Все закончится на нас
Шрифт:
– Как поживает моя жена? – прошептал он, оставляя поцелуи вокруг моих губ. Он прижался ко мне между моими бедрами, и я запрокинула голову, а он начал целовать мою шею.
Вот это жизнь.
Мы оба работали почти каждый день. Райл работал вдвое больше часов, чем я, и всего два или три раза в неделю приходил домой до того, как я лягу спать. В те ночи, которые мы по-настоящему проводили вместе, мне обычно хотелось, чтобы он был глубоко во мне.
Райл не жаловался.
Он нашел местечко на моей шее и начала целовать с такой силой, что мне стало больно.
– Ой!
Райл опустился на меня и пробормотал у шеи:
– Не шевелись. Это будет засос.
Я рассмеялась и позволила ему это. У меня были достаточно длинные волосы, а вот засосов у меня никогда раньше не было.
Его губы остались на том же месте, всасывая кожу, пока я не перестала чувствовать боль. Он прижался ко мне, его медицинская форма натянулась от возбуждения. Я потянулась и стащила с него форменные брюки, чтобы он мог войти в меня. Он продолжал целовать мою шею и овладел мною прямо на диване.
Он первым пошел в душ, и как только он вышел, я ушла в ванную. Я сказала ему, что нам надо смыть запах секса, потому что мы ужинаем с Алисой и Маршаллом.
Алиса должна была родить через несколько недель, поэтому она старалась как можно чаще проводить с нами время. Она боялась, что мы перестанем приходить после рождения ребенка, хотя предположение было просто смешным. Наши визиты, наоборот, станут более частыми. Я уже любила свою племянницу больше их всех.
Ладно, не совсем так. Но близко к этому.
Я постаралась не намочить волосы, потому что мы уже и без того опаздывали. Я схватила бритву и начала брить подмышку, когда услышала грохот. Я застыла.
– Райл?
Тишина.
Я закончила бриться, смыла мыло. Снова грохот.
Что, черт подери, он там делал?
Я выключила воду, схватила полотенце и быстро вытерлась.
– Райл!
Он опять не ответил. Я поспешно натянула джинсы и, натягивая рубашку через голову, открыла дверь.
– Райл?
Ночной столик возле нашей кровати был перевернут. Я прошла в гостиную и увидела, что он сидит на краю дивана, обхватив голову одной рукой. В другой руке он что-то держал.
– Что ты делаешь?
Райл поднял голову, и я не поняла выражения его лица. Я была сбита с толку происходящим. Я не знала, получил ли он только что плохую новость или… О боже, Алиса!
– Райл, ты меня пугаешь. Что случилось?
Он держал мой телефон и смотрел на меня так, как будто я должна была знать, что случилось. Когда я непонимающе качнула головой, он поднял листок бумаги.
– Забавная штука, – сказал Райл, кладя мой телефон на кофейный столик перед диваном. – Я случайно уронил твой телефон. Крышка отвалилась. И я нашел этот номер, спрятанный там.
О боже.
Нет, нет, нет.
Он скомкал бумажку в кулаке.
– Я подумал: «Эй, это странно. Лили от меня ничего не прячет». – Райл встал и взял мой телефон. – Поэтому я позвонил по этому номеру. – Он сжал телефон в кулаке. – Ему повезло, что меня перевели на его долбаную голосовую почту. – Он швырнул мой телефон через комнату, и тот ударился о стену, разлетевшись на куски.
Наступила трехсекундная пауза, когда я подумала, что события могли развиваться по двум сценариям.
Райл от меня уйдет.
Или он сейчас меня ударит.
Он провел рукой по волосам и направился к двери.
Он уходил.
– Райл! – закричала я.
Ну почему я не выбросила этот номер?!
Я бросилась за ним. Он спускался через две ступеньки, и я догнала его на площадке второго этажа. Я преградила ему путь и схватилась за его сорочку.
– Райл, пожалуйста, позволь мне все объяснить.
Он схватил меня за запястья и отшвырнул.
– Не шевелись.
Я почувствовала прикосновение его рук, нежных, крепких.
Текли слезы и почему-то щипали кожу.
– Лили, не шевелись, пожалуйста.
Его голос успокаивал. Голова у меня болела.
– Райл? – Я попыталась открыть глаза, но свет был слишком ярким. Я почувствовала укол в углу глаза и поморщилась. Я попыталась встать, но его рука надавила на мое плечо.
– Ты должна сидеть спокойно, пока я закончу, Лили.
Я снова открыла глаза и посмотрела на потолок. Это был потолок нашей спальни.
– Что закончишь? – Рот болел, и я прикрыла его рукой.
– Ты упала с лестницы и разбилась.
Наши глаза встретились. В его взгляде была тревога, а еще боль. И гнев. Он все это чувствовал в эту минуту, а я просто была сбита с толку.
Я снова закрыла глаза и попыталась вспомнить, почему он рассердился. Почему ему больно.
Мой телефон.
Номер Атласа.
Лестница.
Я схватила его за сорочку.
Он оттолкнул меня.
«Ты упала с лестницы».
Но я не падала.
Он толкнул меня. Опять.
То есть уже дважды.
Ты толкнул меня, Райл.
Я почувствовала, как все мое тело затряслось от рыданий. Я не представляла, насколько сильно пострадала, но мне было наплевать. Никакая физическая боль не могла даже сравниться с тем, что чувствовало мое сердце. Я начала бить его по рукам, желая, чтобы он отошел от меня. Райл встал с кровати, и я свернулась калачиком.
Я ждала, что он попытается успокоить меня, как сделал это в прошлый раз, когда он ударил меня, но этого не произошло. Я услышала, как Райл ходит по комнате. Я не знала, что он делал. Я все еще плакала, когда он опустился передо мной на колени.
– Должно быть, у тебя сотрясение мозга, – прозаично сообщил Райл. – У тебя порез на губе. Я только что наложил повязку на твой глаз. Зашивать нет необходимости.
Голос Райла звучал холодно.
– Еще где-то болит? Руки? Ноги?
Он говорил как врач, а не как муж.