Чтение онлайн

Наблюдения над вязью, так же как и другие палеографические признаки, служат для датировки, установления подлинности источника. Для этих целей используют показатель вязи, т. е. соотношение высоты буквы к ее ширине. Показатель, равный двум, свидетельствует о соотношении высоты к ширине, как двух к одному. Эти показатели соответствовали раннему периоду использования вязи. Вязь с показателем три и четыре была распространена в XV в.

Краткие выводы. Для книг XIII–XIV вв. характерно совпадение позднего устава, пергамена, тератологии. В XV в. типом книжного письма остается поздний устав, а также используется полуустав. Им соответствует, особенно полууставу, бумага. Книги украшаются тератологическим, балканским, отчасти нововизантийским орнаментами. В деловом письме пергамен постепенно вытесняется бумагой, быстрее происходит замена позднего устава полууставом, а затем скорописью. Качественно новый палеографический признак — вязь, наличие которой свидетельствует о том, что документ написан не ранее конца XIV в.

Период XV–XVII вв. ознаменовался важнейшими событиями социально-экономической, политической и культурной жизни. В конце XV — начале XVI в. образовалось единое Российское государство. В этом государстве получил оформление самодержавный политический строй, сложилась своя организация управления — приказы. Укреплялось поместное землевладение и дворянство, ставшее опорой оформлявшегося со 2-й половины XVII в. абсолютизма. Получили разработку законодательные нормы крепостного права.

Заметные изменения во всех областях экономической, политической и культурной жизни Российского государства способствовали расширению сферы применения письма и функций письменности в целом. Поскольку нити управления всем государством сосредоточивались в приказах, именно там в XV–XVII вв. склонилось наибольшее число деловых документов. Приказная система и ее делопроизводство в центре породили подобную организацию управления и делопроизводства на местах — в воеводских избах (канцеляриях), в монастырских и церковных учреждениях, в боярских вотчинах и дворянских поместьях. Авторами приказного делопроизводства в центре и на местах были дьяки и подьячие. Дьяки возглавляли приказные канцелярии, отвечали за делопроизводство. Подьячие составляли наиболее многочисленный рядовой штат канцеляристов — переписчиков бумаг.

В XVII в. не только в Москве, но и на периферии все больше прослеживается практика наследственного замещения подьячих должностей. Поэтому обучение письму начинающих подьячих могло быть домашним, а навыками делопроизводства они овладевали непосредственно в приказах.

Летописец 40-х гг. XVI в.

Большое значение для выработки делового письма имела работа площадных подьячих, которые составляли бумаги на городских площадях по заказу. Из-под их пера вышло огромное количество актов частного характера: вкладных, данных, купчих, порядных, закладных и др.

Несмотря на то что в России в середине XVI в. появилось книгопечатание, оно не удовлетворяло спроса книжного рынка: тиражи печатной продукции были небольшими, а издания ограничивались почти исключительно церковными книгами. Этим объяснялось продолжение и расширение практики переписки произведений как светской, так и духовной литературы. Переписчиками книг были монастырские и церковные писцы, представители посадского населения, служилые люди и даже крестьяне. Крупными центрами переписки книг оставались Кирилло-Белозерский, Троице-Сергиев, московский Чудов монастыри и Посольский приказ. Многие писцы переписывали книги в одиночку. Учителями книжных переписчиков были подьячие, представители низшего духовенства, книжные мастера. Учебными пособиями служили рукописные азбуки-прописи, печатные книги, буквари. Традиционной формой приобретения книг был их заказ у переписчиков. Но в XVI в. и особенно в XVII в. книгу можно было купить в торговых рядах, либо у самих переписчиков, либо у продавцов-скупщиков.

В XV–XVII вв. объектом палеографического изучения являются источники делового характера, вышедшие из центральных и местных учреждений: акты, судебно-следственные дела, документы финансовой и хозяйственной отчетности и др. Среди общих законодательных памятников ведущее место принадлежит Соборному уложению 1649 г., дошедшему до нас в подлиннике. Длина свитка, на котором было написано Уложение, составила 347,5 м. Свиток состоял из 959 «сставов» — склеек. На лицевой стороне листов был написан текст статей Уложения, на оборотной — 315 подписей участников Земского собора. Основной текст написан пятью почерками. По «сставам» лицевой стороны стоит «скрепа» (подпись) думного дьяка Ивана Гавренева, по сставам, оборотной стороны — «скрепа» думных дьяков Федора Елизарова и Михаила Волошенинова и дьяков Гаврилы Леонтьева и Федора Грибоедова.

Из памятников церковной и светской литературы особый интерес представляют «Великие Четьи-Минеи» (50-е гг. XVI в.) — помесячные чтения, составленные по инициативе митрополита Макария, включающие произведения житийной литературы, проповеди и поучения; «Лицевой летописный свод» (60—70-е гг. XVI в.), получивший свое название из-за большого числа миниатюр. «Временник дьяка Ивана Тимофеева», сохранившийся в единственной рукописи 30-х гг. XVII в. и описывающий Смутное время, написан несколькими скорописными почерками, украшен старопечатным орнаментом. «Титулярник» 1672 г., составленный в Посольском приказе, содержит портретные миниатюры великих князей и царей и образцы великолепного полууставного письма подьячих этого приказа. Напечатанный в 1564 г. на Московском печатном дворе «Апостол» — великолепный образец средневекового печатного дела, иллюстрирующий старопечатный орнамент, заимствованный из рукописных книг.

Материал для письма. В XVI–XVII вв. основным материалом для письма становится бумага. Поскольку первые попытки завести отечественное производство бумаги в XVI в. окончились неудачей, а основанные в XVII в. мануфактуры (бумажные мельницы) не могли обеспечить потребности страны в писчем материале, Россия вплоть до первого десятилетия XVIII в. пользовалась преимущественно привозной бумагой.

До середины XVI в. это была, главным образом, итальянская бумага с водяными знаками в виде перчатки, кувшинаи др. С конца XVI — в XVII в. распространилась бумага французских фабрик, признаком которой были филиграни виноградная кисть, кувшин, гербы французских городов.Среди последних часто встречалась филигрань с гербом города Базеля, более 500 вариантов которой было дано в работах Ш. Брике, П. Хейца, А.А. Гераклитова и др. В XVII в. стала использоваться голландская бумага, потеснившая во 2-й половине XVII в. французскую. Наиболее распространенной для этой бумаги с 1650 г. была филигрань герб Амстердама,максимальное использование которой относится к 1701–1725 гг. Такой же распространенной филигранью голландской бумаги был знак шут.Появившись впервые на бумаге немецкого происхождения в XVI в., в несколько усложненном варианте филигрань шут стала использоваться в XVII в. и голландскими мастерами. Поскольку отечественные мануфактуры в XVII в. находились в руках голландских мастеров, филиграни русской бумаги сначала подражали голландским знакам. Поэтому голландские филиграни герб Амстердама и шут появились и на бумаге отечественного производства.

Для датировки бумаги XVI–XVII вв. с помощью филиграней рекомендуется использовать таблицы водяных знаков К.Я. Тромонина, Н.П. Лихачева, Ш. Брике, а также работы С.А. Клепикова, В. Черчиля, Е. Хивуда, Г. Эйнедера [55] , в которых дано изображение водяных знаков XVII–XVIII вв. Специально филиграням XVII в. посвящена работа А.А. Гераклитова «Филиграни XVII в. на бумаге рукописных и печатных документов русского происхождения» (М., 1963), в которой дается изображение более 1500 знаков. Залежность бумаги XV–XVI вв. определяется в 6–7 лет, в XVII в. — в среднем в 5 лет.

В XVI–XVII вв. в качестве материала для письма продолжали использовать и бересту. Правда, на бересте в этот период писали уже на окраинах и в тех случаях, когда долгое время не было привоза бумаги.

Графика письма. Большой объем работы в государственных учреждениях, связанный с написанием деловых бумаг, заставил писцов искать варианты более быстрого написания букв и отойти от полууставных начерков. Внешним выражением этого процесса явился переход в XV в. полуустава в скоропись. В XVI в. и особенно в XVII в. скоропись становится главным типом письма в делопроизводстве, повсеместно вытеснив из него полуустав. Полуустав же стал письмом рукописных книг.

Скоропись— это беглое, ускоренное письмо, отличающееся раскованностью написания букв. Путь к ускорению письма лежал в первую очередь через слитное написание букв в слове. Чтобы научиться этому, потребовалось длительное время, в течение которого рука писца искала лучшие, наиболее приемлемые для слитного написания варианты графики отдельных букв. Вот почему скоропись отличает многообразие вариантов одной и той же буквы иногда не только в одном тексте, но даже и в одном слове. Раскованность написания, поиск лучших вариантов графики стали возможны только при наличии бумаги — более дешевого и распространенного по сравнению с пергаменом и более прочного по сравнению с берестой материала. Поэтому скоропись и бумага — два сопутствующих друг другу палеографических признака.