Все тайное (сборник)
Шрифт:
— Когда же ты ее нам представишь?
— На днях, вот только обсудим с ней дату.
— А вы зарегистрировались?
— Конечно, мы же не дети, мы законопослушные граждане, да и препятствий у нас не было. Оба свободны, любим друг друга. Ох, Валера, неужели я буду счастлив на старости лет?
— Да какой же ты старик! Тебе едва за пятьдесят, а атлет какой! Поди, Валентина любуется тобой. Вы хоть один раз искупались в озере?
— Конечно, два дня были очень теплыми, и вода у берега достаточно прогрелась.
— Ну а как у нее фигурка?
— Вот вместе летом поедем на дачу, сам увидишь. Мне кажется, у нее все прекрасно, а главное — чудесный характер.
— Ну, ты мне все сказал, — улыбаясь, стал прощаться Валерий.
— Увидимся.
— Конечно, как-никак в одной больнице работаем.
Вечером Володя, как всегда, поджидал Валентину у проходной. К нему подошел охранник.
— Вы Владимир Ильич?
— Да.
— Валентина Павловна просила пройти к ней в кабинет. Я провожу.
Владимир вышел из машины и пошел за охранником. Остановились перед дверью с табличкой: «Гл. технолог Буева В. П.»
Владимир, вдохнув воздуха, открыл дверь.
— Можно?
— Можно! — раздался в ответ хор голосов.
Оказывается, Валентину категорически отказались выпустить с фабрики, все хотели увидеть ее мужа. Она, признаться, не знала, как он на это отреагирует.
— Владимир, — широко улыбнувшись, представился он и поочередно пожал всем руки.
Когда очередь дошла до директора фабрики Ларисы Васильевны, он сказал:
— Я заметил у вас непорядок.
Лариса Васильевна вспыхнула:
— Какой же?
— Да вот на двери этого кабинета написано: «Гл. технолог Буева В. П.»
— Да, а что тут неправильно?
— Она теперь Соколова!
— Ну, эту досадную ошибку мы исправим завтра же.
Она обратилась к завхозу:
— Правда, Михаил Петрович?
— Какой разговор! Завтра с утра все будет в порядке.
Все дружно рассмеялись. Слово взяла Лариса Васильевна:
— Я очень рада за Валентину, которая обрела счастье, и рада, что в нашем коллективе теперь часто будет бывать Владимир Ильич, уважаемый в городе человек. Хочется, чтобы вы были счастливы до конца своих дней! Конечно, в этом случае говорят «горько», но мы это еще скажем на вашей свадьбе. Ведь она состоится?
— Конечно, — обнимая Валентину, заверил Владимир. — А «горько» и сейчас не помешает.
Все закричали: «Горько!»
Владимир поцеловал Валентину, и она немного смутилась. Но так и должно быть, ведь как-никак невеста. Вечер прошел весело, с танцами. Правда, мужчин было всего двое, но женщины привыкли к этому и не расстраивались. Потом все пошли провожать Валентину и Владимира до машины, с улыбкой махали руками отъезжающим.
Валентина раскраснелась и в машине все время обнимала Владимира.
— Как же мне хорошо с тобой, Володя! И за что мне такое счастье!
Владимир поворачивался к ней и говорил:
— Это нам обоим счастье Господь подарил. Мне кажется, что я снова молодой и что мы с тобой до этого вообще не любили.
— Знаешь, Володя, я читала у Горького, что человек любит до тех пор, пока предыдущую любовь не сменит следующая. И человек уже забыл о той прежней любви, он теперь живет только настоящей любовью.
— Да, наверное, он прав, — сказал Владимир.
Они еще долго говорили дома о прекрасно проведенном вечере в кабинете Валентины.
— Интересно, завтра действительно заменят вывеску?
— Конечно. Ты не знаешь нашего Михаила Петровича. Он всегда держит слово. Я уверена, что завтра приду на работу в кабинет Соколовой Валентины Павловны.
— Интересно и мне на это посмотреть завтра утром, — сказал Владимир.
— Вот завтра отвезешь меня на работу и сам убедишься.
Однако поздним вечером Владимира вызвали в больницу: привезли пострадавшего после аварии. Он быстро собрался и уехал, бросив на ходу:
— Я тебе поверю на слово. Придешь на работу, сразу позвони насчет Соколовой.
Валентина осталась одна. Утром, не дождавшись мужа, она отправилась на работу. Все сразу заметили, что она чем-то расстроена.
— Неужели уже успели поссориться? — спросила Альбина, столкнувшись с ней на проходной. — Что-то вид у тебя неважный, не сравнить со вчерашним.
— Владимира вызвали срочно в больницу вчера после нашего возвращения. Я всю ночь не спала, ждала его и волновалась. Вот и красоты поубавилось.
— Врачи — это такое дело, у них работа особая: сами собой не распоряжаются, к этому надо привыкать.
— Хоть бы позвонил, сказал, что там.
— Может, ему не до звонков, случай серьезный. А почему бы тебе не позвонить дежурной и самой не узнать?
— Как-то об этом не подумала. Сейчас позвоню.
Подходя к своему кабинету, она услышала, что звонит телефон.
— Володя, это ты?
— Да, Валюша, это я. Я звонил домой, но ты уже ушла на работу, поэтому звоню на фабрику. Ну как, вывеску заменили?
— Володя, ты о чем? — растерявшись, спросила Валя.
Потом, поняв, о чем речь, ответила:
— Да я не обратила внимания, спешила, услышав твой звонок, заторопилась и не посмотрела.
— Сходи и посмотри!
— Володя, ты сначала скажи, зачем тебя срочно вызвали?
— Я тебе дома расскажу. Пришлось оперировать трех человек после аварии, в том числе трехлетнего ребенка. Валя, сходи посмотри.
— Хорошо.
Валентина вышла, глянула. На вывеске красовалось: Соколова В. П.
— Володя, вывеска такая, как ты хотел, — вернувшись, доложила Валентина.