Чтение онлайн

На ней было красивое и длинное (до пола) платье голубого цвета с открытой спиной, а вырез у него имелся — о, боже, ниже талии! Спереди тоже имелся глубокий вырез. Этот наряд был чрезвычайно провокационен. Он открывал похотливому мужскому взору превосходную практически оголенную грудь, прекрасные оголенные плечи и прекрасную оголенную спину. Образ роковой женщины дополнял томный ласкающий взгляд, чарующая кокетливая улыбка, красивый макияж, красивая прическа и красивые золотые украшения. Какой мужчина устоит перед такой красавицей?!

Ветреный Казанова — Густав — даже и не догадывается, что на этот раз он сам — жертва, или перефразируя иначе — загнанный в ловушку зверь, а Вера — охотник по его душу.

— Ты прекрасна, Вера! — восхищенно воскликнул мужчина, взял ее за руку и поцеловал.

Она благосклонно взглянула на него, притворно улыбнулась, а про себя подумала:

«Вот сволочь! Его жена сейчас и не догадывается, что ее муж изменяет ей с другой женщиной. Думает, что он на деловых переговорах. Наивная дурочка! Все мужчины — обманщики и лгуны. Интересно, с каким количеством женщин он переспал, находясь в законном браке? Но недолго тебе развлекаться на стороне, красавчик Густав, сегодня твой последний день жизни. И твоя красота будет навечно принадлежать мне. Ты будешь моим… уже скоро…»

Густав не отпускал ее руки и принялся любоваться ими.

— Какие у вас чудные и манящие пальчики.

— Вам нравятся?

— Очень…

Он поцеловал ее средний палец — Вера вздрогнула… Густав стал перебирать ее пальцы, мягко теребить, нежно поглаживать, целовать — Вера притворно закрыла глаза: будто ей это ласка доставляла удовольствие. Он стал покрывать поцелуями ее чудесную бархатную ручку, поднимаясь все выше и выше… Локоток… предплечье… плечо… И вот ее ласковые трепетные губы. И страстный и продолжительный поцелуй… А дальше последовала страстная и бурная ночь.

Под утро Вера принесла откупоренную бутылку вина и два уже наполненные бокала в спальню.

— Густав, сейчас будем пить вино, а затем продолжим наш телесный разговор.

— С удовольствием, моя любовь! — взял бокал Диметреску.

Ренци на всякий случай спросила:

— А твоя драгоценная и ревнивая женушка не будет тебя искать? Ведь ты не ночевал дома?

— Скажу ей, что меня послали в срочную командировку в Галац. Она поверит. Мне не раз таким способом удавалась ее провести. Тем более мой начальник — мой лучший друг и всегда прикроет. Алиби мое обеспечено на сто один процент. Шеф сам отчаянный ловелас, хотя ему уже под семьдесят. Правда, надо не забыть позвонить ему и предупредить об этом. Но это потом.

— Ну, тогда… — Вера подняла бокал и сказала. — За нашу любовь, Густав!

— За любовь! — воскликнул ухажер и тоже поднял бокал.

Сосуды соприкоснулись — и хрусталь чудесно и красиво зазвенел в честь здравицы. Густав выпил, а Вера лишь пригубила вино. «Охотница» затаилась и напряглась. Она с неописуемым волнением и вожделением готовилась к финалу спектакля… Сейчас все случится! Повелитель ядов — мышьяк продемонстрирует свою убойную силу. Он ни разу не подводил Веру. Верится, что и на этот раз все будет замечательно. Отравительница с интересом наблюдала за Густавом. Итак, токсин попал внутрь организма. Что дальше?..

Лицо мужчины вдруг сморщилось от неприятного ощущения: мышьяк стал действовать на стенки желудка. Густав сморщился еще сильнее, появилась колющая боль в животе. Затем появилась боль резкая и сильная: это желудок начал кровоточить. Яд все глубже и глубже проникал в организм. И вот боли участились и стали невыносимы. Иммунная защита организма уже была не в силах сопротивляться мощной токсичной атаке. Густав, держась за живот, сполз на пол.

А Вера окровенено издевалась над судорожно дергающейся жертвой:

— Ты меня никогда не покинешь, Густав? Отвечай, что ты молчишь? Тебе больно, мой котенок? Но потерпи немного, скоро боль уйдет, и ты будешь моим свеженьким сувениром на память.

Мужчина силился что-то сказать, но не мог: он корчился от сильных болей. Вскоре наступил и паралич дыхательных путей, и жертва затихла. А хозяйка, рассматривая и любуясь мертвым красавчиком, получила долгожданную психическую разрядку. Потом она склонилась над трупом и погладила его по щеке и волосам.

— Мой любимый Густав, теперь ты меня никогда не покинешь.

…Как всегда, Вера поздно вечером заказала очередной цинковый гроб, но она еще не знала, что этот гроб будет последним в ее жизни.

…На пятый день в особняк ворвалась Юдит с милицией.

— Где мой муж Густав Диметреску! Я видела, что он заходил сюда! — набросилась на Веру обманутая жена.

— Какой Густав, не знаю я никакого Густава, — начала отпираться мадам Ренци. — Что вы себе позволяете, женщина!

— Не лги, мерзавка, я следила за ним и прекрасно видела, как он пять дней назад вошел сюда.

— А, это был твой муж, — иронично начала Ренци. — Да я переспала с ним одну ночь, а утром он ушел от меня. Куда? Не знаю. Может, к другой женщине.

— Врешь, он здесь, я уверена!

— Да нет его здесь, обыщите.

— Я чувствую, он здесь!

— Прочь из моего дома, истеричка! Правильно, что тебя не любит муж и изменяет. Жить с такой неприглядной ведьмой да еще страшно несексуальной — это наказание свыше!

— Ах, ты подлая! — не выдержала колких слов соперницы мадам Диметреску.

Они чуть не вцепились друг другу в горло, но милиционеры вовремя разняли их. Вера думала, что стражи порядка воспримут все происходящее как банальную разборку обманутой жены с любовницей мужа, отвлекутся, посмеются и уйдут, но те не ушли. Юдит настаивала на обыске дома Ренци.

Милиционеры для отвода глаз обыскали дом Веры Ренци и к своему ужасу в винном погребе нашли тридцать два(!) цинковых гроба, в каждом из которых лежал мужской труп. Веру тут же арестовали, и она сразу призналась в том, что отравила этих мужчин мышьяком. Призналась Вера и в убийстве двоих своих мужей и сына. Она ничего не скрывала.

Это была сенсация века! Даже у судей и следователей, повидавших всякого на своем веку, волосы вставали дыбом от Вериных рассказов. Надо же такое учудить! Забальзамированные трупы в гробах — музей смерти да и только! Плюс ее ненормальное поведение: диалоги с мертвыми, созерцания трупов, извращенные забавы с ними, убийства без видимых мотивов, просто так ради удовлетворения своей воспаленной бредовыми идеями психики.

Вера была признана виновной в тридцати двух убийствах и приговорена к пожизненному заключению.