Чтение онлайн

— Дерьмо! Несвежее вонючее дерьмо! — завопил Наруто. — Твои родители погибли во время трагического инцидента посреди ужасов войны. Ты познал боль и страдания. Когда Эро-сенсей принёс вам сочувствие и теплоту, для вас, лично вас, наступил мир. Вы с Яхико и Конан создали Акацуки. Но когда из-за мудака Данзо погиб Яхико, ты снова почувствовал боль. И что ты сделал? Ты стал причинять боль другим, мудила! А ты, Конан? Ты была глупой молчаливой куклой, неспособной возразить человеку, смешавшему все устремления вашего друга Яхико с дерьмом! Встретившись с трудностями, вы сдались, пошли по лёгкому пути. Легко приносить боль другим, но так не достичь мира. Боль только причиняет новую боль. Боль только укрепляет цепи ненависти.

— И у тебя есть ответ, как достичь мира? — тихо спросил Нагато.

— Есть! Если вы считаете, что люди безнадёжны, вам следует поговорить с братцем Хаширамой, придумавшим систему скрытых деревень. Он, кстати, женат на принцессе нашего с тобой клана, и она офигенная! Если думаешь, что сейчас стало плохо, то ты не представляешь, что было раньше. Человечество закалилось в трёх мировых войнах, оно начало приходить к пониманию. Ключ к миру — понимание! Понять человека, помочь ему, удержать от опрометчивых поступков. Ну, и если нужно — хорошенько ему навалять. А вот для этого нужна сила. Может быть, даже сила биджу.

— То есть ты говоришь, нужно продолжать ловить биджу? — на безэмоциональном лице Конан проступило удивление.

— Для чего «ловить»? Биджу — дети величайшего человека, Хагоромо Ооцуцуки, того, кого мы знаем как Рикудо Сеннин. Биджу были им созданы, чтобы хранить мир. А не для того, чтобы засовывать их в дурацкую статую, возрождать Десятихвостого и погружать мир в иллюзию!

— И что же ты предлагаешь? — спросил Нагато, чей внешний вид сейчас напоминал просто измождённого, но вполне здорового человека.

— Данзо Шимура, мудак, который сорвал ваши мирные переговоры с Ханзо и был причиной смерти Яхико — казнён как предатель. Обито, который убил ваших друзей, первый состав Акацуки, спешивших на помощь, сейчас сидит в тюрьме. Мадара мёртв десятки лет, но он хотел, чтобы Обито его воскресил с помощью твоих глаз. Так скажи мне, Нагато, почему бы его план слегка не подкорректировать? У тебя есть тело Яхико. У тебя есть глаза нашего с Кьюби отца. Почему Яхико до сих пор мёртв? Почему он — твоя марионетка?

— Сила, способная воскрешать, забирает жизнь. Я получил её слишком поздно, единственное что мне оставалось — сделать его одним из своих Путей.

— Знаешь, чувак, — расхохотался Наруто. — есть масса дзюцу, оплатой за которые — жизнь шиноби. Одной из этих техник мой клон превращает тебя из тупой развалины в нормального члена нашего клана. Мы — шиноби! Мы должны жульничать! Если бы я об этом знал раньше, то стал бы чунином более полугода назад!

Конан благодарно кивнула клону и осторожно поднялась на ноги.

— Так ты до сих пор генин?

— Ага! Кстати, раз я в Амегакуре, не знаешь, где найти Оборо, Муби и Кагари? Они были в команде мудака Аоя Рокуши. Хочу поздороваться и передать привет!

*

Наруто привычно ворвался в кабинет Хокаге, проигнорировав закрытую дверь, предостерегающий возглас Шизуне и тревожное хрюканье Тонтон.

И вновь ему показалось, что Эро-сенсей и Цунаде-тян миг назад стояли по-другому, вот они вновь стоят спиной друг к другу, занимаясь какими-то совершенно неважными делами. Наруто было подумал, что чуть не застал их за распитием сакэ, но вряд ли — Хокаге давно перестала стыдиться своего увлечения.

— Цунаде-тян! Смотри, кто к тебе пришёл! — завопил Узумаки.

Сзади послышался приглушенный вскрик Шизуне и в распахнутую дверь вошли два человека. Общего в них были только чёрные белки глаз и пергаментно-сухая покрытая трещинами кожа.

Старший из вошедших был привлекательным мужчиной с добрым лицом и длинными бело-фиолетовыми волосами. Младший выглядел копией самого Наруто, лишь отсутствовали полоски на щеках и волосы были светло-русыми. Увидев вошедших, Хокаге побледнела.

— Дан... Наваки... — прошептала она и покачнулась.

Джирайя среагировал молниеносно. Он исчез и появился рядом со своей напарницей, нежно и деликатно придерживая её за плечи.

Дан Като подошёл к Цунаде и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Я хотел сделать сюрприз, но они не стали дожидаться Нагато и сразу же побежа... — начал Узумаки.

— Наруто, заткнись! — рявкнул Джирайя.

Дан протянул руку и дотронулся до щёки своей невесты.

— Как ты? Прости, милая, что я бросил тебя!

— Дан, мне было так плохо! Когда ты умер у меня на руках...

— Т-с-с-с! — мёртвый шиноби приложил пальцы к её губам. — Я не должен был заставлять тебя это пережить. Я должен был беречь тебя, должен был стать твоей опорой... Но я тебя подвёл.

— Милый, в том не было твоей вины. Я оказалась слаба, не могла найти в себе сил жить дальше. Я превратилась в тень самой себя. Я сбежала от себя, от всего, что считала важным!

— Но теперь ты Хокаге. Ты воплотила мою мечту! Ты оказалась сильней, чем тебе казалось!

— Если бы не мы с Эро-сенсеем, то Цунаде-тян до сих пор бы... — встрял Наруто.

— Наруто, заткнись! — рявкнул стоящий рядом Наваки.

— Этот белобрысый соплежуй прав. Он вытащил меня из пучины саморазрушения, он подарил мне новую жизнь, — сквозь слёзы улыбнулась Цунаде.

— Скажи, любимая, теперь ты счастлива?

— Ты знаешь, — Цунаде колебалась лишь миг. — Да, я счастлива!

Дан обернулся, долгим взглядом посмотрел на ошарашенно сжимающую Тонтон Шизуне.

— Ты выросла прекрасной женщиной, настоящей красавицей, Шизуне-тян.

Он перевел взгляд на Узумаки и тепло улыбнулся.

— Спасибо тебе, Наруто, за эту встречу.

Прежде чем джинчурики успел что-то ответить, Дан пригвоздил взглядом жабьего Саннина.

— Заботься о ней. Береги её лучше, чем это сделал я. И если ты сделаешь её несчастной, то не будет такого места ни здесь, ни в Чистом Мире, ни в глубинах ада, где я бы тебя не нашёл!

Трещины на лице Дана углубились и с лица вверх стали срываться серые хлопья пепла. Он взял Цунаде за руки, прижал к себе и нежно поцеловал в лоб.

— Я люблю тебя, Цунаде-тян! — сказал он, хлопья пепла всё сильнее и сильнее срывались, фигура Дана рассыпалась уходящим вверх потоком серых невесомых лепестков.