Чтение онлайн

Несмотря на вкусную еду, кусок в горло не лез. Синдром чужого стола сработал на ура и я понуро клевала то, что на своё усмотрение клал мне Артур. Вопросами меня не доставали, а наоборот, больше рассказывали о себе. Толи уже всё знали, толи не хотели сразу пугать.

Еще забавно было наблюдать, с какой терпимостью Самира Давидовна отвечала на глупые вопросы своих мужчин.

— Дорогая, а где ещё вино? — Марат Владимировчи.

— В холодильнике.

— Мирусь, а чистая вилка есть? — Рахим Давидович.

— Есть.

— Ма-а, а где соль? — Авиль.

— Справа от тебя.

— Мам, сок еще есть? — Артур.

— Да, в холодильнике.

— Тёть Самира, а мясо будет? — Артак.

— Будет.

У меня от этих вопросов уже бы дёргался глаз, но женщина была закалённой и ничего её не брало. Разговоры перешли на рабочие темы, которые мужчины с азартом обсуждали, совсем не замечая нас. Закатив глаза, мама Артура укоризненно произнесла:

— У нас гостья сидит, а вы всё о своём! — она поднялась с места и протянула руку в приглашающем жесте, — Пойдём милая, а то эти коршуны никогда не замолкнут.

— Поэтому женщинам не место за столом с мужчинами! — важно произнёс Рахим, подняв палец вверх, но наткнувшись на уничтожающий взгляд сестры, сразу сдулся и спрятал руку.

Я ободряюще улыбнулась извиняющемуся взгляду Артура и прошла за его мамой на кухню.

— Невозможные твердолобы! — причитала женщина, подходя к холодильнику, — Предупредила ведь, чтобы вели себя прилично… Ты уж извини.

— Ничего страшного, — я понимающе улыбнулась.

— Будешь кофе с десертом?

— Не откажусь.

— Артур сказал ты любишь сладости. Вот специально для тебя приготовила, — она достала небольшой торт.

— Ой, не стоило, — стушевалась я.

— Не отказывай мне в удовольствии порадовать девочку, — женщина ласково улыбнулась.

— Да уж, с таким количеством мужчин с умай сойти можно.

— Ой, ты не представляешь как они меня достали, — рассмеялась та, — Но всё равно люблю их.

Пока Самира Давидовна засыпала в турку кофе я решила позадавать ей вопросы.

— Почему вы живёте не в частном доме?

— Как видишь — семья у нас состоит из одних мужчин, соответственно работать они мне не дают, а сидеть целыми днями в четырёх стенах мне не нравится. В городе хоть с подругами встречаюсь, на выставки хожу, — на последнем предложении я улыбнулась, вспоминая, что точно такое же развлечение предлагал мне её сын, — Да и каста у нас небольшая. Помимо всех присутствующих не хватает только моего младшего брата. Он, к сожалению, с нами редко общается.

Я сразу вспомнила, что в досье на Рахима Давидовича было указано о младшем брате, работающем в местной полиции.

— Получается, вас всего трое? — уточнила на всякий случай.

— Да. Братья, к сожалению, выбрали карьеру, поэтому род Барбакадзе закончится с их смертью, — она грустно улыбнулась.

— А как же дальние родственники??

— Увы, — она пожала плечами, помешивая напиток в турке, — Касту Вачинадзе как и нашу настигли тёмные времена, которые унесли много жизней. Мы, в основном поэтому и породнились, чтобы держаться вместе. Потом Рахим принял главу рода и дела стали налаживаться.

Женщина разлила ароматный кофе по кружкам, разрезала тортик и села со мной за маленький стол.

— А ты правда познакомилась с Артуром в России? — она испытующе посмотрела в мои глаза, будто знала правильный ответ, но хотела услышать мою версию.

Я немного замялась, подбирая правильные слова, но в итоге решила рассказать правду. Надоело всем обо всём врать.

— Нет, мы познакомились здесь.

— М-м-м, — она удовлетворенно кивнула, отхлебывая кофе, — Я и думаю, что что-то не так. Артур давно не выезжал за границу. Ты прилетела на отдых?

— По делам, — отозвалась сухо.

— А родственники здесь есть? — продолжала она допрос, — Уж больно внешность у тебя не словенская.

— Есть, — я тяжело вздохнула и нехотя продолжила, — Каста Худоян.

— Худоян… — повторила эхом, — Всё ясно…

Что было ей ясно — мне не понятно. Но на этом допрос закончился и Самира вновь приняла благосклонный вид.

— Ты не представляешь как я ждала, чтобы кто-то из мальчишек наконец привёл девочку! Уж думала эти сорванцы по стопам своих дядей пойдут.

Я было дернулась сказать, что всё это игра, но вовремя успела прикусить язык. Не хотелось огорчать эту добрую женщину.

Пока мы пили кофе она поведала мне несколько историй из детства мальчишек, от которых я истерично хихикала в ладошку. Потом утащила меня обратно в гостиную, заставила Авиля включить большой телевизор и мы всей семьёй начали разглядывать старые фотографии. Сначала мужчины смущённо фыркали, а потом сами же смеялись над фотками и рассказывали истории, моменты которых были запечатлены на изображении. Мы много смеялись и шутливо спорили.

Этот вечер напомнил мне о доме. Хотя и здесь я не чувствовала себя лишней. Со мной общались как со своей, не испытывая скованности и это очень сильно подкупало. Мне понравилось быть частью их семьи. Понравились внимание и забота. Понравились тепло и уют, которые они создавали.

Ближе к ночи мы смогли вырваться из заботливых рук родителей, которые уговаривали нас остаться. Но Артур был непоколебим. Нас всех крепко обняли и только после этого отпустили по домам.

Сев в машину, Артак завёл мотор и выехал в сумерки, освещенные огнями города.

— Давно мы так не веселились вместе, — вдруг признался Ар.

— Я думала у вас всегда так, — ответила удивлённо.

— Последнее время очень редко собираемся, да и то по важным делам. Там не до веселья, — он тяжело вздохнул, а следом улыбнулся, — Но, благодаря тебе вечера теперь будут иными.

— Не загадывай наперёд, — произнесла с намёком.

— Ты понравилась моей семье, — серьёзно сказал темноволосый.

— Это ничего не меняет.

Артур еще несколько секунд смотрел в мои глаза, будто пытался найти ответы на свои вопросы, но после отвернулся к окну и больше не заводил разговоры.

Наш договор подходил концу и итог был очевиден — я должна вернуться домой. Мужчина хоть и старался выудить у меня согласие на интим, доводя каждую ночь до предела, но я научилась договариваться с собственным организмом и очередной раз отвечать отказом. Шеф всегда говорил, что если имеешь контроль — имеешь власть. Эти мудрые слова я вспоминала снова и снова, когда в агонии страсти с кончика языка была готова сорваться фраза: «Возьми меня!».