Всего один год (или: "Президент").
Шрифт:
– И – пока молчит.- Многозначительно добавил Алкой. Президент лишь грустно ухмыльнулся в ответ.
– Есть ещё одна проблема, Анри…- Абар помолчал, расхаживая по комнате, заложив руки за спину – то ли собираясь с мыслями, то ли – раздумывая, говорить мне это или нет.- Дело в том, что вся существующая система управления страной… строилась до сих пор буквально… по принципу "горной деревни"… когда сакли строятся исключительно по мере необходимости, без учёта каких-либо предполагаемых завтрашних потребностей – и, в итоге, лихорадочно разбросанные на склоне горы, громоздятся одна на другую…- Он помолчал, как бы смакуя сравнение.- Эта система управления неработоспособна в принципе, и, если ей что-то где-то и удаётся – то только благодаря энтузиазму и порядочности отдельных, входящих в неё, личностей… Которые в процессе своей деятельности… точнее – в процессе борьбы с остальной системой… изнашиваются до состояния дряхлых стариков… Да и вымирают, как мамонты… Сегодня же… Уже давно пора создать нечто более разумное, более стабильное и надёжное, более…- Абар усмехнулся,- знакомое с понятиями "технология", "архитектура"… И мы будем всё это делать. Под покровительством государства. Всё должно быть построено разумно, взаимосвязанно и единообразно. И – достаточно просто для понимания практически каждым гражданином. Подобные системы нельзя строить только из людей, Анри: люди не могут быть простыми исполнителями, их интересует творческий процесс. И, если ты увидишь простого исполнителя – не верь глазам своим: наверняка он имитирует эту деятельность, занимаясь на её фоне чем-нибудь другим. Хорошо бы – не разрушением системы, в которой работает. Всякий клерк, тупо выполняющий свои функции, опасен для системы, как мина замедленного действия: он просто не может выполнять их всегда механически точно. Он – не машина. Он – человек. И, если он не занят принятием решений – он придумает себе такое занятие. Он начнёт или искажать проходящие через него потоки информации, или вести какую-то другую, придуманную им и только ему ведомую игру. Системе это не нужно, Анри. Его нужно заменить машиной. Вычислительной машиной. Люди же нужны там, где нужно передавать, собирать и обобщать информацию – эти рутины компьютеры делают куда лучше нас… Люди нужны там, где эту информацию нужно анализировать, там, где нужно принимать решения… В итоге – нормальная система управления страной должна представлять собой сложную многоуровневую систему, состоящую и из компьютеров, и из людей – при этом каждый должен выполнять свои, свойственные ему, функции… Чтобы создать такую систему – нужны люди… Не те, которых мы этому ещё будем учить, а специалисты, которые уже давно маниакально страдали подобными идеями… Таких людей надо искать, дружище…- Абар, обернувшись к Алкою, пристально посмотрел на него – как бы пытаясь определить, оценил ли тот серьёзность момента и принял ли задачу к исполнению.
– Мы должны как можно скорее собрать коллектив, способный спроектировать и создать подобную систему…- Видимо, удовлетворившись результатом наблюдения, продолжил он.- Но сами мы такой коллектив не создадим. Мы не сумеем заставить "учёных обезьян" дружить и сотрудничать, если они этого не захотят. Для этого нужен лидер. Лидер конкретно этого направления. Маньяк, одержимый этой идеей – и, одновременно, специалист по построению подобных систем, по их архитектуре и принципам взаимодействия звеньев… В таком коллективе всё определяется лидером… Который поведёт за собой стадо вандерлогов… сумев увлечь их настолько, что они забудут про торги крутизной, битие себя в грудь, выяснения отношений, ссоры и распри… Он должен быть из их среды – это безусловно. Он должен говорить, как они, понимать их, уметь заставлять слушаться и внимать себе, увлекая своими идеями… Он должен быть технологически грамотен, чтобы не взирать беспомощно на вышедший из-под контроля процесс, а, сумев заранее предвидеть все возможные выбрыки как конструкторов, так и их детищ, предусмотреть уздечки для большинства возможных инцидентов…
– Для всего этого он должен иметь степень свободы, граничащую с бесконтрольностью…- Вздохнул Алкой.
– Разумеется,- охотно кивнул Абар.- Что создаёт массу проблем при выборе такого лидера. Мы должны быть уверены, что он не поведёт эту толпу Бог весть, куда… Куда нам не надо…
– В угоду своим амбициям, интересам или попыткам скрыть некомпетентность…- Вздохнул секьюрити. Абар кивнул.
– Он должен быть действительно сверхкомпетентным. И, в то же время – уважаемым в своих кругах, среди этих самовлюблённых вандерлогов… Непростая задача…- Ухмыльнулся президент.- чтобы решить её… при подборе лидера мы введём некоторые… "элементы народовластия". Подбирать мы его будем… например, так…- Абар замолк – видимо, окончательно обдумывая предложение.- Твои люди, Алкой, пусть опросят всех, кого в народе считают специалистами в этой области. Далее есть два варианта… Каждый из них пусть отрабатывается параллельно разными группами… Первый из них таков: каждому надлежит задать каверзный вопрос: если, дескать, тебе самому сюда влезть почему-то нельзя, то кого бы ты предпочёл видеть на этом месте? Из тех соображений, чтобы система потом работала и ты бы не возражал в таком обществе жить? Второй вариант таков: если этому специалисту задать вопрос, на который он ответить не сумеет – к кому он пошлёт за консультацией? Таким образом мы сумеем построить две параллельные "квалификационные" и "порядочностные" пирамиды", вершины которых наверняка сомкнутся. Если же вдруг нет – будем обдумывать ситуацию, что-то решать… В любом случае эти вершины состоят из наиболее квалифицированных специалистов нашей страны – с них и начнём… Сведём их в одну кучу и попробуем выбрать наиболее зрелого… Владеющего не только предметом, но и знающего в какой-то мере реальную жизнь… Если его ближайшее окружение против этой кандидатуры не возражает – пусть он и верховодит поначалу… А там посмотрим…
– А если возражает?- Вздёрнул подбородок секьюрити.
– Когда окажется, что возражает – тогда и будем думать,- развёл руками Абар.- Кстати, Анри…- Он повернулся ко мне.- Кстати… Если ты… или – твои друзья… что-либо где-то о таком деятеле услышите – я думаю, вы не утаите от нас эту информацию?- Я улыбнулся – дескать, как можно…
– Только – чур: никому не рассказывать, зачем это нужно. И – не говорить, что я этим интересовался. Договорились?- Я кивнул, но, чтобы окончательно прояснить ситуацию, спросил:
– Почему?
– Я не хочу видеть здесь очереди маньяков, предлагающих различные технические решения этой проблемы и утверждающих, что они – самые умные.- Поморщился Анас-Бар.- Я хочу сначала найти… Если не самого умного, то, по крайней мере, самого признаваемого… другими "учёными обезьянами"… маньяка… а потом предложить ему решить эту проблему. В надежде, что он, если не сумеет решить её сам – то, по крайней мере, сумеет разобраться в очереди претендентов… Создать коллектив… И, быть может – достигнуть результата…
– Какого?- Ухмыльнулся я. Абар только вздохнул в ответ…
Глава # Лидочка.
…Лидочку мы пошли встречать все втроём: я, Джакус и Карой де Лю. Флайер задерживался, и я заметно нервничал: метущая с утра позёмка теперь уже угрожала разыграться в настоящую метель – а тогда Аэропорт Кайаны будет закрыт, Лидочку завезут Бог весть, куда – и неизвестно, насколько это всё затянется. Джакус пошёл выяснять обстоятельства к своей знакомой диспетчерше, а мы с Кароем тихонько стояли у стеклянной стены, глядя на проклятую позёмку на лётном поле. Вечерело. Ветер крепчал. Досада обуревала мной всё больше и больше. И другое, какое-то непонятное мне доселе чувство примешивалось к ней – при более подробном рассмотрении я с удивлением обнаружил… тревогу за Лидочку. "Странное дело, Анри…- иронично подумал я,- с каких это пор тебя стали тревожить судьбы чужих секретарш"?- "Судно" всё не прибывало. Сначала мы именовали его между собой просто флайером, затем, после нескольких объявлений – приняли предложенное диктором слово "лайнер", затем обозвали его "корабль", "корыто", вскоре прозвучало слово "судно", которое почти сразу же превратилось в "судно" – с ударением на последнем слоге.
Наконец объявили прибытие.
– Отойди от стекла – прилипнешь…- минуту спустя шепнул мне Карой. Странно – я даже не заметил, что едва не выдавил стекло, вглядываясь в сумеречную мглу. Карой взял меня за кончик носа и со смехом помял его:
– Пусть лучше будет немного красным, чем совсем белым…
– Пусти…- Я нетерпеливо вывернулся и стал сосредоточенно оглядываться.
– Если ты ищешь терминал – то он прямо под тобой. Лестница – справа, в десяти ярдах…- Несколько насмешливо оглядывая меня, пожал плечами Карой и отвернулся к окну. Флайер уже рулил по полосе.
– Пошли…- Я, видимо, был нетерпелив, как молоденький козлик.
– У тебя есть минут пять-десять. С учётом таможни – ещё, как минимум, 20. У терминала же ты будешь через 40 секунд.- И Карой нехотя последовал за мной.
– Жаль, что Джакус не захватил свою камеру…- Догнав меня, заметил он.- Думаю, что через пару недель тебе будет интересно понаблюдать со стороны, как ты топтался здесь, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, как будто в очереди в клозет…
– Заткнись…- Попросил его я. Меньше всего меня интересовал сейчас мой внешний вид и то впечатление, которое я производил на окружающих. Воображение рисовало картины одна ужаснее другой… Если минут десять назад в голове вертелись, как метель, варианты неудачных посадок, аварий, столкновений в воздухе, пожаров, террористических актов – то теперь паника была по поводу её состояния здоровья, таможни, возможного опоздания на рейс… Сначала я боялся, что её вынесут на носилках. К чему бы это, интересно, а? Потом, когда последний пассажир уже покинул "судно" – я боялся, что она опоздала на флайер и её нет сейчас здесь: я-то её не увидел. Хотя, если честно, мудрено было разглядеть чьё-либо лицо на таком расстоянии, в сумерках, да ещё и в метель, которая, как назло, разыгралась теперь не на шутку. Потом я боялся, что она не пройдёт таможню – вдруг что-то в её багаже привлечёт внимание "пылких ункарских стражей порядка", которые славились своим мздоимством… Короче – паника не покидала меня ни на минуту.
– Отключись… А то крыша съедет…- Положил мне руку на плечо Карой.- Ты говорил, что встречаешь подружку, Анри…- С усмешкой продолжил он.- Что ж – может быть… Да только сдаётся мне, что она для тебя – нечто большее, чем просто подружка…- Усмехнулся смуглянка.
– Заткнись, а?- Почти умоляюще попросил его я. Карой недоумённо пожал плечами и отвернулся. Обиделся, видимо. Может быть. Да только мне тогда, признаться, на всё на свете было наплевать. Уже через минуту я снова излучал в пространство такое беспокойство по поводу таможни, что проходившие мимо меня люди с тревогой оглядывались вокруг, как бы ища источник опасности… И вдруг… перед глазами что-то мелькнуло и сразу стало темно. Целая секунда понадобилась мне, чтобы сообразить, что кто-то просто закрыл мне глаза руками. Ещё секунда ушла на то, чтобы сообразить, кому бы это могло прийти в голову. К этому времени я уже ощущал её сзади – целиком, всю – и мне становилось как-то жутко приятно от её озябших ладошек…
– Ли…- Едва успел выдохнуть, оборачиваясь, я – и тут же ощутил, жадно искавшие мои, её губы… Наверное, мы слишком долго не реагировали на окружающих… Наконец Карой, не выдержав, кашлянул, пытаясь обратить внимание на свою персону. Спохватившись, совершенно пунцовая Лидочка нерешительно обернулась к нему, не пытаясь выбраться из моих объятий.
– Кто это?- Шепнула она.
– Карой де Лю… Местный… Собрат по перу… У нас с ним сложились… более, чем приятельские… отношения…- Пытаясь восстановить дыхание, шёпотом бросал отрывистые фразы я. Лидочка, ещё больше зардевшись, несмело протянула ему руку. Я думал, он просто пожмёт её – как это сделал бы любой из нас. Но Карой галантным жестом, в полупоклоне, принял её ладошку в свою, и, держа за пальчики, чуть приподнял и… поцеловал. Не знаю – от неожиданности или от удовольствия – но по телу Лидочки пробежала такая дрожь, что я невольно сжал её в объятиях… Она несмело повернула ко мне голову, и, не зная, как на это можно и как нужно реагировать, невольно, прикрыв глаза, подставила дрожащие губки для поцелуя… Меня не нужно было долго упрашивать…
Так мы и стояли втроём – Лидочка в моих объятиях, полуобернувшаяся ко мне… Я, уже вошедший во вкус, и более нежно, чем жадно, обцеловывающий её губы, глаза, шею… И Карой – может, тоже вошедший во вкус и уже в который раз нежно прикладывающийся губами к вздрагивающей при каждом прикосновении ручке Лидочки…
– Ну-ка, ну-ка… Это что же вы тут делаете? Позвольте-ка и мне…- Вдруг раздался громоподобный бас запыхавшегося Джакуса. Подлетев к нам, он буквально отобрал у меня ничего не успевшую сообразить Лидочку и легко закружился с ней в объятиях. Через пару секунд я услышал Лидочкино "Пустите… Что Вам от меня нужно?!!" – тон её от недоумения постепенно склонялся к негодованию; едва закончив фразу, она, насколько это было возможно, отстранилась, и, взглянув на нападающего – взвизгнула и отчаянно забарабанила по нему кулачками. Это было и смешно, и грустно… Джакус, осторожно поставив гостью на пол, склонился перед ней, пытаясь подставить хотя бы не лицо, а спину; но Лидочка тут же воспользовалась этим его положением и, схватив беднягу для верности за волосы, со всей дури въехала ему коленкой по носу. Закапала кровь…