Чтение онлайн

— Идиот, — фыркнула я, но, тем не менее, продемонстрировала руку. Его взгляд тут же посерьезнел.

— И когда успела? — схватив меня за запястье перебинтованной руки, спросил Сомаров, осторожно осматривая и прощупывая мою ладонь.

— Позавчера, неудачно упала, — невозмутимо пожала плечами.

— То есть ты такая неуклюжая? — усмехнулся он, вновь посмотрев на мое лицо.

— Представляешь? — ухмыльнулась я, со смехом наблюдая за его недоверием.

— Не могу представить, — покачал головой. — А ты умеешь врать, Алина, — задумчиво резюмировал он.

— Умею, но тебе пока не врала, — фыркнула. — Может, ты все-таки оставишь меня в покое? Я уж так обрадовалась, что ты вновь не обращаешь на меня внимания, — притворно разочаровано усмехнулась я.

— И проиграть мотоцикл? — Кирилл скептически поднял брови.

— Ну да, точно, это ж для тебя самое важное, — снисходительно улыбнулась.

— А ты умеешь еще и язвить, когда хочешь, — усмехнулся он.

— Это просто замечательно, так может, оставишь меня в покое? — я сделала самое любезное выражение лица, на которое только была способна.

— Ты какая-то слишком бледная. Ты вообще лечишься? — вздернул он брови. Я вздохнула. Как будто я ничего и не говорила.

— Лечусь, не видно? — фыркнула.

— Не видно, — резко припечатал Сомаров, и я изумленно приподняла брови. Ему-то что?

— Твои проблемы, — невозмутимо пожала плечами, и вновь уставилась в монитор.

— У меня такое ощущение, что тебе вообще на себя наплевать, — раздраженно заявил Кирилл, захлопнув ноутбук прямо перед моим носом, от чего я вздрогнула.

— Вероятно, потому что так оно и есть, — вновь фыркнув, я с вызовом посмотрела на него.

— Как же с тобой тяжело, — ухмыльнулся Сомаров. — Куда смотрят твои родители?

— Один — налево, другая — направо, — резко ответила. — Я уже самостоятельная, и делаю то, что пожелаю. Ясно?

— Ты сегодня слишком злая. Обычно ты белая и пушистая, — улыбнулся он.

— Ты-то откуда знаешь? — устало вздохнула, и прислонилась спиной к стенке.

— Мне было достаточно времени, проведенного рядом с тобой, чтобы это понять, — невозмутимо пожал он плечами.

— Сомаров, ты меня уже так достал, — усмехнувшись, я покачала головой и прикрыла глаза.

— Я старался, — согласился он, заставив меня улыбнуться. — Ты когда на учебу возвращаешься? — его тон вновь стал серьезным.

— Когда лучше станет.

— За сессию не беспокоишься?

— У меня автоматы, — фыркнув, я насмешливо посмотрела на него.

— Ну да, ты же у нас отличница, — усмехнулся он, и в этот момент зазвонил мой телефон. Я тут же напряглась, бросив взгляд на Сомарова, который с любопытством глянул на мобильный. Быстро схватив его, я подскочила, и, не обращая внимания на изумленный взгляд Кирилла, выбежала из комнаты.

— Да, мамочка, — на моем лице расплылась радостная улыбка, когда я ответила на звонок.

— Здравствуй, Алиночка, — послышался в ответ голос, пропитанный нежностью и тоской. — Как у тебя дела?

— Все в порядке, мам, — я не стала расстраивать её тем, что заболела. У неё и так забот хватает. — Как вы там? Как Владик? Ему нравится в школе? Двоек не нахватался?

— Да нет, что ты, Алиночка, он весь в тебя. Только хорошие баллы приносит, — я слышала по её голосу, что она улыбается. И моя улыбка стала еще шире, хотя, казалось, что это уже невозможно. Скулы болели от этого, но я ничего не могла с собой поделать.

— Это хорошо, он молодец, — закивала, хоть и знала, что она этого не увидит. — Я так по вам соскучилась, мам, — вздохнула я.

— Мы тоже по тебе, Аль. Ты приедешь на Новый год? — её голос, переполненный надежды и мольбы, заставил меня поежиться. Мне действительно очень хотелось их увидеть, но я не знала, могу ли себе это позволить.

— Я постараюсь приехать, мам, — уклончиво отозвалась я, и испуганно вскрикнула, когда на мое плечо легла ладонь, и повернула меня на сто восемьдесят градусов. Сомаров хмуро смотрел в мои глаза.

— Что случилось, Алиночка? — тут же заволновалась родительница.

— Все в порядке, мамочка, — заторопилась успокоить её я, не отрывая настороженного взгляда от парня. — Просто… Паук упал, прямо перед глазами. Маленький такой, домашний, — этих насекомых мы с мамой никогда не боялись. Но старались избегать их. Так, на всякий случай. Как говорится, береженых Бог бережет.

— Ой, ну что ты так пугаешь, — выдохнула родительница. — Алиночка, я тебя очень прошу, приезжай, а? Бог его, с этими деньгами. Просто приезжай, — мое сердце болезненно сжалось. Хотелось пообещать, но… Я не могла.

— Мам, я тебе обещаю, что постараюсь приехать, — поджав губы, начала говорить, все еще не отрывая глаз от Сомарова. — Передавай Владику привет, — улыбнулась я.

— Хорошо, обязательно скажу, моя хорошая, — согласилась она.

— Ну, все. Мам, ты извини, но мне идти надо. Знаешь, занятия… — врать я не любила, особенно маме, но ей не стоит знать, что я на больничном. Она будет волноваться, а мне этого не хотелось.

— Да-да, конечно, я все понимаю. Мы будем ждать тебя, — вздохнула она.

— Все, пока. Целую, — улыбнулась, и нажала на кнопку отбоя. Не было у меня желания слушать её прощальные слова.

— Ничего не хочешь рассказать? — тут же мрачно поинтересовался Сомаров.

— А должна? — вопросительно приподняла брови.

— Ты не планируешь ехать к семье на Новый год? — я поежилась. Все-то он понимает.

— Я не знаю. Тебе-то что? Только не говори, что тебе интересно, — скорчила гримасу.

— Я просто пытаюсь тебя понять. Тебя и твою жизнь, — серьезно проговорил Сомаров, заставив меня внимательно посмотреть на него.

— Зачем? — его слова вызывали у меня лишь недоумение.

— Мне так хочется, — пожал он плечами. Я продолжала сверлить его взглядом, не зная, что ответить. — Еще увидимся, Алина, — вздохнул Сомаров, и, отпустив меня, развернулся и пошел на выход.

Я провожала его взглядом до тех пор, пока он не скрылся из виду. Потом так же вздохнула и зашла обратно в комнату. Мои сожительницы даже никак не отреагировали на мое появление. Кажется, мое общение с Сомаровым их больше не волновало. Мне раньше казалось, что ничего не сможет их изменить. А потому я невольно задавалась вопросом — что он с ними сделал?!