Чтение онлайн

…Вываленная на кровать куча нарядов пестрела расцветками и поражала разнообразием моделей. На стуле лежал раскрытый чемодан, наполовину заполненный вещами. Снежана быстро перебирала ворох одежды, что-то откладывала в сторону, что-то бросала обратно, меньшую часть складывала в нутро чемодана. Иногда, после недолгого размышления, вещи менялись местами, и тогда разонравившийся наряд летел в общую кучу, а другой падал на аккуратно уложенные платья, кофточки, юбочки, свитера, блузоны и тому подобное.

Вещей было много, влезть в чемодан все они не могли, и Снежана буквально разрывалась, отбирая лучшее. И с обувью так же, и с бельем, и с косметикой.

По соседству на кресле уже стояла полностью упакованная сумка из разряда дамских, но максимально больших размеров. Там были собраны документы на квартиру, личные документы, деньги, ключи, записные книжки, счета, расчетные книжки, банковские карточки и другой бумажный официоз.

Эта сумка оказалась собранной раньше только потому, что Нэд категорически предупредил:

– Сначала документы!

Их собрать было несложно, благо Снежана держала их в отдельном ящике. А разобраться с содержимым двух шкафов было практически невозможно. Челночные рейсы от полок к чемодану зашкалили за сотню, но в большом сине-красном коробе с удобной ручкой и колесиками еще оставалось место.

Решая трудную проблему выбора, Снежана едва различала посторонние звуки. И негромкий стон, проникший сквозь закрытую дверь и толстую стену, не заставил ее поднять голову от груды одежды.

– …Когда он вам велел сюда прийти?

– Вчера. Сам поехал в кафе, а мы с Клещом на хазу.

– Сколько велел ждать?

– Пока не позвонит… слушай… у меня кровь течет. Перевяжи.

– Позже. Когда ответишь на вопросы.

Нэд сидел на диване, держа пистолет в руке, и мрачно смотрел на лежащего у ног бандита. Пуля попала ему в грудь возле правого соска, из раны вытекала кровь, пятная простреленную майку. Бандит пришел в себя, когда Нэд осматривал бездыханное тело, и попробовал встать, но упал, сраженный болью.

На вопросы Нэда сначала отвечать не хотел, ругался и грозил карами. Нэд легонько ткнул в рану стволом пистолета, прикрыв маленькой подушкой рот. Стон, пробив поролон и бархат подушки, проник в соседнюю комнату сильно приглушенным и коснулся уха Снежаны, но та не обратила на него внимания.

– Вторую пулю всажу в яйца. А потом вырежу глаза и прострелю коленные чашечки и локти. Жить будешь. Но слепым, без рук и ног. И без хрена. Нормально?

Бандит только сейчас разглядел, кто его подстрелил, с ходу опознал в Нэде боевика Зоны и поверил. Он усмешкой ответил бы на запугивания полиции – там только изобьют, пусть и сильно, но так калечить не посмеют, но слова отморозка с такими глазами принял всерьез.

– Что хотели сделать с девчонкой?

– Доставить Олексе. Только доставить, больше ничего.

– Как связываетесь с Олексой?

– Он сам звонит. Мы – если что-то произошло.

– Когда был последний звонок?

– Вчера… – Боевик провел языком по высохшим губам и сглотнул. Начинался жар, голос стал невнятным, ослабел. На лбу выступила испарина, глаза ввалились. Шок после ранения понемногу проходил, боль проникала все глубже. – Мы сегодня звонили, но никто не отвечал.

– Кому еще звонили?

– Только Олексе… вызови медиков, я истекаю кровью. Я же все сказал…

Он умоляюще смотрел на Нэда, ощущая головокружение и боль, что распространилась по всей груди и сковала сердце. О своем напарнике не вспоминал, понял, что тот убит. Обхитрил их этот патлатый. Знать бы, что Олексова тварь приведет такого стрелка, встретили бы по-другому. Не проспали бы визита…

Нэд глянул на часы, прислушался к шуму в соседней комнате, глянул на раненого. Главное он сказал, остальное несущественно. Вызывать «скорую помощь», понятно, не стоит. И оставлять свидетеля нельзя.

«Только быстро. Чтобы ничего не почувствовал. Негоже мучить…»

– Что у тебя там? – Нэд встал на колени перед раненым, тронул майку. – Не смертельно.

Бандит попробовал приподнять голову и взглянуть на рану и не уловил молниеносного движения. Когда чужая рука ударила в кадык и смяла его, в голове проскочила последняя мысль: «Добил…»

Вещевой вопрос так и не был решен, Снежана застыла посреди комнаты, растерянно взирая на груды одежды и обуви, мучаясь проблемой Буриданова осла, что умер, так и не отдав предпочтения одной из двух кормушек с овсом.

Когда в комнату вошел Нэд, она вздрогнула и повернула к нему голову. В больших глазах стояли слезы.

– Как процесс? – Он окинул взглядом женское богатство, протянул: – Яс-сно…

Прикинул на глаз размер и вес чемодана, скептически дернул уголком рта и решительно сказал:

– Самое лучшее в чемодане?

– Да… но не все. Я не знаю, какому стилю отдать предпочтение. Мне всегда шли брюки, а подруги говорят, что мини смотрится неплохо… я раньше…

– Понял. – Нэд пересек комнату, глянул на уложенные в чемодан вещи, застегнул молнию и замки. – Где документы?

– Там…

– Все?

– Да. Но что делать?..

– Ничего. Что положила – берем. Остальное – потом.

– Как потом?! – вскрикнула Снежана. – А когда я их заберу? В чемодане только два платья, джинсы…

– Вот и хватит. Остальное купишь на месте. Денег хватит. Цацки… э-э… драгоценности не забыла?

– Взяла.

– Отлично. Уходим.

Он подхватил чемодан, кивнул на сумку и пошел к выходу. Снежана, закинув свою ношу на плечо, поспешила за ним, испытывая сильное смятение в душе. Было дико жаль оставшегося, но частичка здравого смысла подсказывала, что устраивать примерку и оценку каждой вещи сейчас не стоит.

Они подошли к лифту, когда Снежана опомнилась.

– А где эти?..

– Там, – неопределенно махнул Нэд.

– Где?

– За мусоропроводом.

Снежана удержала на языке новый вопрос, боясь услышать ответ. Крови с нее хватит.

Действия Нэда казались ей нелогичными и странными. Вместо того чтобы бежать к вокзалу или нанимать машину, он вдруг свернул в узкий переулок, миновал пустырь и встал, только когда достиг старой разрушенной беседки возле частного дома. Дом когда-то перенес пожар, был заброшен, стоял без крыши и одной стены. Подступы завалены мусором и заросли травой.

Нэд сел на полусгнивший ствол дерева, знаком пригласил Снежану и опустил голову, глядя на землю.

– Ты что?

– Ничего. Посидим немного… перед дорогой.

Снежана, последние дни которой по насыщенности превосходили всю прошлую жизнь, впервые смолчала, не засыпала вопросами, не требовала немедленного ответа.

«На вокзале пасут. Выезды из города под контролем. Он не хочет выпускать девчонку и перекрыл все выходы. – Нэд оценивал информацию пленника, пытаясь понять, чего нужно Олексе от Снежаны. Неужто ревность? – И надо учесть, что после драки люди Олексы усилят контроль. Только ловить теперь будут двоих. Подключат других бандитов, полицию…»

В воздухе явственно попахивало туалетом. Где-то поблизости был разломанный нужник, ветер доносил амбре содержимого выгребной ямы. Снежана морщила носик и недовольно посматривала на Нэда.

«Если Олекса и впрямь имеет вес среди местной братвы, меня будут ловить все авторитеты. Даже половины хватит. Надо сваливать. Но как?..»

Он скосил глаза на Снежану. Ее тоже ждет не сахар. Не прибьют сразу – расправится Олекса.

– Пойдем отсюда. – Снежана зажала пальцами нос и умоляюще посмотрела на Нэда. – Не могу дышать.

Этот жест вдруг натолкнул его на мысль. Быстро оценив ее, Нэд помрачнел – такой вариант его мало устраивал. Но другого выхода, похоже, не было.

Он встал, глубоко-глубоко вздохнул и мягко сказал готовой заплакать девушке:

– Пошли.

Длинный тоновый сигнал пропел в трубке. Нэд глянул на часы и перевел взгляд на арку. Там, на улице, мелькали машины, медленно катил старый троллейбус, проходили люди. Заглянуть в арку старого пустующего дома, готового под снос, никому не приходило в голову. Телефонный автомат, установленный в незапамятные времена и забытый практически всеми, кроме жильцов соседнего дома, был единственно спокойным местом, откуда можно было позвонить, не опасаясь попасть на глаза полиции или здоровых бугаев криминальных авторитетов.

На третьем звонке трубку сняли, немного нетерпеливый тяжелый голос ответил:

– Да?..

– Кто это? Влад?

– Это Борис. Слушаю. Кто это?

– Нэд.

– Ба! Откуда ты? Ты же уехал.

– Как видишь, нет.

Борис замолчал, соображая, что надо звонившему.

– Как дела, Борис? Вы уже собрались?

– Да, через три часа. А что?

– Вам еще нужны водилы или полный штат?

Борис хмыкнул, в трубке послышался приглушенный стук, словно поставили стакан.

– Ну, троих не хватает…

– Отлично. Если предложение в силе, я могу занять вакансию.

– С чего так внезапно?

– Так… не по телефону. Если возражений нет, я приезжаю?

– Давай… – В голосе Бориса слышалось удивление. – Адрес знаешь?

– Влад говорил.

– Тогда до встречи.

Нэд повесил трубку, вытер вспотевший лоб и вышел из маленькой будки с выбитыми стеклами и полуоторванной дверцей. Снежана сидела на соседней скамейке, закрытая от любопытных глаз раскидистым кустом акации. Две сумки стояли у ног, третья, с документами, – на стертых от времени досках.

– Все. – Нэд подошел вплотную и устало сел рядом. – Идем на место встречи.

– Далеко?

– За полчаса доберемся.

Снежана с надеждой посмотрела на него, судорожно вздохнула и встала.

– Я готова.

Нэд не спешил вставать, потер ладонь о ладонь, всмотрелся в испуганное лицо девушки.

«Красива, конечно. Хороша. Но я, мудак, влип в переделку из-за нее! Только из-за нее…»

Дальнейшее посыпание пеплом головы он решил отложить до лучших времен, сделав зарубку на будущее: в погоне за юбкой можно потерять голову.

Два длинных трейлера едва разместились в узком дворе, окруженном со всех сторон деревьями и кустарниками. За ними проглядывали невысокие здания и острый шпиль антенны.

Негромкий рокот включенных моторов заглушал шаги водителей, осматривающих ходовую часть перед выездом. И хотя машины давно готовы к выезду, опытные шоферы в который раз проверяли исправность работы. Потом, в дороге, времени на ремонт не будет, а сломанная машина ударит по карману всем.

Окна одноэтажной пристройки были открыты настежь, и в помещение проникали шум и гарь от работавших моторов. Борис просматривал бумаги, нужные откладывал в сторону, остальные бросал в бумажный мешок. Его помощник Драган нажимал кнопки телефона, вслушивался в гудки, с досадой бил по рычагу и набирал следующий номер.

– В последний момент, как всегда, что-то срывается… – Борис бросил последнюю пачку бумаг в мешок, сложил документы в папку и спрятал в портфель. Повернул голову к Драгану. – Что там?

– Молчат, – ответил тот, не переставая давить на кнопки. – Придется с дороги звонить.

– Ладно. – Борис встал со скрипнувшего стула. – Вы готовы?

Вопрос был адресован Нэду и Снежане, сидевшим на старом, со сбитой и вытертой обивкой, диване.

– Готовы. Всегда готовы.

– Тогда по коням. Больше ждать нельзя.

– Едем вместе?

– До Ловшана – да. Если Каспер со своими опоздает или не приедет, твоя девчонка поедет с Щелкуном. На один день задержится в городе.

Нэд покачал головой, глянул на Снежану, протянул:

– Нормально. А Щелкун?..

– Да нет. – Борис понял невысказанное опасение. – Нормальный парень. Доставит в лучшем виде. И присмотрит. Не впервой.

Снежана, до этого сидевшая молча, тихо произнесла:

– Он прямо до Даурдуша едет?

– Нет. До Горда. А там у него хорошие знакомые, помогут до Даурдуша доехать. Не боись, крошка, никто тебя не обидит. С такой охраной можно по всему свету ездить… – Борис подмигнул Нэду. – Окромя Зоны.

Он взглянул на часы.

– Все. Вперед.

Через три минуты трейлеры покинули двор и, набирая скорость, покатили к выезду и города.

Нэд сидел на шикарной тахте в углу фургона, вытянув ноги вперед и скрестив руки на груди. Покачиваясь в такт движению машины, скользил взглядом по тюкам со снаряжением, амуницией и прочими вещами водителей, изредка глядя на Снежану. Та сидела на матрацах, прильнув спиной к поставленной на попа подставке для дивана. В фургоне повисла тишина..

После того, как они приехали по указанному адресу, Нэд быстро изложил проблему Борису, заставив его онеметь от изумления. О схватке у кафе он уже знал и был поражен, что Нэд так легко отделался.

– Повезло. Олекса сейчас в конфликте с Гавайцем и устроить настоящую травлю не имеет возможности.

– Кто такой Гаваец?

– Не слышал? Это первая скрипка в криминальной среде города. Да и не только города.

– Спасибо, ты меня утешил.

– Я серьезно. Шангер, конечно, крутой коп, но против Гавайца не потянет. У того все руководство полиции вторую зарплату получает. Инспектора просто бы отстранили от работы.

– А почему Гаваец? Он с Кубы?

– Он местный. А Гаваец – потому что любит сигары. Ему с Гаваны присылают. От Фиделя.

Нэд пожал плечами и изложил суть дела. В городе оставаться опасно. Олекса достанет девчонку и его. А уехать тихо невозможно – вокзал и дороги перекрыты.

Борис похмыкал, почесал затылок и согласился помочь. Колонна машин уходит в Ловшан. Вряд ли кто-то посмеет проверять вольных водителей Зоны. У них репутация круче, чем у местных бандитов. А за ними – боевики Зоны и деловые люди Ловшана, Горева и других городов.

– Девчонку надо переправить на юг. Она вроде в Даурдуш хотела. А я с вами.

– Решил все-таки?

– Угу, – не стал вдаваться Нэд.

Решение стоило ему долгих сомнений. Из-за заварушки с Олексой он обрек себя на конфликт с братвой. И неизвестно, куда может достать рука Олексы. А кроме него, осложнить жизнь новоявленному гражданину Ламакеи способен Влад – загадочная личность с внешностью свойского, разбитного парня и умом опытного игрока в покер. Ламакея как тихая пристань отпадает. До южного порта можно и не доехать. Зона на роль родного дома не подходит.

Решая эту головоломку, Нэд перебрал все варианты, пока не пришел к выводу, что, кроме Ругии, ему – скитальцу – податься некуда.

Но чтобы доехать до нее, надо пересечь Зону. Где идет война, где каждая дорога под прицелом и за каждым кустом бандит, где жизнь человека идет по цене автоматной пули.

Нэд вспомнил о предложении Влада и понял, что другого случая относительно безопасно попасть туда не будет.

Трейлер на повороте подбросило, Нэд мягко качнулся на тахте, глянул на Снежану. Та, надув губы, смотрела на пол. На лоб упал длинный локон, она взмахом ладони вернула его на место, стрельнула глазами на Нэда. Два взгляда ударили друг в друга и отскочили, словно резиновые. В одном усталость и понимание, в другом – обида и злость.

…Обиженной тогда себя чувствовала Снежана. В основном из-за внезапного расставания.

– Почему?

– Потому что тебе надо уезжать отсюда. Неужели не ясно?

– Это ясно. Не ясно другое. Почему ты не можешь уехать со мной? Ведь ты хотел.

– Хотел. Но надо ехать в другую сторону.

Снежана сердито посмотрела на него, надула губы. Вышло по-детски обидчиво и немного смешно.

– Улыбаешься?

– Извини.

– Ты… ты не хочешь больше знать меня?

– Да ты с чего?.. – Нэд чертыхнулся, воздел глаза к потолку. Тяжело спорить с женщиной, когда у той на уме только личные отношения. – Ты здесь ни при чем. У меня есть проблемы, которые я могу решить, только если уеду.

Снежана несколько минут молчала, что-то обдумывая, потом спросила:

– Эти проблемы не из-за меня?

– Нет.

– Значит, расстаемся… Коротким вышло знакомство. Два дня. Совратил девушку, отнял ее у парня, а потом бросил на произвол судьбы.

Она шутила, но сквозь шутку проступала злость. О том, что сама ушла от Олексы, уже забыла.

– Ладно, все понятно. – Снежана вздохнула, провела рукой по его груди, поправила воротник рубашки. – Я не в обиде. Сама виновата.

Нэд попытался сгладить ситуацию, но Снежана уклонилась от ласк.

– Не надо. Я и правда на тебя не в обиде. Только помоги доехать до Даурдуша. А уже там я сама.

– Все будет в порядке. Не волнуйся.

– Не волнуюсь. После знакомства с тобой я вообще отвыкла волноваться.

Нэд пропустил укол мимо ушей и пошел к Борису договариваться.

К вечеру ветер окреп, согнал немногочисленные облака, за которыми днем изредка пряталось немилосердное солнце. Сейчас огромный темно-красный диск плавно падал в нагретые воды Ртаны, бросая последние лучи на темнеющий небосвод.

Длинная колонна замерла на краю небольшой рощицы. Десять грузовых машин, «ХАРАЗы» и «союры», вытянулись в цепочку. Впереди и сзади стояли восемь джипов охраны. Боевики были из банд Хмеля и Тра. Опытные вояки, они не раз проходили Баюрские ворота и имели опыт боев с армейскими подразделениями.

Сейчас они сновали между машинами, последний раз согласовывали действия и уточняли порядок движения. Старший боевиков о чем-то говорил с Борисом, показывая на карту. Тот хмурил брови и внимательно слушал.

Нэд сидел в кабине «союра» и смотрел на закат. Огромный диск тронул гладь реки, и вода сразу окрасилась в рубиновый цвет. Быстро темнело. Ветер через открытую дверь приятно холодил кожу.

– Любуешься? – К машине подошел Влад. – Редкий дар. Здесь мало кто замечает природу.

Нэд перевел взгляд на часы. Двадцать два ровно.

– Когда двинем?

Влад оглянулся на Бориса, который шел вдоль колонны, кивнул.

– Сейчас узнаем…

Подошел Борис, одетый в военную форму песочного цвета. На голове небольшое кепи, на ремне кобура пистолета. Озабоченно глянул на машину.

– Как мотор?

– Норма.

– А где Яромир?

Яромир был напарником Нэда.

– Запаски смотрит. Когда поедем?

– Через час. От границы пришло сообщение. Армейская группа вышла в район трассы. Будем ждать, пока не уйдут. – Борис поправил кобуру, подтянул ремень. – Влад, давай вперед. Скажи Алану, чтобы к моей машине шел.

Влад махнул рукой и убежал к голове колонны.

– Как самочувствие? – спросил Борис. – Не жалеешь, что решил ехать? Смотри, можно переиграть. Время есть…

– Все нормально.

– За девчонку не беспокойся. Отвезут и присмотрят. Хотя, если честно, влипнуть ты с ней мог на полную.

Нэд не ответил, и Борис не стал развивать тему. Так, молча, они и стояли, глядя, как в черной воде Ртаны гаснут последние лучи солнца. Нэд успел уловить тот момент, когда багровый диск исчез с неба, и вдруг вспомнил расставание со Снежаной.

Тогда, в машине, почти час ехали молча, не глядя друг на друга. Ледок отчуждения возник между ними и не спешил таять. Так, избегая взглядов, и сидели. Потом Снежана спросила:

– У тебя попить есть?

– Вода простая. В канистре.

– Налей.

Он открутил колпачок, наклонил пластиковую канистру и наполнил кружку. Их пальцы соприкоснулись, когда Нэд подал кружку. Она медленно выпила воду, вытерла губы, вздохнула.

– Ты сердишься?

– На что?

– Так… Прости меня. Я напридумывала себе невесть что. Во всем сама виновата.

– Да прекрати… В чем ты виновата?

Снежана встала, покачнулась, едва не рухнула ему на колени, села рядом.

– Слишком внезапно все произошло. До сих пор не могу прийти в себя.

Нэд обнял ее за плечи, прижал к себе. Мыслями он был уже далеко отсюда. Переходил границу Зоны, подъезжал к Ругии. Впереди масса проблем, впереди марш к Прайде сквозь заслоны армейских групп, сквозь засады боевиков. Впереди неизвестное будущее с неясной перспективой.

Вместо ответа он поцеловал ее и ощутил, как вздрогнуло ее тело. Она обвила руками его шею, прижалась вплотную. Оторвав губы, тихо спросила:

– Сколько еще ехать?

– Часа полтора.

– Без остановок?

– Да. Если в туалет не захочешь…

Снежана улыбнулась, потянула его на себя, упала на тахту. На ухо прошептала:

– У нас еще есть время… Прошу… последний раз…

Нэд, ошарашенный резким переходом, осторожно переложил послушное тело и не спеша освободил от одежды. А потом все мысли исчезли. Внезапная страсть захлестнула обоих, и они не разъединяли объятий до самого Ловшана…

Уже в Ловшане, когда Снежана садилась в машину Щелкуна, она была замкнута, отчуждена. Слов прощания никто не произносил.

Они все сказали там, в фургоне. Сумасшедшим сплетением тел и неистовым пылом расстающихся навсегда людей.

…Запищала радиостанция в кармане Бориса, тот выхватил ее, нажал тангетку.

– Борис, слышишь? – не утруждая себя кодированием переговоров, спросил чужой голос.

– Да.

– Выходите. Мы встретим вас у границы. Место прежнее.

– Понял. Выезжаем.

Борис переключил частотный канал и скомандовал:

– Всем! Через пять минут начинаем движение. Приготовились.

Где-то минуту он слушал ответы, потом спрятал радиостанцию. Повернул голову к Нэду.

– Все. Началось. Ну, ни пуха нам…

– К черту! – Нэд закрыл дверь машины, положил автомат на колени, снял его с предохранителя и дослал патрон в патронник. Осмотрел себя, проверил амуницию и вздохнул. Теперь все сомнения и переживания прочь. Теперь – трасса.

Слева щелкнул замок второй двери. Яромир – напарник – занял свое место, завел мотор и включил фары. До них донесся рокот почти двух десятков машин, готовых стартовать. Часы показывали двадцать два пятнадцать.

Второй раз они зависли у границы, успев углубиться на территорию Зоны километра на два. Встали на окраине крохотного хутора, окруженного со всех сторон лесом. Моторы выключили, фары потушили, все разговоры вели вполголоса. Впрочем, желания поболтать ни у кого не возникало. Не до того – где-то неподалеку армейская маневренная группа. Об этих ребятах ходила недобрая слава матерых перехватчиков, вышибающих караваны один за другим. Пять дней назад здесь пропала колонна, шедшая к Прайде. Из восьми машин уцелело три, и те стали трофеями армейцев. Пять джипов охраны сгорели, боевики перебиты.

Нэд вылез из кабины, закинул автомат на плечо и прошел вперед. Было непривычно светло для ночи. Огромная луна висела над головой, заливая землю ровным желтым светом. Машины, постройки, фигуры людей хорошо видны, можно прочитать надпись на стене старого покосившегося амбара.

Он расстегнул молнию безрукавки, подставив ветерку вспотевшую грудь. Он вновь был в джинсовом наряде. Жилет, сшитый, как разгрузка, слегка оттягивал спереди. Справа и слева в карманах лежали четыре магазина к автомату и две гранаты – боекомплект для прогулки по Зоне. Обычно такого хватает на две-три стычки, которые часто возникают между враждующими группировками.

Нэд глянул на часы – время шло к полуночи. Часа четыре темного времени есть, потом солнце рванет вверх, и естественная маскировка пропадет.

Послышались шаги, рядом зашуршала трава. Знакомый голос произнес:

– Если простоим еще час – засветло к Конску можем не дойти.

– Успеем… А идти сейчас нельзя, – ответил хриплый бас. – Я не получил сигнала, значит, армейская группа бродит неподалеку. А то и две. После ареста того полковника МАГи с цепи сорвались.

Нэд присмотрелся – рядом с Борисом стоял высокий широкоплечий боевик. На груди висел автомат с несколько удлиненным стволом и круглым магазином. Нэд не сразу сообразил, что это РПКС [25] . Судя по всему, с Борисом стоял Кортиш – командир боевиков, опытный проводник, работающий на Хмеля.

Влад говорил, что тому за сорок, что он служил в армии Ламакеи, потом подался в Зону, в Баюр. Опытный воин, Кортиш сумел превратить свою группу в хорошо обученную и вооруженную команду.

Ожидание затягивалось. Сновали вдоль колонны боевики, вспыхивали огоньки сигарет, шуршали подошвы ботинок, негромко говорили водители.

Стоять надоело, а в кабину возвращаться не хотелось. Нэд сел в траву возле переднего колеса, закинул голову и стал разглядывать луну, стараясь не думать ни о том, что ждет их впереди, ни о том, что будет после, когда они привезут груз.

Постепенно веки стали смыкаться, голова упала на грудь, и мозг окутала мягкая пелена дремы.

Борис стоял около «стахота», ожидая результата переговоров Кортиша по радиостанции. Тот негромко бубнил в микрофон и сосредоточенно выслушивал ответ. В неярком свете луны его крупное с резкими чертами лицо было плохо видно, но тон голоса выдавал напряжение. Что-то шло не так.

Закончив разговор, Кортиш бросил радиостанцию на сиденье и выругался:

– Черт! Допрыгались!..

– В чем дело?

Боевик смачно харкнул и вновь запустил соленую руладу. Потом достал из «бардачка» карту, посветил фонариком.

– Парни Ролки готовили отвлекающий маневр. Хотели ударить по поселку рядом с первым форпостом… Абта вроде…

– Ну?

– Ну и ударили. Влепили, кого-то прихватили, и деру. А с форпоста броня пришла. В итоге драка. К армейцам «вертушки» подошли. Передают, несколько парней угодили тем в лапы. Отвлекли, называется…

– Что теперь?

– Да х…й его знает! Гляди. – Кортиш подсветил карту. – Обычно работают две маневренные группы, от четвертого и пятого форпостов. Каждая в своем районе. В середине они встречаются, там опаснее всего, можно получить с двух сторон. Мы сделаем крюк и пойдем вправо. Попробуем проскочить у пятого форпоста. А потом резко влево и прямо к Баюру.

– Ясно… – протянул Борис, прикидывая маршрут и его протяженность. – Около тридцати на запад и двадцать с небольшим на северо-восток. Это час езды…

– Это полчаса днем по тихой дороге. А здесь и все два. Если армейцы что-то пронюхают, могут устроить нам баню.

– Когда двинем?

Кортиш глянул на часы, помедлил и ответил:

– Сейчас…

– Хорош дрыхнуть! По коням! – разбудил Нэда голос Яромира.

И тут же взревели моторы, вспыхнули габаритные огни грузовиков, захлопали дверцы кабин.

Нэд вскочил на ноги, одним прыжком взлетел на подножку, рухнул на сиденье. Не дожидаясь, пока он захлопнет дверцу, Яромир тронулся с места.

Колонна, держа невысокую скорость, покатила прочь с хутора. Ее движение выдавали только приглушенно работающие моторы и тусклый свет габаритных огней, специально выкрашенных в зеленый цвет. Два джипа охраны ушли вперед на разведку, остальные окружили грузовики, направив стволы крупнокалиберных пулеметов и АГСов в стороны.

Заболоченную низину в двух километрах от леса они миновали еще затемно и вышли к холмам, сумев незамеченными пройти под самым носом у передовых позиций пятого форпоста. Здесь, в полутора километрах от цепи укреплений, их не ждали. Маневренные группы работали дальше, в двадцатипятикилометровом промежутке между разрушенной деревней и развалинами кирпичного завода.