Чтение онлайн

Он, вздохнув, закатывает глаза.

Стою возле заброшенной больницы и жую хот – дог. Сама не знаю, что меня сюда привело. На улице начинает темнеть…Звонит телефон.

– Алло, Кира, ты где? Твоя мать сказала, что ты еще не возвращалась домой.

– Верно, не возвращалась. Я у заброшенной больницы, подойди сюда.

– Кира…? Кира!...Что – то случилось?...Алло!

Но я уже отключила телефон.

Прошло минуты три, и на тот момент я уже собиралась уходить. Ли выскочила как ошпаренная из-за угла.

– Привет, что у тебя стряслось? Ты вообще где была целый день, пропажа?

– Тише, тише успокойся. Пойдем.

Мы идём к дому.

– Моя мать изменяет моему отцу.

– Опа…с кем?

– Я еще не знаю. Я еще ничего не знаю. – И у меня снова льются слёзы.

– Послушай, может ты попробуешь просто поговорить с ней? Ты не одна такая.

– Да ты вообще понимаешь что ты, мать твою, несешь!? – взорвалась я.

– Прости…

– Ли, не обижайся, я не хотела .

Лия подошла ко мне и обняла меня, на сердце сразу стало теплее.

– Хочешь, я отвлеку тебя от твоих мрачных мыслей?

– Ну, давай. – Говорю я, хотя сама знаю – ничего у неё не выйдет.

– В общем вчера я ходила в паб с Джоном, помнишь?

– Да..

– Так вот, я решилась.

– Э…что – у меня отвисла челюсть, я поняла о чём она говорит. Она неделю твердила о том, как хочет попробовать сделать ЭТО.

– Ты уверена, Ли? А если он не тот кто тебе нужен.?

– тсс….я уже всё решила.- Мы смеемся.

– Потом обо всё мне расскажешь, поняла? – я грозно смотрю на подругу, и мы снова заливаемся смехом.

– Поняла. Мисс Кира.

Уже темно, я тихо открыв дверь, захожу в дом. Тишина.

– Мам, пап?

– Дочь, иди ко мне.

Голос мамы доносится из кухни. Внутри что-то кольнуло, это просто предчувствие, ничего не случилось – всё хорошо.

Я захожу в комнату, которая полна тишины. Мать сидит одна на полу взявшись руками за голову.

– Мам, что происходит?

– Сядь. – я присела на кресло.

– Кира, твой отец попал в аварию, сейчас он находится в реанимации. Если ты не веришь мне, включи новости « Известный бизнесмен разбился в своем автомобиле…» говорила в телевизоре Елена Гаврилова. Эти слова полностью парализовали меня.

« Завтра он должен был внести деньги в счет завода автотехники, но к сожалению – не успел это сделать» Или ему кто то помешал, невольно подумала я.

– Что..? что ты сказала?...не может…нет…- во мне резко просыпается ярость. – Я всё знаю!

– О чем ты Кир?

– О чем? Ты еще спрашиваешь о чем я ? Ты изменяешь моему отцу! Думала никто не узнает, да? Да ты предала нас всех! Ты предала меня, отца! А сейчас просто сидишь тут? Какая же ты мразь…- слезы произвольно текут из глаз, сейчас у меня начнется истерика…

– Подслушивать некрасиво!

– Зато поучительно и увлекательно, мамочка! – Я выхожу из комнаты и поднимаюсь наверх. Как жить теперь? Жизнь как отпуск – дана людям что бы радоваться, почему я плачу?

Закуриваю сигарету, выдыхаю дым вместе с болью. С каждой затяжкой мне становится легче. В окне мерцают сотни огней. Люди суетятся, спешат домой. Шума машин почти не слышно – наступает тьма. Голова начинает кружится..

Вспышка…

Папа идет со мной за руку на аттракционы.

– Паап, а я хочу вон на ту лодочку.

Он улыбается, а потом говорит смешным голосом.

– Малыш, это ласточка…вжжжжж полетим?

– ага, – мои глаза сияют от радости, я смеюсь.

Вспышка…

– Кира, Кира... открой глаза…Кира!!

Мать испуганно смотрит на меня.

– Кажется, ты потеряла сознание, девочка моя. Я так за тебя испугалась. Ты проспала всю ночь.

Моя ненависть растет к ней с каждой минутой.

– Волнуйся за своих любовничков!

Я встаю с постели, не самое удачное выдалось утро. В голове всплывают отрывки вчерашних событий. Отец в больнице, а я сижу дома? Захожу на кухню и хватаю сэндвич.

Надеваю свои любимые джинсы, накинув ветровку, иду вниз, не обронив ни слова в сторону мамы.

Мне страшно, да – я боюсь. Совсем недавно я с ним почти не разговаривала, а сейчас иду к своему отцу в больницу. Что я буду ему говорить? Как смотреть ему в глаза? А если он спросит, где мать? Хотя он по-любому спросит. И что я ему скажу? Нет, я не буду его расстраивать, неизвестно еще в каком он состоянии.

Подхожу к больнице, не смело открываю дверь и иду к главному корпусу.

– Здравствуйте, скажите пожалуйста, к вам поступал Билли Остин?

Женщина роется в бумагах – бесконечно долго.

– Извините девушка, этот мужчина поступил к нам. А вон там стоит его доктор, подойдите к нему. Еще раз простите, кем вы ему приходитесь?

– Я его дочь. – Разворачиваюсь и иду по длинному коридору, в сторону мужчины, который по – видимому и есть врач моего отца. Женщина за стойкой заметно волнуется и смотрит на меня – быстро хлопая ресницами. В помещении тусклый свет, повсюду идеальная чистота. Все медсестры ходят в аккуратных халатах и бахилах. Подхожу ближе и чувствую, как с каждым шагом мой пульс учащается. Делаю пару шагов и вот, я уже стою возле мужчины лет пятидесяти, может больше. Выглядит он прилично, аккуратно. Когда я понимаю, что молчание уже выглядит глупо – начинаю разговор.

– Здравствуйте, извините вы…

– Я Брюс Конорс.

– Я пришла к Биллу, я его дочь. Хочу узнать, как он себя чувствует. – Замечаю, как доктор начинает нервничать.

– Понимаете в чем проблема…- он отводит меня в кабинет и просит присесть. – Ваш отец получил серьёзную черепно-мозговую травму. У него сформировалась диссоциативная фуга - одна из форм тяжелой амнезии, боюсь – он может вас не узнать.

– Да как он может не узнать меня? Я же его дочь, он мой отец. Вы всё врете! – чувствую, что сейчас заплачу. – Проводите меня к нему.

– Как пожелаете. – Мы выходим из кабинета и поднимаемся на лифте еще три этажа, вверху над входом висит название отделения « Неврологический диспансер» Около двух минут мы идем прямо, потом сворачиваем налево, еще раз налево, направо и, вот я уже стою возле палаты своего отца.

– Я могу войти, и одна с ним поговорить? – настойчиво спрашиваю у врача.

– Да, конечно. Вы имеете на это полное право. Он пока в тяжелом состоянии, прошу недолго. Только будьте с ним по аккуратнее, ладно? – он удаляется.