Чтение онлайн

Маруся хотела что-то возразить, но натолкнувшись на серьезный и предупреждающий от глупостей взгляд Карины, передумала и промолчала. Дальше мы договорились, все вместе сходить после уроков в библиотеку, а Хмелькова пообещала, что сразу как придёт, поговорит с мамой и спросит телефон преподавательницы. В общем, мы, наконец, разошлись, а я подумала, что жалко, что мой обещанный урок пропал. И тут не успела я додумать эту мысль, пришло смс от Ника, что ему тоже жалко и что "давай позанимаемся завтра", улыбнулась, ответила "Да" и развалилась на кровати в позе морской звезды, закрывая глаза. Ничего не хотелось ни учить, ни повторять и я, позволила себе ни о чем не думать, кроме того, что завтра мы с Ником будем сидеть тут вместе и учить этот практически неизвестный мне язык.

Здорово!

"Ли, ты часом не забыла, что нам угрожают и мы сейчас в опасности?" — напомнило подсознание, но я от него отмахнулась. Бо обещал, что, пока я буду в опасности, мы будем ходить в университет вместе, да и сейчас я дома, всё хорошо, почему нельзя подумать о чем-нибудь приятном и выкинуть все неприятное из головы?

"Прости, Ли", — и Хью признавая мою правоту, даже не стал язвить, позволяю с улыбкой вспоминать, как Ник нёс меня на спине, как мы вместе сидели в травмпункте, как друг Короля принёс нам кофе, как мы ходили на наше почти свидание, как он красиво улыбается, его голос, его руки, волосы… Я позволила себе думать только об этом, сейчас, только сейчас. Потому что я не хотела бояться, судорожно думать, кто же меня ненавидит, действительно ли меня попытаются искалечить, я хотела думать о том, как в раздевалке смотрела на его губы, ну или как мы стояли вместе у двери и слышали, как по коридору идут девчонки, или… И тут неожиданно для себя, стала вспоминать команду, тренировки и подумала, что может Хью прав и мне стоит встретиться с бывшей командой… Всё же нельзя сказать, что я была совсем не виновата и что все их претензии ко мне были не обоснованными. Но было как-то страшно идти, и я подумала, что сделаю это как-нибудь потом… Когда вся эта история с угрозами закончится.

"Трусишка", — с улыбкой заметил Хью, и я согласилась. Потянулась, встала с кровати и полезла в интернет искать уроки корейского, не хотелось завтра ударить в грязь лицом перед Ником.

Глава 4. Остановите поезд, я схожу или на двойников-пародистов мы не договаривались!

Не подражайте другим. Найдите себя и будьте собой

Дейл Корнеги

Серьёзно, будьте самими собой. Моя роль уже занята!

Лика Чижова, человек, который совсем не радуется, когда его пародируют

— Аньён асейо (кор., вежливое приветствие) — поздоровалась со своим отражением, выплюнув зубную пасту в раковину. Вчера от нечего делать стала заполнять тетрадь для записи иероглифов простыми словами и базовыми фразами, вырисовывая эти странные закорючки. Сегодня же с утра, чтобы не забыть стала повторять записанное, пока одевалась (и снова на мне было изображение любимого актера), готовила (только на одного, так как радостный брат куда-то умотал с утра пораньше) и вот как финал в ванной во время чистки зубов. Что и говорить моя ботаническая натура взяла надо мной верх, и я полностью включилась в изучение нового предмета, с радостью отмечая, что какие-то слова уже более-менее усвоила. Но вот произношение… Мне с большим трудом удавалось повторять слова за гугл-переводчиком. Нужен был живой носитель языка, которого я планировала с удовольствием вечером немного попытать. Хотелось узнать, туда ли я двигаюсь и вообще двигаюсь или стою на месте, вяло побрыкивая ногой в сторону дороги.

И да, конечно, вечера не дождалась, огорошила Ника с порога, и почти всю дорогу до родной альма-матер с удовольствием повторяла за парнем корейские фразы (одну по десятку, а то и двадцатке раз до удовлетворительного бурка азиата). Учителем друг Короля был терпеливым, что я бездарь или невежа не говорил, а наоборот даже похвалил за старание, сказал, что думал, мол, слухи о моём усердии в учебе несколько преувеличены, но сейчас до конца убедился, народ глаголил истину, я псих… Нет на самом деле, это слово произнесено не было, все же у меня в руке был костыль (вдруг бы им стункула? Было б больно), но слышалось всё равно оно. Впрочем, а что поделаешь, если я умею и люблю учиться?

На взгляды одногруппниц привычно не обратила внимание, да и взгляды эти, признаюсь, пошли на спад, видимо, новость о нас с Бо уже не была архисвежей и интересной, что, признаюсь честно, радовало.

У аудитории Ник снова ушёл, только увидев, что ко мне подошла Маруся. Попрощалась с парнем и сразу попала под шквал вопросов Хмельковой. Ту интересовала судьба бедного-несчастного Артика в доме Ника. Мол, спрашивала я про то, как устроился Король, что ответил Ник? И да, конечно, сам Артур, написал Марусе, что с ним всё хорошо, но вдруг он просто не хочет говорить?

С трудом дождавшись паузы, ответила, что нет, ещё не спрашивала, но раз так ей будет спокойнее обязательно спрошу… как поживает двадцатиоднолетний парень вне родительского дома (ей самой не смешно о таком спрашивать? Он что, по её мнению, совсем ребенок?).

"Просто она его любит и о нём заботится. Гиперзаботится" — заметил радостно улыбающийся Хью, который, видимо, утром вместо пары ложек коньяка в кофе, добавил пару ложек кофе в коньяк.

Ага. Но как-то это даже странно, да и пугает такая Марусина забота… Хотя, это не мои проблемы, это проблемы Короля (какие невероятно приятные мысли).

День до обеда пролетел со скоростью спущенной стрелы, ну или как сказала бы Маруся серии корейской дорамы на перемотке, мы побыли с подругой на парах, я ответила на несколько семинарских вопросов. Наконец, занятия закончились, и мы, встретившись на пороге родного университета с Кариной, пошли все вместе в библиотеку, где я впервые побывала в компьютерном зале благодаря преступнице (интернет есть дома, зачем платить за него еще и тут!?). Стоит отметить комната, в которой мы оказались вдвоем с Марусей, так как Рина слегка приотстала от нас, сдавая какую-то книгу на абонементе, была средней по размеру, на входе располагалась стойка, в центре пятнадцать столов с компьютерами. За стойкой сидела седая сухая женщина лет 50–60 на вид в сером свитере под горло и длинной коричневой юбке.

Я даже толком оглядеться не успела, как вперед выскочила Маруся и затараторила:

— Здравствуйте! Это же компьютерный кабинет, да? И вы тут главная, так? Вы ведете какой-то учёт посетителей? А время прихода-ухода отмечаете? Вы нас просто выручите, если да… Скажите, вчера в 3 часа, кто тут сидел?

Стоит ли говорить о том, что приём действовать нахрапом не сработал, и нас вытурили, намекая на конфиденциальность… Бред какой-то, в смысле, не то, чтоб совсем бред, понятно, что конфиденциальность — это важно, но выгонять то зачем? Да громкий голос Маруси мешал посетителям работать, так она не только тут громкая, она по жизни не тихая.

— И что нам теперь делать? — вслух спросила у подруги.

Та сначала пожала плечами, потом загорелась:

— Возьмем измором.

— Нет, — с трудом остановила Хмелькову от очередной блажи и грустная направилась вниз к Рине делиться новостями. Может, сестре Ника в голову что-то дельное придёт.

И да Карине пришло. Во-первых, она успела, пока шла наверх поболтать с уборщицей и мимоходом узнала, что сегодня в компьютерном зале смена Грымзы, ни голос не повысить, ни лист в тетрадке громко не перевернуть, слух просто отменный, вредность на беспредельном уровне, а вчера была смена Цветочка, которая не то, что студента, муху не обидит. Цветковой — 21 год, она только институт закончила и сразу в библиотеку устроилась. Так что, как сказала Рине уборщица, если время для доклада терпит (Карина — гений) лучше прийти завтра и поработать, когда будет смена Цветика. Карина Цветиком заинтересовалась тут же, мол, а сегодня на такое диво, как бывший студент, где можно посмотреть, может один факультет заканчивали, поболтаем, уборщица сказала, что на абонементе. И на этом сестра Бо, наконец, распрощалась с разговорчивой женщиной и встретила нас, поделившись новостями. Затем услышав, про наш бесславный поход, кивнула каким-то своим мыслям и спокойно вошла в пасть к зверю, попросив подождать её на скамейке на первом этаже.

— Как думаешь, у неё получится? — спросила меня Маруся.

Пожала плечами:

— Марусь, я даже не врубилась, что именно она задумала, а ты спрашиваешь, выгорит или нет. Хочется, конечно, верить, что да выгорит, но… кто знает, как фортуна повернётся.

И тут Хмельковой, конечно же, не могли не вспомниться дорамы про судьбу, встречи спустя тысячи лет ожидания и прочий романтично исторический вздор, выдуманный сценаристами.

Рина вернулась, когда мы с Хью под бухтение Хмельковой мысленно играли в слова. Нужно было вспомнить как можно больше слов на букву М, и да я лидировала.