Чтение онлайн

— Ты права, я виноват, но лишь в том, что обманывал сам себя. Ведь в твоём лице, я всегда видел её лицо. В твоём голосе слышал её голос. Всякий раз, находясь рядом с тобой, я боролся с мыслью о том, что что-то не так. Но считал это бредом, ведь как такое может быть? И если бы ты сказала сразу, объяснила…

— Это не правда! Я тебе не верю. Ты говорил, что любишь МЕНЯ! — крикнула она.

Ему было тяжело видеть Ханну, в таком состоянии. Но он знал, что, что бы ни сделал, будет недостаточно. Ведь дать то, что она хочет не в его силах.

— Прости… — прошептал он и развернулся.

— Я не прощу, слышишь? — крикнула она ему вслед, он ушел. Ханна упала на землю и заплакала. Она не сдерживала эмоции. У девушки началась истерика, она просто не могла, и не хотела верить в то, что это произошло. Казалось, всё тело болит, всё внутри болит, казалось, её выворачивают изнутри.

Джес и Мет пришли в агентство.

— Ты точно будешь в порядке? — спросил он.

— Да, выпью таблетку, и всё будет хорошо. — заверила она. Хотелось уже попрощаться с ним, и побыть одной.

— Не нужно пить таблетки сейчас. Ты же выпила, просто выпей чаю, и поспи. — Сказал он и поцеловал девушку в лоб. Джес кивнула, и поспешила зайти в лифт. Дверь закрылась, судорожно вздохнув, закрыла глаза. Врать, смотря в его доверчивые глаза очень тяжело.

Придя в комнату, сразу пошла в душ. Ощущения были противоречивыми, если так подумать почти всё закончилось. Майк, наконец-то узнал правду, наконец-то они могут быть вместе. И всё бы ничего, но Мет. Вспоминая его, сердце болезненно сжималось. Он был последним человеком, кому хотелось делать больно. Она не хотела, чтобы, и он чувствовал то же, что и она когда-то. Лёжа в постели, Джес не сдержала слёз. Это не была истерика, или что-то похожее. Это были слёзы от безысходности. Они тихо стекали по щекам, и собирались солёными каплями на подбородке. Майк звонил, но она не приняла вызов. Сейчас ей надо побыть одной и всё обдумать.

Проводив Джес, Мет уже хотел идти в общежитие. Но не успел пройти и полпути, ему позвонила Ханна. Он сразу понял, что у неё что-то случилось, её голос дрожал, и его это взволновало. Всё-таки она, долгое время была ему не безразлична и, судя по всему, чувства не проходят за пять минут. Она попросила приехать, и разумеется, он не отказал.

Место, куда она его пригласила, оказался отель. Удивившись, он поднялся в номер, который она прислала сообщением, вместе с адресом. Открыв дверь, вошёл в номер, казалось, он пуст. Мет оглядывался по сторонам в поисках Ханны, но её не было. Неожиданно, он услышал щелчок дверного замка, и обернулся. У двери стояла Ханна в одной простыне, он удивлённо смотрел на неё. Не говоря ни слова, она подошла к нему вплотную, и отпустила руки. Простыня упала на пол, обнажив её тело.

— Что ты… — начал он.

— Ты же меня любишь? Пожалуйста, люби меня! — прошептала она, и впилась ему в губы. Он не смог оттолкнуть её. Эта минута, так долго преследовала его в мечтах и снах, что даже сейчас, происходящее, казалось не реальным.

Повалив девушку на постель, он принялся страстно целовать её шею и грудь. Это было его самым большим желанием, быть с ней, владеть ею, слышать её стон в ночи. Чувствовать её. Он совсем обезумел, забыв обо всём на свете, только она, её улыбка, её волосы, её прерывистый стон наслаждения.

Спустя час сумасшествия, лёжа в постели, он смотрел в потолок, а она лежала рядом, повернувшись к нему спиной, смотря в окно, и тихо плача.

— Зачем ты это сделала? — спросил он, слегка хриплым голосом.

— Хотела, чтобы ты ощутил то же самое, что и я. Вкус предательства. То чувства, когда предаёшь того, кто тебя любит, и верит тебе. Это как глоток ликёра. Сначала сладко, но сладость исчезает, исчезает очень быстро, оставляя только горький осадок, который словно разъедает изнутри. Моя сестра как-то сказала: «Всех за любовь ожидает расплата» — думаю, сегодня мы оба поняли смысл этих слов. — Подушка была уже мокрая от слёз.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Мет.

— Майк бросил меня. — Сказала она, мимолётная улыбка коснулась её губ, чувство безысходности накатило с новой силой. — Он сказал, что всегда видел во мне — её!

— Её? Джес?

— Да. Ааа, — протянула девушка — Ты же не знаешь! У них целая история получилась. Прям, хоть кино снимай. Есть и начало, и отрицательные герои, которые мешают. Соперник и happy end! И жили они долго и счастливо!

— Не понимаю? — спросил Мет, приподнимаясь на локтях.

— Поймёшь, скоро всё поймёшь… — ответила она. Мет быстро встал и оделся. Не сказав больше ни слова, выбежал из комнаты.

Ханна перевернулась на спину и, перебирая пальцами, локон волос, смотрела в потолок. Ей было трудно даже дышать, да она и не хочет больше дышать, раз его нет рядом, ей ни к чему жить.

Мет бежал в агентство, он не переставал звонить Джес. Сердце тревожно стучало. Он не должен её потерять, не может сделать снова больно, ведь он обещал, что поможет излечиться.

Утром Джес проснулась от настойчивого телефонного звонка. Она подумала, что это Мет или Майк. Они всю ночь звонили, но девушка не брала трубку. И сейчас решила перестать мучать, хотя бы одного из них, смотря кто звонит. К её удивлению, это был ни тот, ни другой — это был отец. У него был тревожный голос, он сообщил о том, что Ханна в больнице.

— Что? Что случилось? — спросила она, соскакивая с кровати.

— Мы в центральной больнице приезжай немедленно! — сказал отец, и отключил телефон.

Быстро умывшись и одевшись, вызвала такси.

Зайдя в палату, она увидела сестру. Ханна лежала вся бледная, с забинтованными запястьями. Отец сидел рядом, и гладил её по руке. Джес почувствовала, как сердце болезненно сжалось, а где-то глубоко, мелькнула мысль: "Майк, не сдержал обещание? Она решила из-за этого себя убить?" Ко всему прочему, добавилась ещё и чувство вины.

— Что случилось? — спросила она, вставая возле отца.

— Она попыталась убить себя. — видимо он был шокирован, потому что слова плохо ему давались. — Она сняла номер в отеле на два часа, но не вышла по истечению времени, администратор пошёл проверить, и нашёл её в ванной… — сказал он и судорожно вздохнул.

— Двери что? Были открыты? — спросила она, к девушке начало приходить понимания.

— Твоя сестра в тяжёлом состоянии, а тебя волнует, открыты ли были двери? — спросил отец разозлившись. — Побудь здесь, а я пойду, поговорю с врачом, чтобы ничего не просочилось в прессу.

— Твоя дочь в тяжёлом состоянии, а ты думаешь о своей репутации? — усмехнулась Джес.

— Я спасаю не только свою репутацию, но и её. Если узнают, что у неё есть суицидальные наклонности, она распрощается со сценой. Да и совсем, что касается телевидения. — сказал он, и вышел из палаты. Джес посмотрела на Ханну, и увидев, как подрагивают её веки, села на место, где сидел отец. Её догадки оправдались, и сейчас на место жалости, пришла злость. Она вздохнула, попытавшись успокоиться. Положив ногу, на ногу она сказала.