Чтение онлайн

– Меня? – поразилась Тамара. – Разумеется, мне сначала надо поговорить с O.Т., и, если удастся его уговорить…

– Удастся. Я уже спрашивала его.

Тамара удивленно посмотрела на нее.

– Он мне ничего не говорил.

Мерили рассмеялась, довольная тем, что ей удалось открыть счет. Затем стала серьезной.

– Он согласен со мной, что американцам давно пора услышать, какая ты на самом деле. Вообще-то, это была его идея.

Тамара задумалась, а потом спросила:

– Тебе известно что-то, чего я не знаю?

– Кому? Мне? – невинным голосом осведомилась Мерили, приложив руку к сердцу и пронзительно рассмеявшись.

К ним подошла Эсперанза и, остановившись у зонтика, с непроницаемым лицом посмотрела на хозяйку.

– Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? – спросила Тамара. – Я буду чай со льдом без сахара.

Мерили скорчила гримасу.

– Как ты можешь это пить? Знаешь что, я бы с удовольствием выпила мятный коктейль. Если, конечно, у вас есть все для него необходимое.

– Разумеется, есть. А наш Роберто восхитительно готовит коктейли. – Тамара улыбнулась служанке. – Эсперанза, будь добра, принеси мисс Райс мятный коктейль. А мне высокий стакан чая со льдом. Лимон на край, как всегда.

– Да, сеньора. – Эсперанза кивнула. – Сейчас принесу. Сеньора…

– Да, Эсперанза?

– Сеньор вернулся. Он спрашивает вас.

Тамара на минутку прикрыла глаза. Сначала банкир, потом Мерили, а теперь еще и Луис. Казалось, все сегодня складывается против нее. Она виновато улыбнулась Мерили.

– Пойду узнаю, чего он хочет. Мне правда очень жаль. Извини, я ненадолго.

– Не торопись, – великодушно отпустила ее Мерили. – Я никуда не спешу. Я освободила для тебя весь день.

Тамара быстро пошла к дому, умудрившись ничем не выказать своего огорчения.

Она нашла Луиса у гаража. Он стоял в тени, скрестив на груди руки, сияя, как Чеширский кот, и позвякивая связкой ключей. Завидев ее, он медленно повернул голову, и, проследив за ним взглядом, Тамара вскрикнула от удивления.

На подъездной дорожке стоял новый автомобиль – огромный, обтекаемой формы «паккард» с откидным верхом, сверкающий белой краской снаружи и нежно рыжевато-коричневого цвета телячьей шкуры изнутри, перевязанный крест-накрест белой атласной лентой шириной три с половиной сантиметра.

– Что это такое? – прошептала Тамара.

– Он твой, – ответил Луис, еще шире расплываясь в улыбке.

Ее охватило чувство восторга.

– «Оскар»! – воскликнула она, прыгая от радости. – Не может быть! «Кровь и пламя» выдвинуты на награду!

Подхватив Тамару на руки, он закружил ее в воздухе.

– Говорят, три – это магическое число, принцесса. Мне только что сказали. – Он поставил ее на ноги и вручил ей ключи от машины.

– Луи… – Она отстранилась от него и, нахмурясь, посмотрела на автомобиль.

Он удивленно взглянул на нее.

– Только не говори, что он тебе не понравился!

– Нет, нет, конечно, он мне нравится. Он просто прелесть.

– Тогда в чем дело?

Тамара умоляюще взглянула на него.

– Пожалуйста, Луи, постарайся понять. Сейчас не время тратиться на новый автомобиль.

– Интересно почему? И потом, не забывай про наш уговор. Вспомни, всякий раз, когда тебя выдвигают на «Оскара», ты получаешь по новому белому автомобилю. А в случае твоей победы я покупаю тебе новенький «роллс».

– Луи.

Что-то в ее голосе заставило его замолчать, улыбка исчезла с его лица.

Заметив его разочарование, Тамара протянула к нему руку и любовно погладила по шее.

– Не думай, что я не оценила твой подарок, Луи, – нежно проговорила она. – Просто… нам придется сократить расходы. Я только что узнала, что у нас просто нет другого выбора.

– Что ты узнала? – осведомился Луис ничего не выражающим голосом.

Она видела, что он начинает злиться. Она всегда угадывала это по каменному выражению его лица.

– Сейчас я не могу говорить. Меня ждет Мерили для интервью. Поговорим потом. За обедом.

Он показал на автомобиль.

– Значит, ты уверена в том, что он тебе не нужен. Тамара пробежала пальцами по изогнутому крылу.

Металл нагрелся от солнца. «Удивительно, до чего соблазнительной может быть обычная груда железа», – подумала она. Затем быстро отдернула руку и, качая головой, сунула ключи Луису.

– Мы не можем… Пожалуйста, постарайся понять. – Она робко улыбнулась. – Я никогда не забуду эту машину, ведь ты взял на себя труд купить ее. Но мы не можем оставить ее.

Он отвернулся, и ей пришлось взять его за руку, чтобы повернуть к себе лицом.

– Луи, мне важно, что ты подумал об этом. А сейчас, пожалуйста, верни ее. – Она поднялась на цыпочки и прижалась губами к его щеке, но выражение его лица по-прежнему было каменным.

– Пусть будет по-твоему, – сквозь зубы проговорил Луис и швырнул ключи на сиденье.

Тамара глубоко вздохнула.

– Я знаю, что расстроила тебя, и я никогда бы не попросила тебя сделать это, если бы не особые обстоятельства.

– Не волнуйся, я сейчас же верну ее в магазин. Какого черта? – Он начал сдирать широкую атласную ленту. – Моя жена говорит: «Алле!», и я тут же прыгаю.

Она вздрогнула и молча взглянула на него, ненавидя себя за причиненную ему боль, зная, как он любит делать ей подарки. Но они никак не могли позволить себе роскошь купить сейчас новый автомобиль. Как бы ей хотелось сказать ему что-то еще, чтобы немного смягчить его тихую ярость, но у нее не было времени. Ну ничего, скоро вечер.

Тихонько вздыхая, она вошла в дом и надела темные очки. Надо было сразу вспомнить о них. По крайней мере, это несколько ослабило бы позицию ее противника, поскольку рентгеновскими способностями Мерили все же не могла похвастаться.

Возвращаясь на террасу, Тамара услышала, как вдалеке хлопнула дверца автомобиля и взвизгнули шины. Машина возвращалась в магазин. Она на минуту остановилась под тенистой лоджией, собираясь с силами и глубоко дыша, чтобы успокоиться. Этот прием показал ей Луис, когда она только училась играть. Глубокий вдох. Полностью заполнить легкие, а затем очень медленно выдыхать. Один… Два… Три… Вот так. Она сконцентрировалась на нежных лицевых мышцах, расслабляя их, и – о чудо! – казалось, они стали совсем другими, отчего на ее лице появилось беззаботное выражение. По крайней мере, сейчас ей удалось загнать подальше неприятный осадок, который оставила в ее душе сцена с Луисом. Теперь, вооружившись безмятежным выражением лица, она снова могла предстать пред Мерили.