Чтение онлайн

Греческие полисы на берегах Керченского пролива назывались Боспором Киммерийским. В 80-е годы V века до н. э. они были объединены под властью наследственных архонтов города Пантикапея (он находился на месте современной Керчи) — Археанактидов.

На основе этого объединения возникло крупное государство, которое в дальнейшем включило в свой состав помимо греческих полисов области, населенные местными меотскими и скифскими племенами. Первоначально территория Археанактидовского Боспора была невелика. Расширение ее начинается лишь после перехода власти от Археанактидов к новой династии — Спартокидов (438–437 годы — II век до нашей эры).

В годы правления Сатира I (407–389) — одного из представителей этой династии — было предпринято завоевание Феодосии, которая стала одним из важнейших центров боспорского хлебного экспорта. При Левконе I (389–349) Боспору удалось подчинить и местные меотские племена на таманской стороне пролива.

В IV веке до н. э. Боспорское государство занимало территорию всего Керченского полуострова, который в древности представлял собой группу островов, образуемых дельтой Кубани. На этом берегу боспорские владения простирались вплоть до современного Новороссийска.

На северо-востоке сфера влияния Боспора достигала устья Дона, где находился подвластный ему город Танаис со смешанным греко-меотским населением. Господство над обоими берегами пролива способствовало освоению природных богатств этого края и обеспечивало широкие возможности для вывоза товаров. Со второй половины VI века до н. э. Пантикапей, как и Ольвия, начинает регулярный выпуск своей монеты.

В IV веке до н. э. Боспорское царство вело оживленную торговлю со всем эллинским миром, но главным торговым партнером для него по-прежнему оставались Афины. Ежегодный экспорт боспорского хлеба в Афины в середине IV века достигал 400 тысяч медимнов (около 16 тысяч тонн). В свою очередь из Афин, Коринфа, Родоса, Фасоса, Хиоса, Коса и других мест импортировались ткани, вино, оливковое масло, металлические и ювелирные изделия и т. д.

Основу боспорской экономики составляло сельское хозяйство. Плодородные земли Восточного Крыма, Придонья и Прикубанья обрабатывались местным населением, а также греками. От местного населения боспорские правители получали частично путем скупки, частично в форме дани нужный для экспорта хлеб. Наряду с земледелием на Боспоре были развиты скотоводство и рыбный промысел, а в городах — ремесло.

Наглядное представление о богатствах, сосредоточенных в руках боспорской знати, дают монументальные боспорские погребения, которые поражают роскошью инвентаря. Эта знать возглавлялась Спартокидами, которые сами были крупнейшими землевладельцами и экспортерами боспорского хлеба и сырья.

Рабы на Боспоре эксплуатировались не только в крупных землевладельческих хозяйствах, но и в ремесленных мастерских, например в государственном производстве кровельной черепицы.

Формально власть Спартокидов носила монархический характер. Они располагали наемными войсками и управляли отдельными частями государства с помощью наместников. Однако центральной власти приходилось считаться как с греческими городами, сохранившими в урезанном виде автономию, так и с местными племенными традициями. Это наложило на государственный строй Боспора черты двойственности. Спартокиды официально именовали себя архонтами (правителями) по отношению к боспорским городам и царями по отношению к подчиненным племенам. Родоначальником династии Спартокидов был фракиец. Тем не менее эта негреческая, хотя и в значительной степени эллинизированная, династия была тесно связана с местной племенной знатью.

К этому времени процесс смешения греческого населения с местным дал на Боспоре заметные результаты. В состав господствующего класса наряду с верхним слоем греческого населения городов вошли теперь и представители местной племенной знати. Таким образом, Боспор стал уже не греческим, а греко-туземным государством, что наложило отпечаток на все стороны его экономической, социальной и культурной жизни. В этом отношении Боспор имел много общих черт с государствами последующего, эллинистического периода. В конце IV века до н. э. Боспорское царство было уже крупным государством, которое всерьез претендовало на объединение под своей властью всего Северного Причерноморья.

В искусстве Боспорского царства своеобразно переплелись черты античной художественной культуры и культуры местного населения.

По своей структуре города Боспора были близки полисам Эллады и Малой Азии. В Фанагории существовала регулярная планировка. В храмах и общественных зданиях применялся ордер — ионийский или дорический.

Для Боспорского царства были характерны подкурганные каменные склепы, которые имели 1–2 погребальные камеры и коридор-«дромос». Для перекрытия камер применялись уступчатые своды, образуемые нависающими друг над другом рядами камней.

В Боспорском царстве были распространены известняковые надгробные стелы с рельефами, изображающими умерших в героизированном виде либо сцены из их земной жизни. Однако типичная для ранних надгробий объемность здесь постепенно сменялась графичностью, что отвечало вкусам населения.

Та же графичность, приверженность к локальному цвету становились все более характерными для боспорской живописи, украшавшей стены склепов.

В Боспорском царстве возникли самобытные образцы античной расписной керамики — вазы со стилизованными растительными мотивами, разрисованные минеральными красками так называемые «акварельные» пелики. Острая наблюдательность, подлинное знание жизни скифов-кочевников отличают создателей украшенных рельефами известных боспорских металлических изделий. Высокого уровня развития в Боспорском государстве достигли также монетное дело (монеты с изображениями правителей), художественная обработка дерева (саркофаги, шкатулки).

Под знаком спартанской гегемонии в эллинском мире проходят первые годы после Пелопоннесской войны. Однако гегемония Спарты с самого начала вызвала острое недовольство в Греции. Подобно Афинам, Спарта также обложила своих союзников форосом. Постоянно вмешиваясь во внутреннюю жизнь греческих городов-государств, Спарта повсеместно преследовала демократов и насаждала власть олигархов.

Во многие полисы были введены гарнизоны во главе со спартанскими наместниками. Таким образом, греческие города, ожидавшие от Спарты освобождения, оказались в еще более худших условиях, чем во времена Афинского союза. Однако вскоре положение Спарты сильно осложнилось, так как у нее испортились отношения с Персией.

Получая крупные субсидии во время Пелопоннесской войны, Спарта обещала в случае победы вернуть Персии греческие города малоазийского побережья. Однако малоазийские греческие полисы обрели свою независимость в результате грекоперсидских войн, которые воспринимались большинством греков как героическое прошлое. Посягнуть на эту независимость Спарта сразу не решилась. Поэтому она делала все возможное для того, чтобы оттянуть выполнение своего обязательства.

У После смерти персидского царя Дария II началась борьба за престол между его старшим сыном и наследником — Артаксерксом и младшим сыном. Кир обратился за помощью к Спарте, с которой он был тесно связан еще со времен Пелопоннесской войны. Спарте было выгодно поддержать Кира, потому что в качестве компенсации за поддержку она могла бы настоять на сохранении независимости малоазийских полисов.

Кир навербовал 13-тысячный отрад греческих наемников и соединил их со своими персидскими войсками. Возглавив это войско, Кир предпринял поход против Артаксеркса. Однако в 401 году до н. э. в сражении при Кунаксе близ Вавилона Кир был убит.

Туземные войска Кира немедленно перешли на сторону Артаксеркса. Греческие наемники, которых к этому времени осталось немногим более 10 тысяч, оказались вдали от родины в окружении врагов. К тому же приглашенные в лагерь Артаксеркса якобы для переговоров военачальники греческих отрядов были вероломно перебиты. Тогда греки избрали новых военачальников, одним из которых был описавший этот поход историк Ксенофонт, и начали отступление на север, к побережью Черного моря. Несмотря на все усилия персов воспрепятствовать походу и на трудности пути, греки все же пробили себе дорогу к морю и сумели вернуться на родину, потеряв, правда, около четверти своего войска.