер Сингер, мне тоже не нравятся подобные разговоры. Если существует угроза, в чем я сомневаюсь, вам следует пойти в городской совет и там честно и открыто рассказать о своих опасениях. А потом, если вам не поверят, вы сделаете все, что в ваших силах. Неужели вы допускаете, что я уехала бы с вами? Сбежала бы, как вор под покровом ночи, из города, где похоронен мой муж? Бросила бы соседей на произвол судьбы?

— Мэм, вам надо позаботиться о Билли.

— Билли тоже не трус. Он останется здесь, со мной. Вижу, у вас теперь есть лошадь, мистер Сингер. Полагаю, вы уже собрались в дорогу?

— Да, мэм. Я собираюсь уехать.

— Тогда не стоит медлить, мистер Сингер. Вроде бы за работу я вам ничего не должна. Будет лучше, если вы уедете утром. Когда вы появились здесь, я была о вас лучшего мнения. Я думала… Впрочем, это уже не важно.

Нат пересек луг и вошел в рощицу. Близились сумерки, золотой свет дня мерк. В кронах весело пели черные дрозды. Нат лег на траву, и почти в ту же секунду к нему обратился голос:

— Попал в переплет, Нат?

— Это ты, Мардук? Я тебя не звал.

— Не звал, но я взял на себя смелость явиться.

— Что ж, ты прав насчет переплета, — сказал Нат. — Я даже не знаю, когда индейцы нападут на город. То есть знаю, что скоро, но когда именно? Эмма мне не верит. И другие не поверят.

— Сейчас я немного облегчу твои страдания, — пообещал Мардук. — Я позволил себе провести небольшое расследование от твоего имени и теперь знаю, когда нападут индейцы.

— Когда?

— Утром, Нат, с первыми лучами солнца. Два Койота с трудом удерживает племена под своим началом. Ему не очень-то верят. Боятся — да, но не верят. В совете все громче звучат голоса несогласных. Они требуют, чтобы он отложил нападение и предпринял еще одну попытку замириться. Если шаман утратит инициативу, восстание не состоится. Большинство племен настроены уже не так воинственно, как прежде. Они склоняются к тому, чтобы принять неизбежное.

— А не может ли кто-нибудь поговорить с индейцами? — спросил Нат. — Неужели не найдется человек, который мог бы объяснить, что шаман ведет их к гибели?

— Ну почему же, такой человек есть, — ответил Мардук.

— И кто же он?

— Ты отлично его знаешь, — сказал дух. — Хотя, с другой стороны, ты его совсем не знаешь.

— Ты имеешь в виду меня?

— Кого же еще!

— Индейцы не станут меня слушать! Я не говорю на их языке!

— Ты владеешь универсальным языком, — сказал Мардук. — Я, конечно, имею в виду язык колдовства. Если одолеешь Двух Койотов в Стране Сновидений, индейцы без всяких слов поймут, насколько безнадежны их притязания, и вернутся в свои вигвамы. Будет спасено много жизней.

— Ты хочешь, чтобы я сразился с шаманом? Мардук, у меня нет опыта в боях колдунов. И я уже давно не практикую магию. Как только тебе в голову пришло, что я могу пойти на такое?

— О, ты, конечно же, прав, — сказал Мардук. — Кому придет в голову, что ты пальцем пошевелишь или хоть на секунду подвергнешь себя риску ради спасения нескольких сотен поселенцев и нескольких тысяч индейцев? Это исключено. Нижайше прошу простить меня.

— Ты несправедлив, — сказал Нат.

— Отчего же?