Чтение онлайн

Когда мы добрались до дворца, у слуг оказалось много работы. Я обнаружила, что во время нашего долгого возвращения швеи работали не покладая рук, чтобы подготовить для меня великолепный ансамбль белых платьев с золотой и фиолетовой вышивкой в странном кельтском стиле. Диагональный вырез был скошен в сторону, где украшенные драгоценными камнями пуговицы плотно облегали лиф. Большие вышитые полосы простирались от лифа, что позволяло легко разглядеть белые шаровары с драгоценными камнями под ними, все еще придавая наряду ощущение платья.

Когда несколько женщин вплели мои волосы в тяжелую корону с закрученными золотыми спиралями и сверкающими аметистами и бриллиантами, которые выглядели странно воздушными и нежными, я заметила Сентаю. Было слишком шумно, чтобы говорить, но я поймала ее взгляд и улыбнулась, и мне было приятно видеть ее улыбку и тепло в глазах.

Мой макияж густо пестрил фиолетовым, золотым и белым цветом. Мне не разрешалось ни двигаться, ни смотреть в зеркало, пока «творец» не закончит. Когда я, наконец, увидела, что она сделала, мне захотелось застонать, но я сдержалась и улыбнулась, желая, чтобы свадьба скорей закончилась.

Через несколько часов, когда меня посчитали «законченной», и время уже подходило, меня вежливо проводили в комнату, где меня ждала мама, одетая в светло-зеленый наряд в том же стиле, что и мой. Он был также сильно расшит и украшен драгоценными камнями, только серебряными и светло-фиолетовыми нитями. Ее светлые волосы были закручены в серебристый головной убор, а макияж представлял собой кружащийся холст из светло-зеленой, серебристой и бирюзовой красок.

– Эй, я думала, что я невеста, - поддразнила мама.

– Полагаю, невесты здесь носят зеленое?
– неуверенно ответила я. Нас учили, что делать на церемонии, но я все еще чувствовала себя птицей в норе.

Двери открылись, и маму объявили собравшимся в соседнем зале. Она сделала глубокий вдох и одарила меня взволнованной улыбкой школьницы, прежде чем выйти за дверь. Затем последовало мое объявление, и я последовала за ней по пятам в огромный круглый зал.

Собравшиеся, в основном придворные, расселись на подушках аккуратными рядами, начиная от самого дальнего края стены. Только дорожка, по которой шли мы с мамой, и площадка шириной в восемь футов посередине были свободны от зевак. В центре четыре ступеньки вели к декоративному столу, на котором стояла позолоченная чашка, украшенная драгоценными камнями. Король Верон стоял рядом со столом, ожидая маму. Я остановилась у подножия лестницы, но осталась стоять, когда мама потянулась через стол с чашей, чтобы взять за руки моего отца.

Толпа, молча, ждала. Луч полуденного солнца струился через окно в потолке на круглое возвышение, освещая отца и маму ярким золотистым светом.

– Я, король Верон из рода Одерфарстов, сегодня вверяю свою жизнью и даже больше, чем жизнь, Фионе Адамс Андервуд, - радостно объявил отец.
– Клянусь солнцем, которое верно светит нам, я буду верен и отдам последнюю каплю воды, чтобы обеспечить ее здоровье и счастье.

Мама просияла.

– Я, Фиона Адамс Андервуд, сегодня вверяю свою жизнь и даже больше, чем жизнь, королю Верону из рода Одерфарстов. Клянусь солнцем, которое светит нам, я буду верна и отдам последнюю каплю воды, чтобы обеспечить его здоровье и счастье.

Верон отпустил мамину руку, чтобы взять чашу. Она сверкнула на солнце, когда он протянул ее ей. Она отпила глоток воды. Золото снова отразилось в свете, когда она протянула ее ему, чтобы он сделал глоток. Затем каждый достал браслет, который они надели друг другу на левое запястье. Раздались радостные возгласы, когда папа и мама взялись за руки, подняли их в воздух и повернулись кругом, чтобы посмотреть на всех. Мне показалось ироничным, что в обществе высшего класса, которое часами надевало сложную одежду и разрисовывало лица, была такая короткая церемония бракосочетания. Придворные начали вставать, но король жестом велел им вернуться на подушки и указал на меня. Я поднялась по лестнице и неловко втиснулась между родителями.

– Сегодня мы с супругой возобновили наш обет, который на самом деле был дан девятнадцать лет назад в очень далекой стране. Я был призван с ее Земли, чтобы служить вам, не имея возможности забрать ее с собой, пока мой ребенок рос в ее утробе. Моя дочь приехала к нам под другим именем, но она сразу же призналась мне в своем истинном происхождении. Она сама не понимала, что означает ее рассказ, но я знал и радовался. Сегодня я представляю вам не только свою супругу, но и мою дочь и наследницу, принцессу Мэри Маргарет Андервуд из рода Одерфарст.

Наступила напряженная тишина, за которой последовали взрывы аплодисментов, когда придворные опомнились. Я вздрогнула, не сообразив раньше, что отец объявит меня наследницей королевства. Что об этом думал Бриоан? Я обыскала взглядом комнату и обнаружила его хлопающим неподалеку с огромной улыбкой на лице, как будто он не мог быть более взволнован.

– Все могут удалиться в Большой зал, чтобы потанцевать и подкрепиться, - сказал отец, по-видимому, не обращая внимания на любые разногласия, которые могли вызвать его заявление. Отец с мамой смотрели друг другу в глаза, и я быстро решила ретироваться, чтобы не быть третьим колесом.

Я увидела, что Бриоан, слегка улыбаясь, смотрит на меня, и направила курс перехвата к его успокаивающему присутствию. Когда я спустилась, его стало труднее разглядеть, тем более что его тут же окружила толпа людей, вероятно, чтобы разузнать о том, что мне было тоже интересно, а именно, как он отнесся к тому, что его вышвырнули из положения наследника.

Моя прогулка к Бриоану была прервана мягкой рукой на плече. Я обернулась и увидела, что Исмаха улыбается мне, ее глаза лучились добротой.

– Я думала, ты больше не путешествуешь, - выпалила я не думая.

Она рассмеялась.

– Для такого события я сделала исключение. После нашего разговора я поняла, что ты представляешь собой нечто экстраординарное. Вскоре после твоего отъезда я медленно двинулась в сторону Исмара, но мне потребовалось гораздо больше времени, чем тебе.

– Спасибо. Все могло бы быть намного хуже для меня, если бы не ты.
– Я крепко ее сжала, обняв. Когда отпустили друг друга, мой взгляд упал на Бриоана.

Она улыбнулась.

– Иди праздновать. Мы еще увидимся.

Всего на четыре шага к цели, и резкий удар в бок отбросил меня в сторону. Я оглянулась, чтобы посмотреть, кто нанес удар.

Авана была одета в кроваво-красное платье с черными шароварами, ее лицо было искусно раскрашено, чтобы подчеркнуть высокие скулы и пухлые красные губы. За те недели, что я отсутствовала, я успела забыть, какой потрясающей она была, но теперь меня снова пронзила тревога. Мне было не понятно, как Бриоан мог любить меня, когда у него могла быть такая красивая девушка. Потом она повернулась, словно впервые заметив меня. Ее глаза сузились в откровенном презрении.