Чтение онлайн

В Коломне потеплело. Над городом рыхлыми пластами лежали тучи. Деревья оттаяли, почернели от влаги. Дети лепили снеговиков…

Никита ждал рыжего старика недалеко от храма, в котором вот-вот должна была начаться утренняя служба. Так они условились.

При первой встрече Вадим сделал вид, что напуган и озабочен конфиденциальностью сделки. Поэтому хранит товар в домике на окраине… куда нужно идти вниз по улице, ведущей от храма. Куда именно, он покажет.

Между жилищем Ардалиона и указанной церквушкой было приличное расстояние.

«Когда старик появится, я тебе позвоню, и можешь действовать, – сказал Никита другу. – Пока Ардалион сообразит, что к чему, пока вернется… ты успеешь взять рубин и скрыться».

Элина оказалась молодцом и отлично справилась со своей задачей: Гортензия слегла и еще день будет в состоянии полной прострации.

«Не волнуйся, все пройдет гладко, как по маслу, – уверил его Вадим. – Я ручаюсь!»

Но Никита все равно волновался. Вдруг подозрительный и осторожный Рыцарь Розы что-то учуял и перепрятал камень? Вдруг Вадим не сможет его найти? Вдруг он слишком долго провозится с кальяном?..

Вадим заметил настроение друга.

«Не переживай ты так! – сказал он. – У нас все получится! Я знаю, когда меня подстерегает неудача. Сегодня такого ощущения нет…»

Никита тоже верил в успех, но важность предстоящего дела держала его в напряжении. Вадиму было проще. Для него это просто очередное приключение. Но лучшего помощника Никита не мог бы себе пожелать…

Гортензия прескверно выглядела, а чувствовала себя еще хуже. Ардалион Брониславович вынужден был признать, что и сегодня ему придется обойтись без помощницы.

– Черт побери эту старуху! – ворчал он, собираясь на встречу с барыгой. – Если бы она не умела готовить отличный кофе, давно стоило ее придушить!

Он всю ночь грезил золотом, воображая переливающийся желтый огонь, который, тускнея и твердея, становился тяжелым и гладким, как драгоценный солнечный плод. Приятно ощущать его вес, смотреть на его волшебный блеск, упиваться его близостью! Даже пары опия не дают такой полноты счастья… Завтра! Завтра он наконец сможет прикоснуться к слиткам, испытать ни с чем не сравнимое блаженство… О золото! Замешенное на крови и слезах средоточие людских страстей! Но его страсть во сто крат сильнее. Она беззаветна и всепоглощающа…

И вот благословенный день наступил.

Ардалион Брониславович вышел из дому в рассчитанное время. Он был точен, как провизор, смешивающий лекарства. Денег он с собой не взял. Зачем? Вместо денег у него в кармане мехового полушубка лежала наваха – острый как бритва испанский нож.

Барыга не заслуживает такой прекрасной, легкой и поэтической смерти. Но так уж и быть! Пусть насладится кровавой истомой последнего мгновения. Ведь он в свою очередь обещал доставить рыцарю удовольствие, выше которого никому испытать не дано.

Старик вдохнул полную грудь сырого воздуха и уверенно зашагал вперед. Ни о чем, кроме золота и крови, он уже не мыслил…

Гортензия услышала, как хлопнула дверь, и догадалась, что хозяин ушел. Ее голова болела, а тело не слушалось, пораженное странной слабостью. Даже дотащиться до туалета стало для нее серьезным испытанием.

«Поди ж ты! Угораздило меня свалиться, – ворчала она про себя. – Хозяин не зря сердится. Такая развалина кого угодно выведет из терпения…»

Старухе оставалось только изучать взглядом потолок и стены да кусочек окна, за которым стояло пасмурное утро. Впрочем, она нашла еще одно развлечение – прислушиваться к звукам старого дома, от скрипа половиц до гула в дымоходах и треска дров в печи. Уже второй день топить приходилось самому хозяину. Хорошо, что она принесла заранее много сухих поленьев и сложила их в коридоре, возле входных дверей.

Гортензия была не из пугливых. Но сегодня в ее сердце закралось непонятное беспокойство. Сначала она не могла объяснить себе, что именно страшит ее, но потом нашла ответ. В доме произошли изменения… В его пространство вторгся чужой!

У старухи волосы зашевелились на голове. Она боялась не за себя, нет! Некая неизвестная опасность угрожала ее хозяину или его имуществу. В понятие «служение» Гортензия вкладывала одно – безусловную, безоговорочную собачью преданность. Она привыкла к своей роли, как ко второй коже, и не мыслила для себя ничего иного. И вот… в доме хозяина в его отсутствие что-то происходит, а верная Гортензия бревном лежит на кухонном сундуке и ничего не может сделать!

Старухе хотелось закричать, но кто ее услышит? В доме толстые стены, а окна плотно закрыты. Никто не придет на помощь. Она прислушалась. Звуки в доме стали другими, все, даже движение воздуха изменилось. Гортензия оцепенела от ужаса и сознания своего бессилия. Кто-то проник в жилище Ардалиона Брониславовича! Она должна помешать злоумышленнику во что бы то ни стало. Но как?

Сознание Гортензии споткнулось об этот вопрос…

Незваный гость прокрался в гостиную, где хозяин любил сидеть на бархатных диванах и курить свои трубки. Старуха ощущала чужого каждой клеточкой высохшего тела, и ее сердце тяжелыми ударами отзывалось на каждый шаг, каждое движение незнакомца. Тот вроде бы ничего не искал, но все же взял что-то…

Гортензия не догадывалась что. Какую-то ценную вещь! Потому что в пространстве дома что-то сдвинулось, качнулось, расшаталось и начало постепенно затихать, покидая помещение, выходя из его темного и теплого нутра наружу, в холодную снежную сырость.

Проклятый вор вышел из дому и унес похищенное с собой. Старуха безошибочно определила, что дом остывает и цепенеет, становясь безжизненным.

Она сама провалилась в забытье и не услышала, как вернулся хозяин, разъяренный, вне себя от гнева, с налитыми кровью глазами. Гортензия только увидела его дышащее злобой лицо и сразу все поняла. Его обманули! Он не получил того, что хотел, за чем ходил. Задуманное сорвалось! Кипя от возмущения и строя планы мести, старик не замечал перемен, случившихся в доме во время его отсутствия.

Гортензия силилась сказать ему об этом, но… уста ее сковала неведомая сила, язык онемел и прилип к небу. Она пыталась пошевелить губами – тщетно. Одни глаза лихорадочно горели на ее желтом, изможденном лице…

Людмилочка трясущимися руками набирала номер Влада. Они с Тиной закрылись на кухне, как будто дверь служила надежной защитой от лежащего в комнате мертвеца. Тина сидела, обхватив себя за плечи, – ее бил озноб.

– Влад! – завопила Людмилочка, как только тот ответил. – Влад! Немедленно приезжай!

– Что случилось? Ты где?

– Мы с Тиной у нее дома! Случилось ужасное… Приезжай, тогда узнаешь! Только быстрее. Мы не можем ждать ни секунды! – Ее голос сорвался. – Ни секунды! Ты понял?

– Хорошо. Уже выхожу.

Время тянулось медленно. Подруги вздрагивали от каждого шороха, боясь даже подумать, что звук может доноситься из комнаты, где находился убитый. А вдруг он… Дальше этого жуткого предположения мысли не шли. Женщины были близки к истерике, когда наконец раздался звонок в дверь.