Чтение онлайн

На перенос всех блоков ушло больше часа — при этом Лори очень помог запасной кислородный баллон, который она предусмотрительно взяла на складе. На Энстрикторе было должно быть очень много подобного добра, но отыскать полные баллоны в огромном, едва знакомом корабле было не просто. Находка была счастливым везением, и она решила, что должна уложиться в его восемь часов. В конце концов, почему бы и нет, ведь в криоблоке можно находиться без скафандра!

Теперь, расположив на металлическом полу все свое богатство, Лори пыталась решить своеобразную головоломку. Предполагая, что при правильном соединении блоки должны бы образовать куб, и руководствуясь короткими пометками-ключами, а также собственным здравым смыслом, она подбирала одну деталь за другой. Пирамида процессора быстро росла.

Наконец, все части оказались на месте, и Лори с гордостью посмотрела на дело своих рук. Куб не получился. Более того, сооружение это вообще не имело определенной формы и своей неказистостью напоминало раскидистое дерево. Совершенно неподъемное, это "произведение искусства" не влезало даже в воздушный шлюз, поэтому его пришлось снова разобрать на несколько относительно независимых модулей, и в таком виде тащить до места назначения.

Добравшись до лестницы к помещениям бортового компьютера, Лори обнаружила, что доступ к ней закрыт железной дверью. Увы, это была одна из тез дверей, которая не открылась автоматически при сбросе систем центрального компьютера. Подняв руку, чтобы почесать затылок, Лори вспомнила, что ней шлем. "Как бы на этой двери не закончилась вся моя деятельность", — с тревогой подумала она.

Следующим шагом в программе был визит на склад за схемой корабля и центрального компьютера. Выбрав с полки нужный кристалл, Лори поняла, что у нее нет считывающего устройства. К этому моменту она, однако, уже вошла во вкус своего нового начинания, и поэтому направилась в криоблок с твердым намерением вбить кристалл в глотку тамошнему компьютеру. Но такая радикальная мера к счастью не понадобилась — у ТС-10 нашелся монитор для просмотра сообщений.

Упершись локтями и коленями в стенки узкой шахты, Лори зубами подсоединяла сигнальный шлейф компьютера. Чтобы вытащить разъем с восьмидесятью шести контактами из укрепленной в стенке шахты ответной части, идущие к нему провода пришлось сначала отгрызть. Затем, ухватив по удобнее пластмассовый конец разъема, она изо всех сил отвела голову назад. Бесполезно. Только теперь Лори заметила, что разъем удерживается с помощью двух пружинных штырьков, и достать его можно только одновременно отогнув их в стороны. После нескольких попыток, ей все же удалось отделить одну сторону разъема, и затем, уже с меньшими усилиями вторую. Наконец, она разжала зубы, и выдранный конец полетел в бездонную глубину шахты.

Лори сделала глубокий вздох. Сердце у нее бешено колотилось, во рту пересохло, а руки и ноги были готовы отвалиться. Глаза заливал пот, который было невозможно вытереть, и добавок ко всему в ушах что-то трещало. "Да это счетчик радиации", — мелькнуло в голове, — "я слишком близко к внешней обшивке". Но думать было чересчур тяжело. Толстые многоугольные мысли медленно вращались в ее сознании. "Хорошо хоть шахта герметичная, а то пришлось бы мне работать зубами в вакууме"…

Подцепив ртом свисающий сверху провод, Лори попыталась ткнуть его в освободившееся место. Ничего вышло — разъем висел верх ногами. Она попыталась перевернуть голову, но в таком положении соединить контакты оказалось еще сложнее. Тогда, прижав провод лбом к стенке, Лори стала зубами поворачивать разъем до тех пор, пока ей не удалось схватить его развернутым на сто восемьдесят градусов. Только после этого она сумела поставить разъем на место.

Теперь нужно было вылезать. Рискуя упасть, Лори начала осторожно ползти вверх. Это оказалось намного тяжелее, чем спуск, и к тому же все тело болело от усталости и неудобной позы. Протянутый сверху провод все время болтался и неприятно бил по лицу. Преодолев три четверти подъема она краем стопы закрыла нижнюю герметическую крышку люка и аккуратно подцепила головой шлем скафандра, стоящий на второй верхней крышке. Потом, приоткрыв первую верхнюю крышку она дала воздуху вытечь, и лишь затем последним усилием выбралась из шахты наружу.

Минут десять она неподвижно лежала на полу, переводя дух, после чего с трудом подвинула к себе схему соединений. Оставалось подключить еще шестьдесят три разъема.

Войдя в рубку управления, Лори в очередной раз нажала кнопку активации. Предыдущие пять попыток окончились полным провалом, но на этот раз результат был более ощутимым. Зажегся основной свет, и на экранах двух терминалов появились изображение. Включилась подсветка части клавиш и индикаторов на основной панели. Послышался писк контрольных устройств и шуршание радиоприемника.

Некоторое время она стояла неподвижно, не веря в свою удачу. Только убедившись, что мониторы не собираются гаснуть, а динамики замолкать, Лори подошла к одному из работающих терминалов и попробовала давать компьютеру указания. В ответ на команды открыть дверь в помещения БЭВМ, включить общее освещение и возобновить подачу кислорода, на экранах неизменно появлялось сообщение: "Неизвестная ошибка: устройство не отвечает". Изменить орбиту, включить ионные двигатели, использовать радар — все эти команды неизменно кончались неудачей.

Впрочем, ответы компьютеры не сильно не удивили Лори. Она понимала, что выполнена лишь около тридцати процентов необходимых соединений, причем не меньше половины управляющих разъемов воткнула неправильно. По настоящему ей требовалась от компьютера только одна группа функций — управление КС-двигателем. С замирающим сердцем она провела рукой по клавишам терминала, задавая программу тестирования основных контуров темпорального привода. На опрос периферийных устройств ушло около минуты, после чего из динамиков послышался синтезированный голос: "Все системы в норме".

Лори облегченно вздохнула и рассмеялась. Никогда еще эта знакомая фраза не вызывала в ее душе больших переживаний. На мгновение она мысленно вернулась в сборочный ангар MilliCor, увидела вокруг своих знакомых и новый КС-двигатель. Тогда ответ компьютера означал конец работ, сейчас же это было лишь самым началом. Впереди было возвращение на планету за картой, которую почему-то следовало копировать вручную. Это значит, что предстоит еще один (а может и не один) спуск в шахту для того, чтобы подключить к компьютеру стыковочный узел. Почти наверняка потребуется и устройство восстановления СЖО скафандра, ведь восьмичасовой запас на исходе. Наконец, расчет темпоральной конфигурации для возвращения на Землю, был почти невозможным делом. И все же, в этот момент Лори почувствовала, что сможет сделать все, что потребуется. Это была ее первая настоящая победа. Первая маленькая победа в большой войне…

Много лет сенсоры Корабля ждали этого момента. Точные приборы измерили спектральный класс и массу звезды, вычислили орбиты всех планет, нашли и определили много других параметров. Затем из глубин машинной памяти были извлечены сведения, записанные полвека назад. Простые логические элементы произвели сравнение и пришли к выводу о том, что оба множества данных идентичны. Полученный на выходе импульс поступил на блок распределения энергии, открыв несколько новых каналов, в результате чего 3 из 87 блоков искусственного разума получили питание, и пришли в действие.

Активированные блоки произвели анализ поступающих извне сигналов, затратив на это всего лишь 10–17 секунды. Они обнаружили, что в относительно недалеком будущем (55 секунд — почти вечность!) системе и близлежащей планете может быть нанесен некоторый ущерб в результате детонации большого количества ядерных зарядов. В течение следующих 10–14 секунды было проанализировано 100 000 возможных причин и 5 миллионов вариантов нейтрализации вредного воздействия, после чего гиперкомпьютер отдал приказ исполнительным устройствам.