Чтение онлайн

– Выбирать – сложная задача…- Наконец, когда всё более-менее стихло, сказал кто-то.- Всегда проще, если за тебя трудный вопрос решит кто-то…- С сарказмом добавил он.

– Да, но при этом – в своих интересах…- Кивнул Абар. В зале засмеялись.

– Давайте определимся с критериями!- Крикнул кто-то. Как мне показалось – в основном, чтобы поучаствовать в процессе и показать собравшимся, что он знает такое умное слово: кри-те-ри-и.

– Основные критерии головы,- вздохнув, просто ответил Анас-Бар,- есть его ум, порядочность, жизненный опыт. Всё знать, разумеется, невозможно – но, чем больше голова будет знать сам, тем лучше. Я считаю, что в методологии управления, в построении эффективных систем управления я разбираюсь лучше, чем кто-либо из известных мне людей.- Я так понял, что ранее уже обсуждалось, что Абар как-то претендует на роль лидера.- И уж – куда лучше, чем любой из моих предшественников…- С сарказмом добавил он.- Об уровне порядочности которых я тоже наслышан…

– А о Вашей?- Ядовито выкрикнули в зале.

– Хм…- Озадаченно вздохнул Абар.- Давайте сделаем так. Я считаю, что лучший критерий истинности есть практика. Если хочешь понять, чего хочет человек – просто понаблюдай за ним. Или – проанализируй его прошедшую жизнь.

– Логично…- Громко согласился оппонент, но в голосе его как бы звучало подчёркнутое утверждение, что "я не сдался".

– Так вот…- Вздохнув, спокойно продолжил Абар.- Пусть тот, кто найдёт хоть один факт в моей биографии, позволяющий ему… как-то усомниться в моей порядочности, первым бросит в меня камень. Насколько он сам без греха, меня при этом не интересует. Что же касается всех моих бывших подчинённых – найдите хоть одного, кто обвинит меня в несправедливом к нему отношении. Я понимаю, что те, кому хотелось меня подсидеть – могут, конечно, на меня обижаться… Но даже они… пусть попробуют найти факт, на котором можно построить подобное обвинение.- Как мне показалось, с некоторой обидой в голосе закончил он.

– Так безгрешен?- Оппонент, уже будучи заметно поколеблен, всё же не сдавался.

– Ну, все мы в этом мире не без греха.- Вздохнул Абар.- Но я всегда стремился быть справедливым к другим. Насколько мне это удавалось – пусть они сами и скажут. Я думаю, что имею право заявить: найдите хоть один факт.

– Почему?- Уже более заинтересованно, чем вызывающе, поинтересовался "дразнилка". Абар усмехнулся:

– Потому, что сам не могу такого припомнить. Ну, а… если можно так выразиться, кредо моего поведения… Можно, пожалуй, выразить так: наверх я мог пропустить того, кто был сильнее, умнее, опытнее меня. И – достаточно порядочен, чтобы мне нечего было под ним бояться… Остальным я пытался это путь, разумеется, прикрыть. Внизу я подбирал тех людей, которые пахали – просто потому, что им это доставляло удовольствие. И – заботился о том, чтобы результаты их труда были оплачены максимально возможно. Обычно эти люди получали только за реальный результат и – в несколько раз выше, чем могли рассчитывать получить в обычном Соновском производстве. Выше – потому, что не надо было кормить дармоедов, которых я безжалостно изживал. Так что – судите сами…

– Но это всё – только слова…- Сделал последнюю попытку нападающий.

– Отцепись от начальника, Дегуа…- Ответил ему, как я понял, один из организаторов.- Ты упрекаешь его в том, что он чистенький и не голодный, в то время, как ты едва сводишь концы с концами? Так у него на то голова есть. Можешь ты сам до всего того додуматься, что сегодня услышал?

– Может, и могу!- С вызовом ответил Дегуа.- Если получу возможность достаточно долго думать о чём-то, кроме еды!

– Значит, тебе не повезло, Дегуа…- Усмехнулся организатор.- А ему – повезло. Хотя бы в том, что он имел возможность подумать. О чём-то, кроме еды. И то, что он придумал, меня устраивает. Поэтому я готов играть с ним в его игры. Я принимаю ситуацию такой, какова она есть. И, если могу её использовать на своё или общее благо – то пытаюсь. А если кто умеет по-другому – то флаг ему в руки и скатертью дорога. А я посмотрю.- С досадой закончил он.

– Не дуйся…- Послышалось в ответ.- Лучше скажи, насколько мы можем этому чистенькому доверять?

– Мы проверяли его. На двух предприятиях, которыми он верховодил… Мы опрашивали народ…

– А чё ж только на двух?

– Так заплати – мы съездим и на остальные…- Съязвил отвечающий.

– Ну, ладно…- Смилостивился его оппонент.- Так что ж народ?

– Да народ – он тута… В зале.- Послышался шум отодвигаемого стула и тяжёлый вздох – видимо, кто-то из гостей встал, чтоб говорить.- Не, мужики… Не дело вы тут затеяли…

– Ты об чём?

– Да шефа поносить…

– А чё такого?

– Да ничё!- Едва не зло ответил вставший.- Мы при нём хоть знали, за шо спину гнуть. По три зарплаты домой приносили…

– Так и спину гнули ж не за одну?

– А те шо – хоцца, шоб совсем не гнуть, или как? Так иди манну небесную дожидайся! Ходи отак, язык высунувши, по улицам – глядишь, и перепадёт чего-нибудь…- Невинным голосом предложил гость, вызвав заслуженный хохот собрания.- Или – бери берданку и дуй на большую дорогу… Пока из тебя кто-то другой решето не сделает… А шефа не трожь. Он из нас сделал не рабов, а пахарей.- Серьёзно продолжил он, когда шум поутих.- Мы пахали, заранее зная, сколько стоит наша работа. И – зная, на что идём. А он меж тем колдовал, как бы нам чего ещё поверх того перепало…

– А например?

– Ну, он умел, например, в обход налогов нам жратву на завод завозить…

– А это как?

– А так! Махнули, скажем, комбайн втихаря на картошку – а картошку и поделили.

– Поровну?

– Фиг вам! Как пахали, так и поделили. Толпа решила: делить пропорционально закрытым нарядам. То есть – принятым работам. Бригадиры пересчитали, а дальше – токо тягай мешки…

– А родина ж шо? Свою долю не стребовала?

– А хто ж ей скажет?- Ухмыльнулся гость.- Крестьяне? Или мы? Так и те, и другие – не дураки ж, вроде…- Снова с невинной рожей развёл руками он, вызвав одобрительные смешки.

– А шо ты там про рабов толковал?- Вдруг заинтересовался кто-то.

– Ну, шеф глаголет, шо Человек не должен продаваться в рабство, будучи принят на работу. Он толкует, шо работяга не обязан делать чуть ли не всё, что ему прикажут.

– То есть – как?

– Да так… Он просто заключает с конторой… такой договор… в котором писано, шо работник выполняет в интересах конторы… указанную в договоре работу в течение определённого договором времени… А контора за это чего-то делает в интересах работника.

– Чёй-то умничаешь…- Недоверчиво пробормотал кто-то.- Это ж чё она делает в моих интересах?

– Ну, чаще всего – просто платит. Токо ж кто ей запретит рассчитаться картошкой, если в результате всего этого та самая картошка обошлась мне чуть ли не впятеро дешевше?

– То исть как это?

– Да так… Крестьяне налоги платили? Не. Наша контора их платила? Не-а… И мы их тоже не платили. Вот и прикинь… Во что выходит такой "баш на баш"…- Насмешливо пояснил гость.

– Дык, это шо ж – выходит, шо родина больше половины наших заработков откушивает?- Недоверчиво предположил его собеседник.

– Ну, ежели как ты ишо не сообразил – так приходи ко мне, посчитаем на бумаге…- Снисходительно вздохнул гость.- Но это – фигня всё просто… По сравнению с ишо кой-чем…

– Толкуй…- Уже заинтересованно попросили его.

– Шеф ввёл чуток другое отношение к труду.

– То есть?

– То есть – каждый делает то, шо ему нравится. То есть, по-нашенски говоря, всяка лошадь сама выбирает свой хомут. Я режу металл – потому, шо мне то интересно. И потому, шо нихто этого кругом так, как я, делать не умеет. А мне сие приятно.

– Понятно, ну и шо?

– Не перебивай… Вон Карди – спец по краскам. Он может нанести краску на любую поверхность так, шо она потом до скончания веков не слезет… Рети – мастер гайки крутить… Так он на сборке работает… То исть – каждая лошадь свой хомут вроде как нашла…

– Ну, и шо? А у нас шо – не так?

– Не… У вас – послать могут. Приказать. У нас – не бывает. У нас каждый тянет токи тот хомут, который сам себе выберет… И ишо… У нас каждый, кто хочет раскрутить на заводе какое-то новое дело… Запустить, скажем, новое изделие в производство, значится… Так он сначала ходит по цехам, выискивая себе подельщиков… Набирая, то есть, соисполнителей… Ежели наберёт – определяемся с долями каждого… То бишь – с ценой на то, шо каждый из нас свою шею в этот хомут вставит. Как токи договоримся – делаем пробную партию. Потом снова собираемся – обсудить, не передумал ли кто… Потом подписываем бумажки – и с тех пор твоя шея в хомуте.