Чтение онлайн

При упоминании о состоянии Наруто, все пристыженно замолкли. А упоминание о сопровождении в походах по магазинам, сделало настроение девушек смесью тревоги и мечтательного предвкушения.

— Мне всё равно, сколько женщин будет с Наруто, — заявила Хината. — лишь бы со мной был он.

— Ему это не трудно, — фыркнула Ино. — С его-то количеством клонов!

— Как будто его клоны отличаются от самого Наруто, — поправила очки Карин. — Как будто клоны — это не сам Наруто!

— Вы не о том беспокоитесь, девочки, — неожиданно раздался новый женский голос, — Вопрос в том, одобрит ли вас несравненная Анко-тян!

*

Наруто вынырнул из объятий кошмара и обнаружил себя на полянке перед вратами с бумажкой «печать» на замке. С окружающим пространством явно было не всё в порядке. Ярко-зелёная трава стала жёлтой и пожухлой, с деревьев в гигантском Лесу Смерти яростный ветер срывал сухие листья. Когда-то синее небо было укрыто серыми грозовыми тучами, сквозь которые прорывались вспышки молний. Облака покрывал странный узор, чёрные кляксы, напоминающие странные неведомые письмена.

На грани слышимости раздавался непонятный звук, как будто шелест извивающихся змей, смешанный со змеиным шипением. Всем своим нутром он чувствовал исходящую со всех сторон опасность, поэтому он, напрягая последние силы, пополз по сухой траве к воротам, и, собрав волю в кулак, закинул себя за решётку.

Глядя на покрывающий покинутую полянку туман, который шёл клубами, напоминающими кольца исполинской змеи, Наруто отчаянно закричал:

— КУРАМА!

Сквозь расплывающееся зрение, Наруто видел, как клубы тумана проникают за решётку и медленно, но неизбежно плывут к нему. И последнее, что заметило его вновь уплывающее сознание, это две огромные оранжевые руки, сомкнувшиеся вокруг его тела. Зарывшись в пушистый мех Девятихвостого Лиса, Наруто вновь погрузился в беспамятство.

*

Смены пейзажей, кошмаров, печатей и снов Наруто уже утомили, поэтому новую реальность он встречал в отвратительном настроении. Он находился, судя по обстановке, в одном из кабинетов госпиталя Конохагакуре. Единственным различием было то, что вместо привычного пейзажа за окном простиралась бесконечная белизна. Он сидел в кресле, а напротив него располагалась Ино Яманака.

От привычной Ино-тян её отличал внешний вид. Вместо бледно-голубых красивых глаз без зрачков, её глаза были красными, а белки глаз — чёрными, как у Мито-тян. Глаза были закрыты квадратными очками, как у Карин-тян. Вместо свободного хвоста, волосы её были собраны в «уши панды». Протектор Конохи не был на поясе, как обычно, а свободно свисал на шею, как у Хинаты-тян, сходство с которой подчёркивала пышная фигура. Одета девушка была в обычную одежду ирьёнина, только вместо круглой шапочки, как у медсестёр Каори или Отохи, на ней была косынка, схожая c Аяме-тян, что вместе с ушками панды смотрелось забавно. На щеках Ино-тян были тонкие полоски, как у него самого.

— Кто ты? — удивился Наруто. Одной из причин удивления было его вполне сносное самочувствие. — Где я? Почему я здесь?

— Хотите об этом поговорить? — произнесла девушка томным глубоким голосом Анко-тян. — Шучу! Ты без сознания. А я — это ты!

— ЧЕГО?

— Я — олицетворение твоих подавленных чувств, твоих несбывшихся желаний. Я — тёмная ты, персонификация твоего подсознания. Когда-то я была твоей точной копией, но честное слово, ты слишком уж вжился в образ своего Секси-дзюцу! Раньше я была простым олицетворением ненависти, и больше всего я ненавидела тебя!

— Меня? Меня-то за что?

— Тебя ненавидела вся деревня, все тебя боялись и презирали. Но ты всегда был таким весёлым, таким беззаботным, хотел так понравиться своим обидчикам, что это выводило меня из себя. Вместо того, чтобы выпустить Кьюби, чтобы он закончил начатое, ты всем улыбался. Вместо того, чтобы ударить взамен, ты прятал чувства внутри себя.

— Но что изменилось теперь? Ты ведь теперь не мой злой брат-близнец, для которого нет большей радости, чем повторить поступок Итачи.

— Ты начал подавлять совсем другие чувства. Ты частично выместил обиду на своей глупой деревне.

— Выместил обиду? Но как? — тут до Наруто начало доходить. — ТОРА-ТЯН!

— Конечно же Тора-тян! Это была изощрённая и коварная месть. Ну и, почему-то, когда мы вернулись в деревню после второго этапа, жители перестали нас ненавидеть.

— Погоди, так получается, что этот безумный сон — твоих рук дело?

— Нет, это работа твоего подсознания.

— Но ведь ТЫ — моё подсознание!

— Я просто хорошо понимаю твои скрытые мотивы.

— Почему мне приснилось то, что приснилось?

— Ты и сам знаешь. Пока ты лежал в бреду, вызванном печатью Орочимару, в дело вмешалось твоё подсознание. Задавай вопросы, и я отвечу.

— Почему мама Сакуры не была куноичи? Я пару раз видел тётю Мебуки и дядю Кизаши, и ни у одного из них нет розовых волос.

— Ты помнишь, какова была причина того, что такого офигенного Наруто Узумаки, колотит прекрасная Сакура-тян?

— Такая хорошая девочка как Сакура, не могла не видеть офигенность Узумаки! И я тогда подумал...

— Именно! Ты не был знаком с родителями одноклассницы.

— Хорошо! А Гражданский Совет Конохи? Что за бред? Как могут в деревне шиноби решать вопросы купцы?

— Помнишь того продавца, который вышвырнул тебя из магазина, когда ты хотел купить маску?

— Хе-хе-хе! Конечно! Я перед этим раскрасил ему дверь магазина в весёлые цвета! Ну и морда у него была, когда он увидел. Ирука-сенсей заставил всё отмывать!

— Ну вот видишь! Ты насолил многим продавцам. Их ненависть не имела ничего общего с силой Курамы. Безликая масса, осуждающая твои поступки.

— А почему меня били? Никто бы не посмел нарушить приказы дедули!

— Поминшь тех трёх парней, которые намяли тебе бока при первой встрече с Хинатой-тян? А тех придурков, с которыми проходил «проверку храбрости»?

— Это глупо! Я им тогда тоже хорошо навалял! А придурок Хибачи чуть не обделалася, когда я притворился лисьим демоном! Ладно, а почему дедуля не мог понять как пользоваться клонами, чтобы бороться с бумагами? Это же очевидно любому дураку!

— А ты не хотел быть круче Хокаге?

— Ещё как хотел бы! Тогда понятно, почему у меня столько кланов — так бы я уделал и Саске. К тому же я и так Сенджу! А если бы у папы был клан, он был бы крутым. Понятно и с додзюцу и кеккей генкаями, тем более, что Мокутон у меня есть и так. Понятно и почему я был круче всех — я и так самый крутой! Ясно и с Хаку — до сих пор не могу поверить, что он парень. И я бы очень хотел спасти его. Но почему я ненавижу оранжевый? Оранжевый — самый крутой цвет в мире! Я еле нашёл такой крутой костюм, и если бы не Ино-тян, с костюмом ещё круче, ходил бы в нём до сих пор! И какой дурак будет бегать в ботинках?