Чтение онлайн

— Чтобы жить, — немного подумав, ответила я. Это ведь правда, ни капли лжи. Не обязана же я ему рассказывать все о своей жизни? Тем более, что он же у нас всегда все знает. Вот пусть и сейчас сам узнает.

— А родители тебе не помогают? — как бы невзначай спросил Кирилл. И я, отставив обувь в сторону, наконец-то обернулась к нему и заглянула в его изучающие глаза.

— Я не ты, висеть на шее у родителей не собираюсь, — достаточно резко отозвалась, и тут же принялась снимать пуховик.

— Ты врешь, — жестко припечатал Сомаров, заставив меня вздрогнуть. Не такой реакции я ожидала. В который раз он поступает не так, как я предполагала. — Даже ты не можешь работать вот так просто ради того, чтобы не висеть на шее у родителей. Не держи меня за идиота, Алина. Тебе нужны эти деньги. Я только пока не понял зачем, — я вновь заглянула в его глаза. Он был внимателен, возможно, даже немного зол.

— Ты действительно считаешь, что я могла бы сидеть на шее у родителей? — и прикусила губу, отвернувшись, наконец-то сняв пуховик и положив на стул.

— Нет, — немного помолчав, ответил он, склонив голову набок. — Но ты бы себя так не изматывала, если бы просто хотела быть самостоятельной, — и когда он сумел так хорошо меня изучить? — Так зачем тебе это надо? — и подошел ко мне, заставив теперь уже меня прижаться спиной к стенке. — Давай я буду давать тебе деньги, сколько надо, и ты бросишь это дело? — и испытывающим взглядом посмотрел на меня, расположив свои руки по бокам от моей головы.

— Какой же ты, — я не смогла подобрать подходящее слово, чтобы описать его. Мне просто было противно осознавать, что он хочет меня, в каком-то роде, купить за деньги.

— Какой? — его губы дернулись в намеке на улыбку. Ему еще и смешно?!

— Мелочный, — и тут же попробовала проскользнуть под его рукой. Но она тут же обвилась вокруг моей талии, останавливая.

— У меня много недостатков, правда? — ухмыльнулся он, прижав меня к себе, выбив, тем самым, весь воздух из моих легких. — И будет слишком неправильно, если мы будем вместе, не правда ли? — и осторожно убрав волосы с моего лица, все еще удерживая, коснулся губами моей щеки. Я непроизвольно дернулась от этой ласки.

— Мы и не будем, — тихо произнесла, почувствовав, как сжалось сердце от этих слов. Кирилл же от них вновь на некоторое время замер.

— Так не хочешь быть со мной? — наконец-то спросил он, слегка повернув мою голову за подбородок, чтобы видеть мое лицо. Но теперь замолчала я.

Что мне на это ответить? Что я так безумно хочу быть с ним, что готова прощать ему все его кошмарные, отвратительные поступки? Что готова ради того, чтобы он меня не отпускал, хоть каждый день терпеть неимоверную боль? Зная, что ему до этого нет никакого дела?

Или же солгать и сказать, что не хочу, и поставить крест на этих непонятных неправильных отношениях? Убить последнюю надежду на что-либо и веру в лучшее? Окончательно добить саму себя?

— Или хочешь? — так и не дождавшись ответа, спросил Кирилл, тут же развернув меня к себе лицом и обхватив его руками. — Хочешь? — вновь повторил он, слишком внимательно вглядываясь в мои глаза. Но я все еще не знала, что ответить. — Ну же, мышонок, скажи хоть что-то. Это ведь не сложно, — и провел большим пальцем по моим губам.

— Пусти. Мне надо работать, — и поджала губы.

— Как же с тобой сложно, — вздохнул он, все еще пытаясь увидеть ответ в моих глазах.

— С тобой не легче, — и обхватила ладонями его запястья, попытавшись отстранить их от себя. Но лишь вызвала у Кирилла улыбку.

— Со мной никогда не было легко, — и вновь поцеловал меня. Его руки скользнули на мою талию, заставив меня отпустить их. Вместо этого я обняла его за шею, в попытке быть еще ближе. И одной рукой несмело скользнула в его волосы, оказавшиеся слегка жестковатыми.

Ответом на это с его стороны послужили скользнувшие еще ниже ладони, которые тут же резко подхватили меня за бедра, заставив обвить ногами его талию, или даже ниже её. И прижал к стенке, выбив этим воздух из моих легких. К щекам благополучно прилил румянец.

— Моя маленькая девочка, — выдохнул Кирилл мне в губы, и вновь поцеловал с еще большим напором. Кажется, в его квартире я не смогу продержаться и недели, с такими темпами.

— Кхм, — послышался наигранный кашель Солдатова. Сомаров тут же прервал поцелуй, а я уткнулась лицом в его плечо, не желая показывать ему свой румянец. — Не помешал?

Ответом на насмешливый вопрос Леши послужило молчание. Кирилл отпускать меня вовсе не собирался. Продолжая держать меня за бедра, он провел носом возле моего виска, а после коснулся губами моего уха, заставив вздрогнуть. Присутствие друга его вовсе не смущало.

— Сомаров, отпусти уже Алину. Не видишь, что она смущается? — от этих слов Леши стало лишь хуже. Еще больше захотелось провалиться сквозь землю.

— Вижу, — улыбнулся в ответ Кирилл. — И наслаждаюсь, — уже шепотом произнес он только для меня, чем заставил меня недоумевать. Похоже, он действительно постоянно смущает меня специально.

— Дак отпусти, — фыркнул Солдатов. — Разговор есть.

Сомаров на это лишь вздохнул, и явно неохотно переместил свои ладони на мою талию. Я тут же поспешила слезть с него, но руки убрать не успела, и они были блокированы парнем.

— Мы еще вернемся к нашему разговору, — выдохнул мне в губы он, и вновь поцеловал. Сильно, но недолго. Совсем скоро он отстранился, и позволил мне отпустить его. После чего я поспешно ретировалась в свою временную комнату, услышав позади себя его смешок. Ну, хоть кому-то весело.

Закрыв за собой дверь, я наконец-то вздохнула. Прекрасно, так легко поддаваться на его действия. С такими темпами он очень скоро добьется своего. А если он это сделает, то, как я полагаю, на этом все и закончится. А этот момент я хотела оттянуть на как можно более позднее время.

Вот с такими не радужными мыслями я подошла к своей сумке. После нашего купания мне явно не помешает душ, чтобы надеть сухое белье, и, собственно, сухую одежду.

Прихватив нижнее белье, и чисто на автомате взяв его рубашку (интересно, как она тут оказалась?), так полюбившуюся мне, на цыпочках отправилась в ванную комнату. И на ходу обдумывала, чего мне ждать от возврата к «нашему разговору», как сказал Кирилл.