Всемирная история. Древний Китай

Каждого, кто решит соприкоснуться с древней китайской историей, ждет множество открытий. Дело в том, что, несмотря на широко распространенное мнение о многотысячелетней истории китайской цивилизации, изучать ее и осмысливать с научных позиций начали менее двух веков назад. А многие новые и важные открытия, проливающие свет на сложные проблемы древнейшего прошлого Китая, сделаны лишь при жизни нынешнего поколения. Сегодня многие вопросы древней китайской истории еще ждут своего разрешения, что требует от ученых и исследователей новых подходов.

Сами китайцы признают, что в их многотысячелетней истории не все однозначно, даже несмотря на то, что в древности в Китае были созданы, пожалуй, самые масштабные (по сравнению с другими древними цивилизациями) летописные своды и исторические сочинения. Еще 40–50 лет назад мы, можно сказать, не имели целостной картины первобытной, доисторической жизни на территории Китая. Ученым-археологам часто приходилось оперировать данными, полученными в первые десятилетия XX века, но они были фрагментарны и немногочисленны. В последние десятилетия благодаря информатизации научной работы, новым методам междисциплинарных исследований, массивы данных увеличились колоссально.

Теперь вопросы интерпретации и понимания древнейшей китайской истории вызывают ожесточенные споры в научных кругах. Эта ситуация заставляет исследователей быть осторожными, ведь любая их новейшая концепция может быть вскоре опровергнута очередным открытием – обнаружением древнего текста или артефакта.

Вот лишь один пример. Авторы знаменитой пятнадцатитомной «Кембриджской истории Китая» решили в 1985 г. начать ее с империи Цинь (221–206 гг. до н. э.) – с периода, когда Китай впервые был объединен. Объяснили это тем, что с этого времени можно говорить о достоверных исторических фактах, которые подтверждаются и письменными источниками.

Только в 1999 г. они издали том объемом в более чем 1000 страниц, в котором попытались охватить всю древнейшую историю Китая. Но уже спустя полтора десятилетия появились труды ученых, в которых авторы были вынуждены отчасти пересматривать те взгляды, которые сформировались еще в конце XX века.

Таким образом, можно сказать, что дискуссия по поводу того, как изучать древнейший период китайской истории, актуализировалась лишь в последние десятилетия. Ученые Китая и всего мира и в эти дни продолжают докапываться до истины (в буквальном смысле, если иметь в виду археологию) или по черточкам разбираться в построениях древних китайских иероглифов, находить новое понимание загадочных древних китайских текстов.

Но самое удивительное, что эти усилия представителей научного сообщества в целом мало отражаются на будничном представлении массы китайцев об истории их собственной страны. Дело в том, что оно складывалось не годами, а столетиями. А сегодня еще и культивируется с помощью современных средств коммуникации, которые имеют широкое распространение и воздействие на умы.

Таким образом, каждый исследователь Китая, который задастся целью писать более-менее основанную на фактах и современных подходах историю Китая, будет вынужден преодолевать не одну, а несколько «Великих стен» китайской истории.

Одна из них – это «великая китайская традиция» написания официальных историй, которые считаются чуть ли не священными текстами. Написанные сотни и даже тысячи лет назад, они долгое время являлись авторитетнейшими источниками по любым вопросам, посвящались деяниям императоров и отдельных династий. Однако общеизвестен тот факт, что династические истории о ранних правителях Китая постоянно переписывались по указанию и в угоду правителям последующих династий. А эти последние далеко не всегда были заинтересованы сохранять для потомков добрые имена своих пращуров. При этом традиция переписывания истории существует и поныне. Даже в современном Китае древние летописи подвергаются пересмотру и редактированию, или, как там говорят, «уточнению».

Официальные истории дают нам весьма мало для понимания жизни общества, поскольку, как правило, ограничены описанием деятельности правителей, жизни двора и функционирования государственного аппарата, содержат сведения по экономике, идеологическим вопросам и т. д. Авторами этих трудов были ученые, которые составляли их по заказу правящего дома или императора, поэтому взлеты и падения той или иной династии часто связывались с деятельностью императора, его личными качествами, а не с объективными законами жизни государства и общества. Таким образом, многие важные исторические события оставались за пределами повествования.

Еще одна преграда – это всеобщая «замифологизированность» древней китайской истории. Официальные династические хроники, а также прочие древние тексты служили источниками для появления и закрепления многих широко распространенных в Китае исторических мифов. Они больше похожи на сказки – яркие и захватывающие своими необычными сюжетами, но китайцы, похоже, верят им даже более охотно, чем строгим научным трудам. Интересно, что в самом Китае ученые в своих современных трудах стараются оправдать древних авторов и найти подтверждение сюжетам их хроник, пусть они и носят мифический характер. Даже современные археологические находки, относящиеся к доисторическому периоду, пытаются привязать к тем легендам, которые сохранились в писаниях древности.

И вот теперь, когда ученые добывают новые данные о древней китайской истории, все их усилия в буквальном смысле сталкиваются с непростым выбором: следовать в фарватере официальной китайской историографии, или пытаться критиковать ее, или дать новую интерпретацию известных событий.

Те, кто пытается по-новому трактовать древнюю китайскую историю, берут на себя решение весьма сложной задачи. Ведь многое из того, что будет описано далее, остается живой традицией в современном Китае. И китайцы, воспитанные в этой исторической традиции, выросли с пониманием, что их цивилизация самая древняя на планете. Она беспрерывно существует не менее пяти тысяч лет, а то и дольше. Они также обязательно расскажут вам о великих изобретениях, которые человечеству подарил Китай, – это компас, шелк, бумага и порох. Хотя таких открытий, как мы убедимся, на самом деле было куда больше.

Те, кто идеологически более подкован, еще расскажут о той культурной, просветительской и цивилизационной миссии Китая в отношении соседних «варварских» народов и о том, что Китай долгое время был глобальным гегемоном, оставаясь центром притяжения народов всей восточной ойкумены вплоть до начала колониальных завоеваний европейцев в Новом времени.

Современные китайцы предпочитают именовать себя «ханьцами», ассоциируя себя с империей Хань (206 г. до н. э. – 220 г. н. э.). А это значит, что лишь в эпоху, на которой мы будем заканчивать наше повествование, в Китае появится многое из того, что позволит говорить об окончательном становлении китайской цивилизации и формировании китайского этноса. С периода империи Хань уже будет возможно проследить определенную преемственность от древних к современным китайцам.

Читателю важно уяснить также, что именно в эпоху Хань в целом сформировались основные представления и большой массив знаний обо всех предшествующих этому периоду древних эпохах Китая. Но также, к большому сожалению, именно в этот период и предшествующие ему столетия были утрачены многие важнейшие источники древнекитайской истории, о существовании которых теперь мы можем узнать лишь из компиляций более поздних периодов.

В этой книге отражено деление истории Древнего Китая на два больших периода. Это доисторический, для которого уместно использовать периодизацию с делением на эпохи, связанные с развитием орудий производства, принятую во всем мире, и исторический, для которого, как уже было отмечено выше, китайцы придумали собственную «династическую» периодизацию. По временным рамкам первый период занимает от полутора миллионов лет тому назад до середины II тыс. до н. э. Второй период занимает чуть больше двух тысяч лет и завершается III веком н. э.