Чтение онлайн

Маша с глубоким разочарование посмотрела на Нэльса.- Ты быстро изменился.

– А может ты меня плохо знала?- предположил фонарщик, всеми силами пытавшийся укрыть сломленный дух за напускным хладнокровием и равнодушием. Со смертью короля Нэльс потерял все жизненные ориентиры, и попросту выполнял последний наказ любимого государя.

– Быть может.

Маша выдохнула и посмотрела по сторонам. Справа, возле огромной статуи льва, девушка заприметила родные лица и с надеждой направилась к ним. Маша с самого детства страдала от повышенного чувства справедливости. Каждый раз, пыталась расставить все по нужным местам и воздать всем по заслугам. И конечно, как это обычно бывает, сама при этом страдала. Но неугомонный характер и чистое сердце мешали Марии оставаться в стороне, если она видела какую-либо не справедливость. Конечно с годами, девушка научится скрывать искренние порывы своей души, глубоко пряча их в себе, а быть может и вообще перестанет ощущать исходящий внутренний свет. Но не сегодня.

Рыжий юноша, виновник последнего недоразумения стоял с опущенного головой и уныло топтался на месте.

– Ты уж, прости меня,- пробубнил себе под нос книгочей.

– Все обошлось. Забыли, - стукнув по плечу, ответила Маша и направилась к стоявшему позади всех часовщику Вире.
– Там Улимор...

– Я знаю.

– Его собираются казнить.

– Я знаю.

– Но он, же не виноват?

Феарольф вздохнул.- Я, знаю...

– Знаете?- удивилась красноволосая девушка.- А помочь ему как-то можно?

– Нет.

– Но меня, же вы вытащили.

Феарольф покачал головой и отвел Машу в сторону.

– Не сравнивай. Простого нарушителя, выкупить можно. Но не убийцу короля, Маш. Даже если местный судья твой старый знакомый.

Девушка нервно затрясла ногой.

– Но вы, только что сказали, что знаете о его невиновности. Фактически, он же не убивал короля. Я не понимаю тогда.

– Это ты ему веришь. Я верю. Но его лишь словам. Каждый, совершивший преступление против членов королевской семьи судится инквизиторами. А их доказательства говорят об обратном.

– Но разве ничего нельзя сделать?

Часовщик снова покачал головой.

– Это не справедливо. Неужели совсем ничего?

Девушка сверлила его тяжелым взглядом и Феарольф стал думать.

– Если остальные члены королевской семьи снимут с Харвенкуса обвинения, тогда его отпустят. Но это решение должно быть единогласным.

Как вдруг, застучали барабаны. И под громогласный гул сказочных существ, на мраморный помост вывели убийцу короля.

– Уже поздно,- закончил Феарольф.

– А наместник?
– Не унималась Маша.

– Маша,- часовщик взял девушку за руку.
– Ты ничего не можешь сделать. Придется смириться.

– Смириться?- Горький ком бессилия подкатил к горлу первого хранителя. Маша посмотрела на место казни. Человек, что тогда спас ей жизнь, сам нуждался в спасении.

Харвенкус не смотрел на ревущую толпу, он в гордом отчаянии устремил свой взгляд в безоблачное небо, туда, откуда не возвращается ни один смертный.

Барабаны смолкли.

Гробовая тишина поселилась на овальной площади.

Инквизитор Нумбис с золотым свертком в руках вышел на середину мраморного помоста. Пятеро теней, стояли позади, охраняя преступника.

– По решению суда, господин Улимор Харвенкус, известный так же, как Нос, Харви Длинные Руки, Дятел, Зеленый Факир и Пеан, обвиняется в нанесение непоправимого ущерба Миру за Воротами, а именно в убийстве прямого потомка Алдарина, члена королевской семьи Андерленда, короля Кроноса. Тем самым нарушив баланс первоначальных сил. Содеянное им карается смертью,- зачитал Нумбис, свернул золотой свиток и обратился к обвиняемому.
– Есть что сказать напоследок?

Улимор Харвенкус поднял бровь и улыбнулся инквизитору.

– Нет комментариев.

– Привести приговор к исполнению,- дал указания инквизитор Нумбис и звеня доспехами спустился с мраморного помоста. Барабаны вновь угрожающе застучали. Звонкая трель возродила страх перед смертью и Улимор запаниковал. Да он хотел вести себя достойно и выглядеть равнодушным, но ни то, ни другое так и не вышло у господина Харвенкуса.

Когда 'убийца' короля склонился перед массивным пнем многовекового дуба, специально срубленного для этой казни, Маша не желая это лицезреть быстро отвернулась. Но вдруг девушка вспомнила о своих привилегиях. О единожды исполненной воли, о том, во что так и не хотел посвящать ее дедушка. Маша смело просунула руку в карман, и джинсы больше не казались узкими, как прежде. Гладкий холодный метал, сверкая на солнце появился в ее ладони. Да, это было то самое кольцо, что подарил ей орфей. Часовщик Вира узнал в руках Первого Хранителя священную реликвию, и с ужасом осознал то, что сейчас собирается совершить отчаянная девушка.

– Маша нет!- Вскрикнул он, но не смог задержать девчонку.

Мария легко миновала расслабившихся слуг инквизитора Нумбиса и вскочив на мраморный помост прокричала:

– Стойте!

Барабаны снова замолчали. Палач, которому по жребию пришлось приводить приговор в действие облегченно замер. Это была первая казнь здоровяка и он от всей души, желал чтобы она же оказалось последней.

– Опять она?- Возмутился высокий эльф, пихнув рядом стоящего гнома.- Они там в магистериуме совсем без головы.

– Ты что делаешь?- удивился Улимор, уже готовый принять смертельный удар.

– Я вас спасаю.

Инквизитор Нумбис заинтересованно сложил руки на груди.- Любопытно и как же?

Мысли в голове первого хранителя забегали словно мурашки. Она понятия не имела, что нужно сделать, что бы собравшиеся здесь исполнили ее волю.

– Я хочу, чтобы вы его отпустили!- Первое, что пришло в голову, выпалила Маша.

– Это почему?- Рассмеялся инквизитор и громом прокатился его смех по овальной площади.

– 'Не выходит',- подумала Маша.

– Эй, если хочешь, тебе следующей отрубят, твою глупую головешку!- Донеслось из толпы.

– А я только настроился умирать,- простонал Улимор Харвенкус.- Теперь снова настраиваться...Машенька уходи.

– Девочка,- обратился к Марии Нумбис.- Жаль инквизиторы не судят несовершеннолетних. Но наказывать мы можем. Спустись-ка, по-хорошему.

Но Маша была полна решимости. Она понимала, что если не сделает это сейчас, то впоследствии будет жалеть о по-настоящему правильном поступке до последнего дня своей жизни. Девушка подошла ближе к краю мраморного помоста. Черный пол засверкал под золотыми кроссовками. Вдруг поднялся сильный ветер. Красные, словно закат, волосы неспокойно обрамляли Машино лицо. Она знала что сказать:

– Освободите его!

Феарольф печально посмотрел на Машу. Он всем сердцем желал, чтобы она не произносила то, что подсказывало ей сердце. Его васильковые глаза умоляли промолчать. Но Маша уже все решила.

– Я напоминаю вам о нерушимом исполнении моего первого завета! Улимор Харвенкус должен быть освобожден. Я заявляю о законном праве использовать магию и снимаю с него все обвинения! Такова, моя воля...

Толпа удивленно зашепталась.

– А ты кто такая?- Удивился инквизитор.