Чтение онлайн

— Харг, — не выдержал я, — ешь уже, а то все остынет!

Он наконец-то оглянулся на меня, присмотрелся, что-то сообразил и усердно заработал ложкой.

— И много их там… побитых… было? — В глазах хмурого Тура, задумчиво возящего ложкой по миске, мелькнуло что-то суровое.

— Не знаю, тут Терон пришел и погнал нас в тюрьму, но, как я думаю, парочка трупов должна была остаться, — деловито сообщил Харг и, наткнувшись взглядом на округлившиеся глаза Олли, поперхнулся, — а может, и нету, чего не померещится в темноте.

— Мне кажется, их специально напоили, — тщательно взвесив, стоит ли посвящать спутников в свои выводы, произнес я.

С одной стороны, высовываться мне не стоит, если я хочу живым дождаться помощи ковена и сохранить жизни своим ученикам. Наверняка у госпожи Камиры среди наемников есть доносчики и соглядатаи, и лучший тому пример — наш вчерашний недодушенный помощник, неизвестно каким образом очутившийся тут раньше нас…

Хотя, вполне понятно каким, тут может быть только один вариант, пришел порталом, вместе с Тероном, его дружками и Камирой.

Но с другой стороны — если я не стану сразу пояснять спутникам смысл происходящего, вполне возможно, что наступит такой момент, когда я об этом сильно пожалею. Хотя… пожалеть я могу в любом случае.

— Зачем? — Кажется мне, или Рун на самом деле стал говорить намного меньше?

— Если бы наемники были трезвы, когда очутились в тех руинах, они могли собраться в один отряд… — я специально не договаривал очевидного, пусть поработают своими мозгами, — а вино заставило всех разделиться на маленькие кучки и передраться.

Конец ужина прошел в молчании, при виде мрачного лица Тура желание поговорить исчезло даже у Харга.

— А этот свет не погаснет? — поинтересовался, уходя в свою комнату, Лукий, недоверчиво поглядывая на таинственный металл.

— Нет, только немного побледнеет к утру, мне объяснили, что все эти металлические полоски как-то связаны с солнцем… но я до конца не понял, — отстраненным голосом буркнул Тур и первым завалился на свою половину постели.

Я тоже улегся на жесткие подстилки, отвернувшись от магини и, подсунув под голову запасную куртку, вытащенную из-за пояса, закрыл глаза. Мне хотелось спокойно обдумать все случившееся за эти дни, знакомое ощущение, что я снова что-то пропустил, не посчитав достойным внимания, преследовало, как назойливый слепень.

На этот раз утро наступило вполне мирно. Хотя я и не взялся бы с полной уверенностью утверждать, что это действительно утро. Когда нет возможности ориентироваться по солнцу, уверенность как-то неуместна.

Но раз наши хозяева считали, что пора вставать, спорить не стоило. Попытавшись заглянуть на обратном пути из умывальни в комнату, где спали Харг с Лукием, я обнаружил, что дверь заперта и никто не отзывается. Меня, разумеется, встревожило, куда делись мужики, отправились в кухню или с ними случилось что-то непредвиденное, поэтому я почти бегом бросился в свою комнату. И, уже вбегая, услышал конец фразы, явно не предназначенный для моих ушей.

— …ничего не стоит уйти, просто ты втюрился по самые уши и не хочешь с ней расставаться!

— Просто я хочу понять, чего она хочет, — рыкнул в ответ на запальчивое обвинение подружки Тур, — а мои личные дела тебя вообще не касаются. Оставалась бы в школе, меньше проблем.

Тут он увидел меня и смолк на полуслове, схватил с полки кусок полотна и выскочил прочь. Надо думать, умываться побежал. Видимо, забыл от расстройства, что ходил сегодня в купальню первым.

Магиня отвернулась к полке, словно собралась найти там что-то нужное, и ее плечи едва заметно вздрогнули.

— Олли, — я мгновенно оказался рядом, — не нужно, он пока не понял, что не нужен ей ни как любимый, ни как просто мужчина, уж я-то вижу, поверь моему опыту.

— Да-а… — она резко развернулась, вцепилась в отворот моей куртки и уткнулась носом куда-то в подмышку, — тебе легко говорить, а он даже ночью ее имя шепчет. Я сама слышала. Ну что он в ней нашел? Она же жесткая, безжалостная. А у него глазки сияют, когда он на нее пялится. Таржен! Ну чем я хуже?

Олли прижалась ко мне еще плотнее и зарыдала.

— Ты лучше, — прошептал я девчонке, ласково гладя по волосам, и в ужасе пытался припомнить, какие там доводы мои учителя рекомендовали приводить в таких случаях? — Ты просто замечательная. Потерпи немного, он ее рассмотрит как следует и обязательно сам все поймет, поверь мне, вот зуб даю.

— Спасибо, Тар, ты добрый, — всхлипнула напоследок Олли, вытирая насквозь промокшим платочком покрасневшие глаза и носик, — я больше не буду.

— Ну почему, всегда пожалуйста, мне нравится, когда меня обнимают такие хорошенькие девушки, — пошутил я с облегчением и от радости, что тяжелое испытание женскими слезами окончено, чмокнул ее в макушку.

Грохот брошенных на пол мисок и гневный испепеляющий взгляд Руна, помогающего Лукию доставить в комнату завтрак, стали мне заслуженным наказанием за этот невинный поцелуй.

Завтракали мы в полном молчании, Тур был неприступно холоден и безучастен, Рун мрачен и зол. Мы с Олли хранили оскорбленное молчание, справедливо считая, что оправдываться нам не в чем. Правда, подоспевший Харг попытался развеселить нас рассказом последних новостей о наемниках, оказывается, последняя толпа, человек пятнадцать, приплелась только с полчаса назад. Да и то они сумели дойти до конца лишь благодаря нескольким стражникам, шедшим последними. Застряли отчаянные парни на том самом месте, где на нас напала беспричинная тоска. Вернее, сначала там застряли двое или трое, а потом к ним присоединялись самые впечатлительные из проходящих групп. Те, кто посильнее и посообразительнее, видя, что дело нечисто, проскакивали это место почти бегом, с трудом протискиваясь сквозь толпу опухших от рыданий здоровых мужиков.

Но Тур только безразлично буркнул, что этого и следовало ожидать, и решительно поднялся с пола, завтракали мы по-походному. Можно было пойти и в столовую, оказывается, таким местом считался тот зал на верхнем этаже, но там столов тоже не было.

— Ты куда? — пришлось мне прервать свое молчание, когда маг решительно направился к двери.

— А что? — строптиво отозвался Тур.

— Пойдем все вместе, — безапелляционно объявил я в ответ, впервые за время путешествия добавляя в голос той ровной непреклонности, с которой общался с учениками в школе.

Он, конечно, очень разумный для своего возраста парень и действовал до сих пор достаточно осторожно. Однако любовь такая коварная штука, способная в один миг сделать из самого здравомыслящего человека упертого ишака. Если не хуже.

В зале нас уже ожидали Камира, Терон, пара его парней и с пяток наемников, из той группы, что пришла первой.

Не давая никаких объяснений или инструкций, Камира повела нас к одной из дверей, и первой ступила на узкую лесенку. Несколько пролетов вниз мы шагали, не произнося ни одного слова, таинственная неизвестность, поджидающая нас, вовсе не способствовала праздным разговорам. А отвечать на интересующие нас вопросы, как я подозреваю, никто здесь не собирался.