Чтение онлайн

Джон брал меня с собой посетить разные туристические достопримечательности и купил мне мой первый мобильный телефон. Я трепетала над моей новой игрушкой. Я хранила его несколько недель, но потом меня больше заинтересовали деньги, которые этот телефон может мне принести. Мы ужинали в разных тайских ресторанах, так как меня не впечатляли ни китайская кухня, ни западная. Он мне показал их воздушный поезд. Он был очень тихим, быстрым. В первую поездку я очень волновалась. Строительство бангкокского воздушного поезда было окончательно завершено в 1999 году, тремя годами позже обещанного открытия и было потрачено миллионы долларов сверх бюджета. Обычно так в моей стране делали бизнес.

В течение трех лет в Бангкоке я стала опытным профессионалом в своем ремесле. И это несмотря на то, что я была очень молода. Я отыскивала бывших клиентов и находила новых. Я была красивой, и мне было несложно привлечь их одним взглядом. Мне было очень комфортно с моей новой профессией, и я знала ее от и до.

в 15 лет

Я вставала в три часа дня, принимала душ и одевалась. Затем шла в салон красоты, делала себе макияж и прическу. Обычно это стоило 50 бат. Я перехватывала что-нибудь на лету или останавливалась в «лапшейной» в Патпонге прежде, чем прийти в Краун дискоклуб или другое похожее место в 8 вечера, где я встречала мужчину на ночь. Это происходило в 9 вечера, или в 11 или в 2 ночи или не происходило совсем.

Если мужчина хотел меня, мы возвращались с ним в его комнату в отеле для секса. После секса я подсчитывала 1000 бат и возвращалась в мою комнатку; иногда я шла куда-нибудь поесть в одну из многочисленных кафешек у дороги, открытых всю ночь. За час я зарабатывала, как посудомойка в ресторане за две недели. Потом я шла просто спать. После торговли своим обаянием, я нуждалась в отдыхе, в хорошем отдыхе.

Если вечер был скучный, и я никого не встречала, мы с подружками шли в Термо бар. Мы брали такси или Тук-тук, чтобы добраться до туда. Термы всегда были полны мужчин. Многие мужчины шли именно сюда, чтобы не платить бар-файна. Я там часто знакомилась с мужчинами, потому что была самой молодой и миниатюрной девушкой; я всегда выделялась из толпы. Из бара мы шли в отель. После секса я считала свой доход и перекусывала по дороге домой.

В редком случае, не встретив никого в Термах, я возвращалась домой с восходом солнца и спала до 5 вечера. У меня всегда было одно и то же расписание, семь дней в неделю, 52 недели в году. Я должна была посещать гинеколога и платить 200 бат за справку о том, что у меня нет венерических заболеваний. Эта справка нужна была, чтобы показывать клиентам, что я не заразная. Контроль стоил 300 бат, но доктора продавали такие справки за 200 бат.

Полиция Бангкока решила усилить законы против несовершеннолетних «работающих» девушек, посещающих дискоклубы. Мы с Нан оказались в трудной ситуации, так как нам было только по 16 лет. Теперь мы были не только безработными, мы были безработными в Бангкоке. Но у нас была идея. Мы сели в автобус и поехали на пляжный курорт в Паттайю, туда, где полиция не устраивала гонения за несовершеннолетними проститутками (конечно за регулярные взятки). «Джимми Хлыст» помог нам переехать в Паттайю. По приезду нам было, где остановиться и что поесть. Этот курортный город сильно отличался от жаркого, быстрого и грязного Бангкока.

В Бангкоке и во всем остальном Таиланде полиция владела своими собственными борделями, полными 14, 15, 16-летними девочками, которые работали здесь для тайцев и этнических китайцев. Но когда иностранные СМИ обнаружили несовершеннолетних девочек в Патпонге и Нанаплазе, государство не захотело «ударить лицом в грязь» и ввело новые ужесточенные правила для успокоения СМИ и создания видимости честности. По правде говоря, они закрыли бордели и открыли на этом месте массажные салоны, караоке бары и рестораны, пока бордели ушли в подполье. Ни одна из несовершеннолетних девочек не благодарила иностранные СМИ за создание ситуации, которая положила конец их работе. Хотя иностранной прессе удалось поменять местонахождение нашей работы, ей не удалось изменить рабочие условия и обязанности.

Для молодых девушек было очень важно, что иностранная пресса выразила такой живой интерес к подростковой проституции. Показать серьезные причины, из-за которых бедные молоденькие тайские девушки выбирают такой драматический путь выхода из бедности — очень важно для мира, в широком смысле этого слова, чтобы остановить тех, кто пытается получить выгоду из их безнадежной ситуации. Часто девушки продаются в секс-рабство самими родителями, сознательно или бессознательно: такая бесчеловечная ситуация происходит повсеместно во всей юго-восточной Азии. Часто они вовлечены в секс-торговлю обманным путем: так наступает конец их детской жизни. С другой стороны, намеренный выбор секс-профессии — это парадокс. Заниматься сексом за деньги или позволить своей семье жить в полной нищете, — вот о каком выборе идет речь. У старших дочерей Исаана нет позволения на выбор. Наша культура делает его за нас.

Паттайя, уникальный город «Синсити», аутентичный, с миллиардами долларов, с многонациональной секс-индустрией, наркоторговлей, отмыванием денег и растущей региональной и заграничной торговлей женщинами.

Строительство песочных замков, 16 лет

«Джимми Хлыст» или «Джимми Извращенец» жил в Бангкоке. Я познакомилась с ним через Джона. У нездоровых мужчин есть тенденция иметь нездоровых друзей. Это был самый извращенный мужчина, которого я когда-либо встречала. Он практиковал омерзительные и грязные прелюдии, которые обычный здоровый мужчина не может себе представить.

«Джимми Хлыст» получил свое имя, потому что он смотрел в двух направлениях. Ему одинаково нравились тайские девушки и тайские мальчики. Его так называли, потому что он любил бить своих сексуальных жертв хлыстом или плеткой. Второй свой псевдоним он имел из-за его извращенских и садистских наклонностей. Как и Джон, он не только любил садомазохизм, но и получал удовольствие от него. Мне не нравилось, когда меня избивали плеткой; это было очень больно. Но я согласилась из-за денег. Я не могла придумать другого способа заработать так много денег.

Поведение Джимми было более чем странным. Под видом обучения молодых девушек утонченным сексуальным техникам, он постепенно совершал с ними самые унизительные половые акты: мочился на них, заставлял их говорить: «Я кусок дерьма», бил их и разрушал их представление о себе и самоуважение. Он травмировал их физически и психологически. Хотя он им говорил, что таким образом усиливает их сексуальное удовольствие, правда была в том, что он наказывал их за то, что они были женщинами. Он был неспособен утолить желания, возникающие в нем. Он не мог долго сдерживать эрекцию и у него были проблемы с позвоночником, поэтому он не мог долго заниматься сексом. Он бил женщин за то, что они не соответствовали его требованиям. Он гордился, когда говорил, что он — извращенец. Я думала, что он был добрый. На самом деле это было само воплощение зла. Он никогда не показывал сострадания к девушкам, которых он избивал. Они были объектами его сексуальных экспериментов и пытки… и ничего больше.

Я была одним из его объектов. Джимми бил меня в грудь и мочился на меня. Он мочился мне на промежность, когда я сидела на унитазе, затем на мою грудь и затем дошел до моего лица. Насколько я его ненавидела, настолько я позволяла ему делать со мной все, что он хотел, потому что в глубине души у меня не было никакого самоуважения. Его нездоровое поведение стало еще хуже, когда я разрешила себя избивать, колошматить и унижать: и все это из-за денег. Только благодаря деньгам я забывала о ночных кошмарах. Я была в Паттайе, чтобы «делать деньги», и я делала, что угодно для этого и пока могла выдержать это.