Чтение онлайн

Дома у меня всегда было тепло, но, несмотря на это, я стал вести себя как назойливая мама и начал окутывать ее многочисленными одеялами. В гостиной у меня был уютный камин, который придавал атмосферу уюта и душевности.

Все это время она молчала. Сколько раз она плакала за этот день? Я никогда не умел сопереживать людям, но мог поддерживать в состоянии, когда их ничего не беспокоит.

– Я принес теплый чай, обязательно выпей.

– Хорошо.

Наклонившись вперед, я дотронулся до ее плеча и сказал:

– Все будет хорошо.

Она ничего не ответила, лишь взглянула на меня своими глазами, в которых без труда можно было прочитать все ее мысли, всю ее боль. Личность – это отражение воспоминаний, и это легко можно понять по самой Виктории.

Я уже планировал уходить, но она резко схватила меня за руку и попросила наклониться еще раз к ней. Я без лишних вопросов послушался ее, на что она потянулась рукой к моему лицу и стала медленно гладить правую щеку своей ладонью. После этого жеста Виктория одарила меня продолжительным поцелуем в щеку. Этот поцелуй точно был искренним и самым теплым на свете.

– Спасибо. Спасибо тебе за все, Уильям, – прошептала она ласковым голосом, тратя на эту фразу минимальное количество воздуха.

– Никогда не держи все в себе, ни в коем случае! Слышишь? Поделись со мной своей болью, я вытерплю, ты не выдержишь всего в одиночку! – произнес я это каким-то необычным тембром голоса, совсем для меня непривычным.

Мы на мгновение встретились с ней взглядом, и я смог уловить в глазах Вики неподдельное изумление, а затем она опустила глаза в пол и произнесла:

– Уильям, все плохое скоро закончится, – под конец фразы она одарила меня теплой и нежной улыбкой.

***

После такого бурного дня мне тоже нужен был отдых. Я отписался Джону насчет того, что случилось с Викторией. На что мне пришло сообщение от него:

—Джон 22:13

вот это ты герой, Уильям!

я хочу стать твоим Ватсоном.

а? как тебе идея???

—22:15

Неплохая идея, Джон.

Вперед к приключениям?

И я вновь погрузился в дыру своих сновидений, готовясь к новому дню.

Опять это безжизненное дерево, которое еле-еле выдерживает порывы ветра. Хмурое беззащитное древо жизни. Сколько оно стоит тут? Никто точно не знает этого, но я уверен, что очень и очень долго.

Это древо видало многое: события, участниками которого мы никогда не были и не могли бы стать, веселые и грустные моменты, нелепые и непонятные ситуации. Оно как стража наших теплых воспоминаний.

Я сижу под этим деревом, и на мои плечи медленно падают разноцветные листья. Если так пойдет и дальше, то прохожие начнут путать меня с кустом. Это место окружают сплошные болота с красивыми лотосами, которые придают слишком подозрительную атмосферу. Вдалеке за другим деревом я заприметил какой-то странный силуэт.

Хоть контур фигуры человека казался смутно знакомым, отчего складывалась ощущение, что я его определенно уже где-то видел, но все равно невозможно было понять, кто это. Он даже не пытался приблизиться, наоборот, только отдалялся, а потом и вовсе исчез.

***

Я проснулся от какого-то бархатистого запаха. Миновав коридор, я завернул на кухню и увидел там на столе кружку с еще теплым кофе, от которого и шел этот чудесный аромат. Я вспомнил, что помимо меня дома была еще Виктория.

– Виктория, где ты?

Но никто не отвечал.

– Виктория?

Пройдясь по всем комнатам, я понял, что ее нигде нет. После пары моих смсок она ответила, что ушла по делам. Я, конечно, за нее переживал, но все же на душе было чуть спокойнее оттого, что я считал, что наш с ней разговор вчера помог ей хоть чем-то.

***

На улице опять был мерзкий дождь, настолько мерзкий, что казалось, будто он медленно съедает кожу, но на самом деле это было не так.

В этот раз я пошел вместе с Джоном. Я ему рассказал последние новости про Викторию, на что он лишь промолчал.

Мы проходили мимо парка, того самого, где мы все раньше весело проводили время. В голову дала обидная ностальгия, эх…

Иногда мы не ценим время, точнее, мы его совсем не ценим. Для нас одна минута – это вообще не время, но сколько же всего на самом деле происходит за эту минуту? Кто-то празднует день рождения, рождение дочери или сына, свадьбу.

Но с другой стороны, что происходит с другими людьми за эту минуту? Абсолютная пустота, то есть ничего.

– Уильям, Уильям!

– А-а-а, что?

– Все ясно, ты меня опять не слушаешь!

– А про что ты говорил?

– Про футбол! В общем, там одна коман…

На чем я остановился? Жизнь действительно сурова, мы никогда не ценим того, что имеем, ту ласковость, нежность с нашим любимым человеком и тех родных, которые окружают нас и заставляют думать о том, что все хорошо, а дальше будет еще лучше!

– Да, – я сам не понял, зачем сказал это, наверное, чтобы хоть как-то дать знак Джону, что я его слушаю.

– Что «да»? Господи, Уильям, Я ТЕБЯ СЕЙЧАС УБЬЮ!

В итоге мы побегали по этому парку, как и тогда, когда я позаимствовал у Джона его самокат, а он меня пытался догнать. Золотые времена.

Как только промокший Джон окончательно осознал, что не в силах меня догнать, он отдышался и сказал:

– Когда-нибудь я точно тебя догоню!

– Когда-нибудь точно, Джон. А сейчас нам бы не помешало опять ускориться, а то мы опаздываем в школу.

– Ну, побежали!

И мы вместе помчались под одним зонтом по улицам города, весело шлепая по лужам, несколько раз окропив брызгами оказавшихся поблизости сонных зевак. Мы были похожи на грабителей, которые сорвали куш и под светом вертолета бежали куда глаза глядят.

Мой телефон запищал, сообщая о том, что пришло сообщение, и мне пришлось постараться, чтобы достать его и при этом не отстать от Джона. Впопыхах разблокировав телефон, я еле-еле смог прочесть, что там написано, а главное – от кого. В… Ви… Виктория?