Всегда есть надежда
Шрифт:
– Вспомнишь. Это Колька ничего не теряет, он не имеет специальности, а тебя там подтаскают и все будет в порядке.
Вадим удручен. Здоровенный парень протягивает мне ладонь.
– Максим.
– Николай.
– Прислан к вам инкассатором.
– Уже понял.
Вадим в сердцах выругался.
– Мать твою... Я пойду позвоню в контору, чего они еще придумали.
Он убегает в конторку гаража.
– Вы меня ребята подправляйте, если что не так, - обращается новичок к нам.
– Оно конечно, тяжеловато в первый день, но клянусь, магарыч с меня.
– Ладно, - миролюбиво тянет Мирон, - пошли парень, я тебе буду подсказывать адреса.
Наш броневичок попал в аварию. Вот так..., шпарил по улице и на повороте на крайнем ряду подрезал "Волгу". Две тяжелых машины стукнулись бортами и отброшены в разные стороны. Как еще не врезались в нас другие машины сзади, непонятно. У "Волги" выбиты фары и мигалки с правой стороны, у нас, по-моему, содрана краска и больше ничего. Из поврежденной машины выскакивают два молодчика и идут к нам. Они с бешенством колотят по дверце шофера. Мирон им не открывает, только неистово матерится через дверцу. Но тут наш новый инкассатор, в нарушении всех инструкций, выпрыгнул из машины с другой стороны и обогнул броневичок.
– Вы, сопляки, чего надо?
– рявкнул он на молодчиков.
– Это кто, сопляк?
– возмутился один из парней.
– Конечно ты, смотри у тебя под носом еще не высохло...
– Ах, ты, падло.
Парень выдергивает из кармана нож и идет на Максима, тот небрежно как на картинке, легко отклоняется и лезвие пролетает мимо бока. Инкассатор приемом поддевает хулигана и тот кувыркнувшись в воздухе, грохнулся на асфальт. Второй - отскакивает в сторону и неуверенно кричит.
– Это ты зря, мужик.
Он выдергивает из бокового кармана телефон и быстро набирает номер, потом так тихо бормочет, что я уже плохо слышу за броневой обшивкой, но тут мне показалось, что где-то, что-то звякнуло снаружи машины. Быстро перемещаюсь от окошка к окошку. Вроде никого. Вдруг в заднее стекло увидел, как от нашего броневичка убегал парень. Черт, уж не мину ли он заложил?
– Мирон, попроси Максима, обойти нашу машины..., - пытаюсь сообщить в микрофон.
– Да погоди ты. Не до тебя...
Наш инкассатор обнаглел, он подходит к парню с телефоном, отрывает от его уха аппарат и бросает себе под ногу, потом с дьявольской улыбкой лихо его давит 46 размером.
– Слушай ты, - еле-еле слышу его голос, - бери своего подонка и уматывай.
Парень подходит к лежащему, волочет его до дверцы "Волги", открывает ее и заталкивает бесчувственное тело на сидение. Вскоре машина срывается с места и исчезает. Максим забирается на свое место, рядом с шофером. Мы тоже трогаемся с места.
– Максим, - говорю в микрофон, - пока ты развлекался с парнями, нам, по моему, сзади что то подложили.
– Понятно. Мирон, пристань где-нибудь в тихой гавани...
– Но нам же надо в банк, по времени...
– Заткнись. Быстро найди укромное местечко, где меньше народу и встань туда.
Броневичок делает вираж по проезжей части, подъезжает к решетке сада и останавливается. Максим выпрыгивает из машины и бежит к задней дверце. Слышу стук по железу, инкассатор долго копается, потом возвращается к шоферу.
– Поехали.
– Что там такое?
– Ничего... поехали, мы уже двадцать минут потеряли.
Сегодня все деньги собрали спокойно и сдали в банк. Когда разъезжались по домам, я все же не выдержал.
– Максим, так что же ты все же нашел на машине?
– Когда?
– После драки.
– Ничего. Слушай, Николай, ты лучше помалкивай об этом инциденте в тряпочку. Я уже понял, что нарушил инструкции и порядок, теперь если узнают..., то могут выпереть...
Похоже у нас контакта не получилось.
Татьяна видно успокоилась и стала торопиться домой.
– Мне пора показаться мамочке. Давно ее не видела.
– Танечка, может еще подождешь? Потерпи немного.
– Коля, я предупредила домашних, что буду жить у тебя, но, ты сам понимаешь, ведь не хорошо терять связи с домом. Хочу навестить их и потом перевести сюда несколько моих вещей. Я же прибыла к тебе без всего. Или ты уже против, чтобы я вернулась?
– О чем ты говоришь? Конечно нет.
– Вот и хорошо. Значит, после завтра, я вернусь.
Она поцеловала меня и заторопилась к двери.
Прошло часа два после ее ухода и тут соседка вызвала меня к телефону.
– Николай, иди, там какой то охрипший голос...
Я взял трубку и услышал.
– Николай?
– Я.
– Будь готов завтра. Ты нам поможешь открыть дверь коробки. Понятно? Пока.
И тут же телефон отключился.
– Але... Але... Постойте. Вот дьявол.
Что же делать? Кого предупредить?
Мы подъезжаем к банку и мне в кузов набивают до двадцати полных мешков денег.
– Сегодня они ошалели, - комментирует Максим, - почти у всех зарплаты и премии, суммы потрясающие. Мирон, трогай, начинай с фирмы "Миньон".
Проезжаем несколько улиц и тут Мирон взволнованным голосом сказал.
– ... Джип сзади...
Я посмотрел в задние окошечки, точно знакомая машина плелась за нами.
– Максим, - обращается шофер к инкассатору, - сообщи по радиостанции нашим, что опять появился тот джип...
– А что он за вами часто ездит?
– Ездит, ездит, сообщай быстрей.
Слышу как Максим вызывает позывные Марины.
– Это Максим, - сообщает он невидимому оператору, - за нами гонится какой то джип... Да... Нет, нет, пока ничего... Хорошо... Встретимся.
– Ну что?
– спрашивает Мирон.
– Нас выматерили и сказали, что встретят по дороге у парка.
До парка мы не доехали примерно метров восемьсот, перед самым поворотом на проспект Луначарского, я слышу глухой удар, броневичок подпрыгивает, из под капота повалил дым, он еще автоматически проезжает метров двадцать и замирает у тротуара, прямо перед задней стенкой трейлера, застывшего у тротуара.
– Мирон, Максим, что там?
– ору я.
Они не слышат. В боковое окно, я вижу как ошеломленный Мирон выполз из кабины, пошатываясь, словно пьяный бежит вперед и исчезает за углом. Перед дверцей кузова появился Максим, его лицо в крови, он стучит мне в железо.
– Николай, никому не открывай..., - еле-еле слышу его слабый голос.
И тут инкассатор зашатался и рухнул на тротуар. Дальше началось самое непонятное. В заднее окошко вижу, как к машине из-за преследовавшего нас джипа вывернул легкий трактор "Беларусь" и передним шитом упирается в броневичок. И тут мы покатили. Где же ребята, где Мирон и что с Максимом? Трактор давит на машину и тут нос ее стал задираться и я почувствовал, что мы ползем в гору. Еще толчок и все потемнело. Только по заднему окошку определил, что мы в трейлере. Трактор укатил, открыв светлое пятно задних дверей, в нем замелькали фигуры неизвестных парней. Но вот двери закрылись и стало совсем темно. По тому как меня закачало, понял, что мы едем.