Чтение онлайн

Жизнь становилась восхитительно простой рядом с Хью, и Мэри предалась сиюминутным радостям. Он был прекрасным танцором, они скользили по залу в полном согласии, и, когда Мэри ощутила, что он щекой прижался к ее волосам, она не отстранилась.

Совсем немного людей обедало в морском отеле. Это было самое величественное здание в городе, построенное на каменистом мысу. Они сели у широкого окна и любовались морем, которое в наступающих сумерках стало темно-синим и незаметно сливалось с более светлым небом, имевшим легкий розовый оттенок.

— Давай еще раз пройдемся вдоль берега, прежде чем поедем домой, — предложил Хью.

Прилив мягко полировал округлую прибрежную гальку, промывая под ней песок, разрушая песчаные дворцы и унося апельсиновые корки далеко в Ирландское море. Завтра песок опять будет гладким и чистым. Держась за руки, Мэри и Хью шли по траве выше берега, усыпанного галькой.

Потом Хью остановился, и прежде чем Мэри осознала, что происходит, он обнял ее и его губы прижались к ее губам. Она поняла, что отвечает на его поцелуй.

— Мэри… Дорогая Мэри… — бормотал он, целуя ее.

— Уже поздно, Хью, нам пора домой…

— Если бы ты знала, как часто я мечтал об этом! С самого первого дня там, на мосту. Ты была такой красивой.

— Время отправляться домой. — Мысли ее смешались, и только одно было для нее ясно: она должна вести себя с Хью очень бережно, не должна причинить ему боль… Но и не должна позволить своей нежности к нему обмануть саму себя и заставить ее поверить, что она его любит.

В эту ночь Мэри беспокойно ворочалась в постели и с горечью твердила себе, что была глупой, слепой, тупой идиоткой, раз допустила такое развитие событий. Она должна была видеть, что у него складывается серьезное отношение к ней.

Мэри взбила подушки и попыталась разозлиться на Хью. Какое он имел право говорить о женитьбе? Он еще не получил квалификации, ему только предстоит стать врачом… Ее последняя мысль перед тем, как сон овладел ею, была о том, что завтра она все расставит по своим местам и скажет Хью мягко, но решительно, что не может выйти за него замуж.

На следующее утро она проснулась в девять и была благодарна миссис Тревор за то, что та дала ей выспаться. Наверное, Хью и его отец уже уехали навещать больных.

Часом позже в «Доме у Моста» она застала мистера Моргана на кухне, где он устанавливал металлическую вытяжку над плитой.

— Доброе утро, — бодро приветствовал ее мистер Морган. — Приятно было встретить вас вчера в церкви с вашим молодым человеком.

— С моим… — Мэри вдруг осознала ситуацию. Что она наделала? Неужели для жителей Лланллона посещение церкви с мужчиной-холостяком обязательно свидетельствует о его будущих намерениях? Но, возможно, и факт, что она остановилась у родителей Хью, означает то же самое…

— Как вам понравился пол, который сделал Рубен? — спросил мистер Морган.

— Замечательно! — Так оно и было. Тонкое покрытие не испортило вида каменных плиток, а только придало им мягкий блеск и глубину. — И вытяжка тоже выглядит хорошо.

Мэри расправляла большой половик, когда на порог легла тень. Она подняла голову:

— О, Гвинет. Доброе утро. Заходите.

Гвинет, как всегда, выглядела безукоризненно, и Мэри тут же осознала, что на ее собственных джинсах отпечатались следы всех работ, которыми она занималась. Хорошо, что ее хлопковая рубашка была свежей и чистой. Тут ее внимание привлекла другая фигура, приближавшаяся к дому через мост. Анвен, благослови ее Бог.

Мэри помахала Анвен рукой, затем провела Гвинет в дом.

— Я заварю чай для Морганов, а потом вы, я и Анвен выпьем кофе и поговорим о работе.

— Я думаю, что Анвен лучше пить чай с Морганами, — заметила Гвинет.

Мэри проигнорировала ее слова и отвлеклась, включая электрический чайник и расставляя чашки с блюдцами.

— Войдите! — крикнула она, услышав стук в дверь.

Анвен вошла в кухню, ее яблочные щечки порозовели от ходьбы.

— Доброе утро, Мэри bach [3] . Доброе утро, мисс Рис, — весело приветствовала она. — Похоже, будет горячий денек.

— Будем пить кофе в доме или на улице? Можем сесть на парапет и любоваться рекой.

— Я вынесу табуреты, — предложила Анвен. — Они удобнее, чем старый жесткий парапет.

— Хорошая идея. Не могли бы вы помочь, Гвинет?

Гвинет не ответила на приветствие Анвен и была не слишком довольна, приняв от нее табурет. Она вышла, оставив старшую женщину нести два табурета.

— Чай готов, — сообщила Мэри мистеру Моргану.

Затем она вынесла второй поднос, и они удобно уселись пить кофе.

— Теперь давайте поговорим о работе.

— Да, конечно. Вы хотите, чтобы я организовала обслуживание, верно? — спросила Гвинет.

— Главной официанткой будет Анвен, — твердо объявила Мэри. Она решила с самого начала внести полную ясность. — Если вы захотите помогать ей, мы будем очень рады.

Гвинет промолчала, и Мэри поняла, что она размышляет. Гвинет заставила себя улыбнуться и сказала приятным голосом:

— Да, это, вероятно, будет лучше, раз у нее большой опыт. — Она приветливо обернулась к Анвен: — Надеюсь, вы нам объясните наши обязанности. Кто еще будет с нами работать?

— У тетушки Дайлис есть несколько девушек на примете.

— Итак, у нас осталось только три недели, а нужно сделать и спланировать очень много. Мы будем открываться в десять для утреннего кофе, затем перерыв с двенадцати до трех, а потом с трех до шести — чай.

— А как же ленч? — удивилась Гвинет. — Клиенты будут рассчитывать на ленч.

— Я об этом думала, но мы, видимо, не сможем этого сделать. Во всяком случае, вначале. Чтобы готовить ленч, нужен повар на полный день.

— Кто будет поставлять продукты? — уточнила Гвинет. — Пироги, лепешки и прочее?

— Это буду делать я, — заявила Мэри. — Во всяком случае, вначале. Каждый вечер я буду печь лепешки к утреннему кофе. Это довольно просто. А во время дневного перерыва — печь пироги на вечер.

— А я буду делать bara brith [4] , — предложила Анвен. — Ты помнишь мои bara brith, Мэри bach?

— Как же я могу их забыть! Лучшие bara brith в Уэльсе. Но будешь ли ты успевать, Анвен, дорогая?