Чтение онлайн

Тушение же горящего здания производится «сомкнутым строем». Иногда, при большом пожаре, на самых боевых участках огня одновременно действуют до двенадцати рукавов.

Город Охотск лет десять назад был лакомым местом любителей легкой наживы. Сюда ехали японские, американские и английские купцы, и целой вереницей тянулись спекулянты. На водку, спирт, табак и опиум они у туземного населения выменивали пушнину, рыбу, скот, оленей и проч.

Еще и сейчас, проезжая по «Чукотке», можно встретить изредка в хозяйственном обиходе чукчей, наряду с самобытными предметами, предметы, привезенные культурной Америкой и Европой.

В порт Аян богатому тунгусу Во американцы за пушнину и золото привезли целый дом, который сохранился еще и поныне. Стоит этот американский домик без употребления, возле «юранги» (юрты) Во, и никто в нем не живет.

Когда спрашивают Во, отчего он не живет в доме, он скалит зубы и отвечает, что дом американский считается его богатством, а жить в нем он не умеет.

— Дом глухой, в нем не слышно, как олени бегают, зверь ходит, нерпа дышит в воде, — утверждает Во.

В этом есть своя правда. Чуткий тунгус, чукча и камчадал в своей юранге слышат, как ведут перекличку между собой звери, как булькают моржи на берегу, а олень с быстротой вольного ветра несется по снежной равнине. Привыкший и сжившийся со зверями туземец слышит в своей юранге каждый шорох и звериное дыхание за несколько верст.

Вот почему туземца не загонишь в глухой дом, вот почему американская услуга оказывается здесь бесполезной.

Несмотря на все увещания самого Во и на его услужливое предложение разместить власть в его домике, сельсовет расположился все-таки в юранге.

Несподручно чукчам, тунгусам и камчадалам свою власть садить в американскую «виллу». Туземец предпочитает вплотную под'ехать к сельсовету, остановить собак, зайти в юрту, сесть на корточки, покурить, перекинуться несколькими словами о новостях и опять ехать в далекий путь.

Здесь свой быт, сложившийся веками. Едет, примерно, чукча в сельсовет, убивает дорогой лисицу и везет ее в сельсовет в подарок. Не возьмут, — чукча обидится, так как он считает, что это власть так счастлива и она помогла ему убить лисицу, и поэтому лисица должна принадлежать сельсовету.

Чукча, тунгус и камчадал смотрят на власть, как на всезнающую и всесильную. Власть должна знать, когда пойдут морж, тюлень, нерпа; власть — над зверем, власть — над всем. И ездит поэтому туземец в сельсовет, наведывается, когда власть скажет, что нужно собираться на охоту. Тунгусу или камчадалу ничего не стоит проехать 100 или 300 верст лишь для того, чтобы навестить сельсовет и порасспросить, как живет власть, что делает, да скоро ли нужно собирать окружающее население на охоту, да что слышно с нерпой или моржем. Стоит услышать ему, что надо собираться для обсуждения какого-нибудь вопроса, и туземец с быстротой ветра, с гиканьем и свистом, облетает все юранги и оповещает об этом всех.

В. П.

Таким оригинальным городом, или, вернее, поселком, является Фиш-Сити в северо-американском штате Мичиган, в бухте Сэджиноу. Поселок лежит именно в бухте, а не на берегу ее: дома построены на льду. Жители — рыбаки, занимающиеся своим промыслом зимою. Как только лед в бухте достаточно окрепнет, рыбаки строят на нем из досок хижины и живут в них вплоть до весеннего таяния льда. В полу каждой хижины устроена опускная дверь, которая закрывает четыре-угольное отверстие во льду, имеющее пятьдесят сантиметров в квадрате. У этой проруби рыбак сидит целый день и часть ночи, подстерегая рыбу, для ловли которой пользуется маленьким копьем, привязанным к бечеве. Подобным образом в бухте Сэджиноу каждую зиму ловятся миллионы рыб. К лету рыбаки расходятся в разные стороны, и от Фиш-Сити не остается и следа.

Н. Степук.

В наше время картофель широко распространен всюду, где люди занимаются земледелием. Он идет на север дальше, чем хлебные злаки, невзыскателен к почве, урожаен, скороспел и не боится засорения сорными травами. Трудно представить себе крестьянское хозяйство, в котором картофель не был бы желанным подспорьем. А между тем растение это вывезено из Америки, и не прошло еще даже ста лет со времени введения его в крестьянские культуры России. В то же время хлебные злаки возделываются уже с незапамятных времен: изображения, относящиеся к их культуре, сохранились на памятниках древнего Египта, относящихся ко времени около семи тысяч лет до нашего времени.

В. П.

В независимом индийском государстве Непале в Гималаях, насчитывающем свыше 3 милл. жителей, недавно было отменено рабство, при чем было освобождено 57.889 рабов. Часть рабовладельцев согласилась освободить своих рабов безвозмездно, без всякого выкупа, некоторые рабы внесли за себя выкуп сами, большая же часть рабов была выкуплена казной, на что было израсходовано 3.670.000 рупий (рупия около 1 руб.). Выкупная цена за рабов при этом была установлена следующая. За мальчика моложе трех лет выплачивалось 15 рупий, за девочку в том же возрасте — 20 рупий; за женщину в возрасте от 13 до 40 лет — 100 рупий, за мужчину — 45 рупий. За женщину старше 40 лет и до 50–60 рупий и за мужчину — 30 рупий. Наконец, за более старых рабов, в возрасте свыше 60 лет, выплачивалось: за женщин—41 рупия и за мужчин — 21 рупия.