Чтение онлайн

И вот спустя два года….

Ференц и Сабо сидели в глубокой задумчивости…

Наконец, Сабо нарушил тишину.

— Как же ее «расколоть» эту чертову маньячку, чтобы не было излишнего шума?

— Без излишнего шума не получится, — возразил Ференц.

— Может, применить изощренные пытки, а потом быстренько похоронить. Все равно у нее нет родственников. Никто к ней не приходил за все время. Кому нужна маньячка и убийца. И журналисты давно о ней забыли.

— А если она во время допроса умрет, не дай бог. Откуда мы тогда узнаем тайну ее сокровищ?

— Пожалуй, она может.

— Вот поэтому нам нужно исключить любую случайность, слишком лакомый кусок нам светит… поверь, очень приочень жирный… Я вот что думаю… Необходимо найти этого Никки и заодно ее сына. Помнишь, два года назад приходило письмо на ее имя от какого-то… Николы, точно Николы… Я тогда удивился, кто это мог написать ей. Ведь ей столько лет никто не писал. А что если это он! Я печенкой чувствую, это — он!

— Почему бы и нег?

— Возможно, она до сих пор хранит это письмо? Недаром она все уши прожужжала ныне покойной Марте Мольнар об этом Никке. И это будет великое счастье, если она сберегла эпистолу. Конверт с адресом и будет той тоненькой ниточкой, которая поможет нам распутать этот сложный клубок под названием «Сокровища маньячки»… Надо под благовидным предлогом убрать Ренци из камеры и произвести обыск. Ты спец, Сабо — тебе и карты в руки! Давай, действуй!

— Будет сделано, шеф! — азартно и с великой охотой отозвался начальник оперчасти.

Сабо распорядился, чтобы Веру вывели на прогулку, а сам стал рыться в вещах и постели заключенной. Вскоре опытный специалист по досмотрам нашел письмо в наволочке и сразу побежал докладывать Ференцу.

— Удача, шеф! Судьба нам благоволит! — радостно воскликнул Сабо — Нашел я это злосчастное письмо и запомнил адрес.

— Ну!

— Никола Ракитич. Югославия, город Ниш, улица Обреновичева, семнадцать.

— Отлично. Вот он наш ключик от сундучка с сокровищами! За это грех не выпить…

Ференц открыл сейф, достал оттуда порезанный лимон и начатую бутылку импортного дорогого коньяка, который ему подарили в качестве взятки родственники одного из заключенных, и поставил на стол. А из шкафчика возле сейфа Ференц достал два граненых советских стакана… Налил в них ароматную янтарную жидкость до краев и возбужденно потер руки.

— Ну, дорогой Имре, бери стакан, закуску и тяпнем грамм по двести за удачу! Она нам отнюдь не помешает!

— Это точно, Йозеф! — радостно воскликнул Сабо и взял в руки стакан.

Они чокнулись и выпили. Ференц вытер усы и сказал:

— Я уже придумал одну интересную тему…

— Ну…

— Напишем Никки от имени Ренци письмо, чтобы он приехал к ней на свидание.

— Отлично, придумано!.. Но мы не знаем ее почерк.

— За столько лет этот Никки уже забыл, как выглядят ее каракули. Да и писала ли она ему когда-то письма? Они, по-моему, виделись короткое время, а потом расстались.

— И то верно…

Вечером Ференц с помощью Сабо написал письмо такого содержания:

Дорогой Никки, случайно узнала, где ты сейчас живешь и хотела бы, чтобы ты приехал меня навестить. Я больна, мне нужны лекарства. Я всегда помнила о тебе и нашем сыне.

Твоя Вера.

— Как ты думаешь, мой верный друг, сработает? — спросил у Сабо Ференц.

Начальник оперчасти невозмутимо ответил:

— Думаю, что да!

— Тогда давай снова выпьем за госпожу удачу!

— Не возражаю, шеф!..

Ференц снова полез в сейф за коньяком.

…Когда Никола получил письмо от «Ренци», то очень обрадовался: все-таки Вера вспомнила о нем! А ведь прошло столько лет! Но как она его отыскала? А впрочем, какая разница? Главное, что он через столько времени увидит ее снова! Ну и пусть, что она для всех будет кровожадной и сумасшедшей убийцей, для него она навсегда останется светловолосой милашкой Верочкой из города Беркерекул, которую он так сильно любил.

Хлопнула входная дверь и Никола оторвался от письма: это пришел его внук Драган со школы. Когда юноша заглянул на кухню, Ракитич заметил под его глазом свежий синяк.

— Кто это тебя так, Драган? — спросил дед у внука.

— А-а, Коста Лазаревич нечаянно попал, — отмахнулся Драган. — Но ему больше досталось. И двум его друзьям. Я их всех повалил на землю. А Косту еще и попинал немного. У него вся рожа в крови. Так им и надо!

— А за что ты их побил?

— Это гаденыш Коста обозвал меня «голодранцем». Причем при девчонках. Среди них были Милена и Снежана, которые мне очень нравиться. Вот я и поддал этому буржую. А те его «шестерки» вступились за него — вот я и им накостылял.

Никола укоризненно покачал головой.

— За то, что отстоял свою честь — молодец. А вот с другой стороны… мог бы и не связываться… с этим… Костой. Проблемы нам ни к чему. У него папа важная шишка. Он, кажется, заместитель ректора нашего университета. А что если его сынок напишет заявление в милицию? Они снимут с него побои, и тебя, дорогой внучек, засадят за решетку, на малолетку.

— Не напишет. А если напишет, вообще прибью! Ненавижу сынков богатеньких отцов, — бурно отреагировал на слова деда Драган.

— Ладно, успокойся… Я сам был такой… И отец твой тоже. Вся наша родня такая. Всегда за справедливость стояли. Хоть и дыра в кармане была, но за честь свою стояли. Я когда в Констанце грузчиком работал, частенько дрался. Немало нахалов, забияк, подлецов и хвастунов я поколотил. До сих пор слава обо мне как о самом лучшем бойце в порту ходит.

— Тогда, дед, расскажи, как ты там расправлялся с обидчиками? Что за приемы использовал? Из бокса, борьбы? Очень интересно будет послушать.

Никола расцвел от удовольствия: он любил вспоминать на досуге свои боевые подвиги.

— Хорошо, Драган, сейчас покушаем, и я тебе все расскажу… И выпью я грамм двести пятьдесят советской водочки.

— Это в честь чего, дед?

— Потом расскажу, внучок, в честь чего.

— Потом так потом… — Драган заметил конверт на столе и спросил. — А это письмо от кого?

— От кого надо, внучок. После о нем тебе поведаю.

— Ладно!

И внук с дедом сели за стол обедать.

…Через неделю Ракитич прибыл в Бухарест в Центральную тюрьму, и тогда в кабинете начальника тюрьмы раздался телефонный звонок от дежурного.