Чтение онлайн

Через пять минут он вернулся к Эмме, добродушно улыбаясь, хотя у него уже сводило скулы, и положил перед ней на стол исписанный листок.

— Благодарю вас, — чопорно сказала Эмма, не глядя на него. — Я свяжусь с вами, если вы нам подойдете.

— Стерва, — прошипел он, когда оказался в лифте.

На него покосилась стоявшая рядом женщина и поспешила отвернуться: еще недавно казавшаяся обаятельной улыбка Питера Лейдена теперь была больше похожа на оскал бульдога.

Представляю, что он обо мне подумал! — в то же самое время сказала себе Эмма не без тайного удовлетворения. Нет, она не радовалась тому, что кто-то затаил на нее черную злобу, но приятно было сознавать, что наглый сын богача получил по заслугам. Впрочем, она поверила в его искренность, когда он вдруг из самодовольного кретина превратился в вежливого, воспитанного мужчину. И все же Эмма не могла не похвалить себя за то, что именно она наставила этого эгоиста на путь истинный.

Ох, как же жестоко она ошибалась!

— Ах, Эмма, Эмма, прекрасна, как вербена…

Эмма поморщилась, услышав звуки голоса Чака Причетта, ее давнего поклонника.

— Некрасиво и не в рифму, — проворчала она. — Да и вербену я не люблю.

— Что поделать, я не поэт. — Он присел на краешек ее стола. — Однако ты действительно прекрасна.

Во взгляде Эммы промелькнуло странное выражение — смесь жалости и отчаяния. Чак прямо-таки изводил ее своими ухаживаниями. Она уже полгода пыталась донести до него всеми правдами и неправдами, что он зря теряет время, однако ее отказы только сильнее распаляли его.

Вообще-то он был довольно-таки симпатичным мужчиной. Правда, нравился он в основном любительницам смазливых мордашек. Эмма же была поклонницей мужественной внешности. Однако Чака никак нельзя было назвать мужественным. Он был худым и нескладным — в восемнадцатом веке Чак считался бы эталоном красоты, но сейчас его субтильная фигура вызывала только сочувствие. Темные волнистые волосы, обрамлявшие его лицо, делали Чака похожим на херувима, а темные грустные глаза с поволокой придавали ему сходство с барашком, идущим на заклание. Кисти его рук с тонкими длинными пальцами должны были принадлежать женщине. То же касалось и его неправдоподобно маленьких ступней, обутых в лаковые туфли. От Чака всегда пахло фруктовой жвачкой и воздушным сладким рисом. И еще он писал дурные стихи и вечно клялся, что бросит это занятие, однако обещания, к сожалению, не выполнял.

В общем, Эмма, предпочитавшая встречаться с Мужчинами (с большой буквы!), оставалась холодна к его виршам и комплиментам, которыми он сыпал.

— Тебе чрезвычайно идет этот цвет, — сказал Чак вдохновенно. — Он тебя так освежает…

Эмма скептически улыбнулась.

— Я всегда ношу одежду серых тонов, но только потому, что считаю этот цвет практичным. Однако сказать, что он меня освежает, может только человек, который ничего не смыслит в моде. К тому же к концу дня я становлюсь одного цвета с моим пиджаком — от усталости моя кожа приобретает пепельный оттенок. Так что твой комплимент больше походит на издевку.

— Ты же знаешь, что я не имел в виду ничего подобного…

— Знаю. И только поэтому не обижаюсь.

Он наклонился к ней и, захлопав длинными пушистыми ресницами, тихо произнес:

— Я намерен пригласить тебя на свидание.

— А я намерена отказать.

— Как? В третий раз? — обиженно произнес Чак. — Это не по правилам.

— О каких правилах ты говоришь, в толк не возьму? — нахмурившись, спросила Эмма. Чак отвлекал ее от написания отчета, который непременно нужно было закончить сегодня, а до конца рабочего дня оставалось всего ничего.

— Если мужчина приглашает тебя на свидание, ты имеешь право отказать ему два раза, но на третий раз обязана принять приглашение, — назидательно произнес Чак.

— И кто придумал это глупое правило?

— Откуда мне знать… но оно существует и все ему следуют!

Эмма красноречиво фыркнула.

— Извини, у меня другие планы.

— У тебя вечно другие планы! — Он явно обиделся. — Эмма, если я не в твоем вкусе, так и скажи.

Эмма на секунду задумалась — и удивилась тому, что замешкалась. Чак действительно был не в ее вкусе. Однако она не могла не признать, что в глубине души не хочет, чтобы он отказался от намерения вытащить ее на свидание. Да и вообще, Чак был единственным мужчиной, который добивался ее внимания. Давненько она не становилась объектом чьего-либо вожделения. Полностью посвятив себя карьере, Эмма временно отказалась от отношений. И следовало признать, период одиночества сильно затянулся.

— Мы можем пообедать завтра, — пошла на компромисс Эмма.

— Отлично. — Чак просиял. — Это твое окончательное решение? Ты не передумаешь?

— Даю слово.

— Чудесно!

Он так искренне обрадовался, что Эмма и сама почувствовала себя счастливой. Конечно, ничего у них с Чаком не выйдет… Ну и что? Они же всего лишь пообедать вместе собираются, а не свадьбу планируют.

— Скажи, а кто это беседовал с тобой сегодня днем? — спросил Чак, который, видно, не знал, что, получив наконец «зеленый свет», нужно уйти от греха подальше, чтобы не спугнуть удачу.

— О ком ты? — проворчала Эмма.

— Да тот тип… Красавчик. — Последнее слово Чак произнес с нескрываемым презрением.

— Говори яснее. Кто только ко мне сегодня не подходил!

— Ну он еще заполнял анкету.

— Ах, этот… — протянула Эмма и с интересом взглянула на Чака. — Красавчик, говоришь? Я и не заметила.

— Так я тебе и поверил, — нервно сказал он. — Да на этого парня пялились все женщины нашего отдела. Даже Луиза, хотя всем известно, что ее ориентация далеко не традиционна.

— Это был Питер Лейден, — равнодушно ответила Эмма. — Я действительно не обратила внимания на его внешность.

— Лейден? Известная фамилия. Этот парень случайно не состоит в родстве с Уильямом Лейденом?

— Питер его сын.

Чак присвистнул.

— И что же богатый отпрыск тут делал?

— Не поверишь: искал работу.

— Ты права, не поверю.

— И тем не менее это так, — пожала плечами Эмма.

— Метит на должность твоего помощника?

— Ни больше, ни меньше.

— Надеюсь, ты отказала ему?

Эмма устало вздохнула и взглянула на Чака, чье лицо перекосило от ревности.

— А тебе-то что?

— Сомневаюсь, что этот человек будет хорошим работником, — солгал Чак. — Зачем тебе лишние хлопоты?

— Так ты просто обо мне заботишься? — усмехнулась Эмма. — И дело вовсе не в том, что моей правой рукой станет мужчина, чья внешность покорила даже Луизу?

Чак покраснел от смущения, поняв, что Эмма легко разгадала его намерения.

— Я добра тебе желаю… — пробормотал он.

— Тогда вот тебе совет: иди-ка ты домой, если действительно хочешь, чтобы со мной все было в порядке. Если я не закончу этот отчет сегодня, то мне придется завтра занять время обеда. Понимаешь, о чем я?

— Не разговаривай со мной как с несмышленым ребенком, — обиделся Чак, но, вспомнив, что фортуна все же на его стороне, снова повеселел.

— Люди бывают такими настырными, — покачала головой Эмма, когда он ушел.

Ей все-таки удалось закончить все дела до того, как офис покинул последний сотрудник. Спустившись в холл, Эмма остановилась, глядя на большие часы, висевшие над дверью. Без четверти девять. Пока она доедет до дома, уже стемнеет. Придется коротать остаток вечера в компании с телевизором — даже лучшая подруга не согласится приехать так поздно.