Чтение онлайн

– Спасибо, – при упоминании о булочках Зорина почувствовала, как засосало под ложечкой. Женщина усадила ее за стол и налила свежезаваренного чаю.

– Пей.

– Только вы никому не говорите обо мне, – попросила ее Зорина. – Меня наняли друзья Татьяны.

– Не скажу, – успокоила ее соседка. – Так что ты хотела узнать?

– Расскажите мне, как все произошло, – попросила журналистка. Женщина сжала кулаки:

– А страшно вспомнить, как произошло. Прибегает ко мне Милка – это невестка Татьяны, жена брата ее мужа, – белая, как полотно, и орет:

– Тетя Маша, Танька с ума сошла, она Русланчика зарезала.

Я сразу за сердце схватилась и к ним побежала. Николай на работе был, а Сергей, его брат, уже «Скорую» и полицию вызвал. Русланчик, царствие ему небесное, на диванчике лежал и истекал кровью, а Татьяна сидела в кресле с ножом в руке. Ой, – она приложила руки к груди, – до сих пор эта картина мне снится. Таня сидит как живой труп, лицо белое, глаза застывшие, в одну точку устремлены. Сергей ей что-то говорит, а она словно не понимает. Будто в трансе. Ну, вскоре «Скорая» и полиция подъехали. Татьяну увели. Врачи над Русланчиком склонились и сразу сказали, что помочь ничем нельзя. Вот такой ужас. Ну, я тебе скажу, девочка, с Таней в тот день явно было что-то не то, – она вздохнула. – Только почему-то разбираться никто не захотел. Сына на кладбище, а девчонку в тюрьму. Разве так поступают?

– Расскажите мне об этой семье, – попросила Катя. Соседка мотнула головой:

– Семья Колькина с гонором. Родители его уже умерли, сыновья у них поздние. Вроде бы мать долго лечилась от бесплодия, но ее попытки увенчались успехом. Она и ее муж простые инженеры, от гудка до гудка на заводе проработали. И Колька с Сергеем инженеры, где-то в фирме трудятся. Когда Колька Таньку привел, родители ее сразу невзлюбили. Она приезжая, из села под Залесском. Свекровь ее поедом ела. А почему они так вознеслись? Да потому что Колькиному папаше от отца ценная коллекция картин досталась. Вроде бы есть и такие, которые на миллионы долларов тянут. Ну, про эту коллекцию у нас разное болтают. Будто бы Колькин дед во время войны где-то теплое местечко нашел, пока люди головы за Родину складывали. Кажется, складом каким-то продовольственным заведовал в блокадном Ленинграде. На продуктах он и бизнес себе сделал. Говорят, ходил по квартирам и выменивал хлеб и масло на дорогие вещи. К нему даже в советское время из музеев приезжали и просили отдать картины, но он не согласился, – она скривилась. – Правду сказать, старик был с придурью. Сыновья просили его продать хоть одно полотно, чтобы организовать на деньги собственный бизнес, но он наотрез отказался. А когда почуял приближение смерти, написал завещание. И надо было ему такое придумать? Коллекцию он завещал не сыновьям родным, а первому внуку. Ну, ясное дело, Колька и Сережка пошли стараться, кто первым сына родит. Повезло старшенькому. Невестки разродились одновременно, да только Милка дочку принесла. Вот и получилось, Русланчик наследник, а его папа – опекун.

Катя похолодела:

– Значит, теперь, после смерти Руслана, наследство вновь повисает в воздухе?

– Думаю, Милка скоро произведет на свет мальчика, – предположила соседка. – Впрочем, я вот что тебе скажу, по большому секрету. У меня в поликлинике врач знакомая работает, мы с ней много лет друг друга знаем. И вот какую тайну она мне открыла. Вскоре после рождения Руслана Колька с друзьями куда-то отправился на байдарках и упал в ледяную воду. Короче, застудился он, детей у него больше не будет. Наследство однозначно Сергею достанется. Ни одна баба больше не родит Кольке ни сына, ни дочку.

– Об этом знали его брат и невестка? – поинтересовалась Зорина. Соседка усмехнулась:

– Шила в мешке не утаишь.

– Огромное вам спасибо, – поблагодарила ее Катя. Выйдя от соседки, она решила: нужно обязательно послать Петю или Костю к этой Татьяне и узнать, что она сама думает о случившемся. Этот случай тоже показался Зориной подозрительным.

Пете тоже повезло. На его счастье, автомеханик, много лет наблюдавший за машиной Москвичевой, работал вместе со своим сыном. Очереди на станцию не было, и мужчина пожаловался Пете:

– Вот что значит слухи. После случая с Полиной от нас ушли все клиенты. А ведь многие ремонтировали здесь машины десятки лет, Полинины родители, например, – он дотронулся до руки Прохорова. – Молодой человек, Христом-Богом вас прошу, помогите восстановить доброе имя.

– Постараемся, – Петя повернулся к парню, стоявшему в стороне: – Я бы хотел переговорить с тобой.

– Иди, Вася, – подтолкнул сына механик, – и отвечай как на духу.

– А мне и скрывать нечего, – парень посмотрел на старшего лейтенанта большими голубыми глазами. Его открытое симпатичное лицо понравилось Пете. – Ну, говорил я уже, что в первую очередь просмотрел подвески. Первым делом я поставил машину на подъемник. С подвесками все было в порядке. Ну стал бы я врать сейчас?

– Тогда как ты это объяснишь?

Вася потупился:

– Не знаю. Мистика какая-то.

Прохоров положил руку ему на плечо:

– А клиенты? Пока ты возился с ее машиной, никто не подъезжал?

– Почему не подъезжал? – изумился Вася. – У нас всегда полно клиентов. И в тот день были.

– Ты выходил из мастерской? Оставлял машину Полины?

Парень почесал затылок:

– Точно выходил. Один мужик попросил меня сбегать за бутылкой воды. Даже чаевые за это отвесил. Вот и получилось, что он остался один в мастерской. Кроме Полининой, там стояли еще автомобили. Но людей не было.

Прохоров насторожился:

– Как он выглядел?

– Ну, лет тридцати с лишним, – Вася почесал затылок. – Подробного описания дать не могу. Тогда у нас с отцом бизнес отлично шел. В день по двадцать человек проходило, а то и больше. Вроде бы приезжал он на старом «Опеле» белого цвета, сцепление проверял.

– И долго ты ходил за водой? – спросил Петя. Вася покачал головой:

– Минут пятнадцать. Обычно у нас неподалеку торговая палатка стоит. Но в тот день продавец заболела. Пришлось бежать в магазин.

– Понятно, – кивнул старший лейтенант. – А ты бы узнал этого человека, если бы увидел?

Вася наморщил лоб:

– Сомневаюсь, хотя попробовать можно.

Прохоров хотел попрощаться, но вдруг остановился на пороге:

– Скажите, а ее сестра тоже ремонтирует у вас машину?

Автомеханик развел руками:

– Теперь она у нее наверняка появится, да только к нам она обратится вряд ли. Если только вы нам поможете…

– Значит, ее сестра боялась ездить? – уточнил Петя. Мужчина улыбнулся:

– Да почему боялась? Я ведь могу с вами быть откровенным?

– Конечно, – кивнул старший лейтенант. Механик крякнул:

– Видите ли, тут такая ситуация… Лариса – дочь Эльвиры Москвичевой от первого брака. С ее родным отцом она давно развелась, потом вышла замуж за преуспевающего бизнесмена, родила от него Полину. Когда Эльвира приезжала сюда, она все время жаловалась: Ларисе все мало, она называет себя бедной Золушкой и считает, что семья все отдает сестре, а ей ничего не достается. Эльвира говорила мне: конечно, ее муж больше внимания уделяет родной дочери, однако и Ларочка не обделена. У нее есть и дорогие вещи, и драгоценности, отчим собирается купить ей квартиру, машину…

– Но ничего этого не купил, – вставил Петя.

– Не купил, – подтвердил механик. – Разразился кризис, дела у предпринимателя шли не очень. Конечно, в первую очередь он упаковал родную дочурку и написал на нее завещание, хотя и не собирался умирать. Только вот получилось, что написал он его очень вовремя…

– Значит, Ларисе ничего не досталось? – удивился старший лейтенант. – Это же несправедливо.

– Я тоже так сказал Эльвире, хотя какое я имел право? – ответил механик. – Но она объяснила это так: мол, у Полины очень мягкий характер, она поделится с сестрой, отдаст ей все, что та пожелает. А вот если разделить между ними все поровну, Лариса подаст в суд. Они очень боялись судебных свар между дочерьми.