Чтение онлайн

— Эль, ты же девушка! Вот объясни мне, почему ты вышиваешь хуже, чем я? Хотя тебя пытались этому научить, а я держу в руках иголку первый раз в жизни.

— Может быть, у тебя талант? — невинно захлопала ресничками я.

Высочество недовольно зашипел.

— Да ладно тебе, Шай. Я буду тебе помогать, когда устанешь… — решила взбодрить младшего Фэйтгарда.

— Лучше не надо, — оскалился он. — Боюсь, тебе нельзя доверить даже инициалы.

Кинула в подставную Феррен подушкой.

— Ну и сиди здесь один до послезавтра, белошвейка! — показала Высочеству язык и гордо направилась к выходу из покоев.

Подушка врезалась в меня немного ниже спины.

Повернулась к ухмыляющемуся Шехаю и оскалилась в ответ. Магией обрезала платье чуть выше колен, сделала по бокам два провокационных разреза до середины бедра и скинула туфли.

— Готовься к наказанию, крошка Ри, — промурлыкала, воздушной стихией ухватив ближайшие подушки.

— М-м-м, сестричка, мой братец на тебя плохо влияет, — пошленько подвигал бровями Шай и, вооружившись думочкой, босиком вскочил на диван. — Вызов принят!

***

Через полчаса боёв подушками гостиная и спальня превратились в… м-м-м… курятник? А я и не менее довольный Шехай развалились на кровати, покрытой толстым слоем пуха и перьев, и обдумывали эскиз будущей вышивки для Хаартгарда, как вдруг предупреждающе всколыхнулась знакомая тьма, а через несколько мгновений в гостиной материализовался сам герцог и, постучав по приоткрытой двери спальни, но не став ждать ответа, вошёл.

К счастью, Шехай уже прекрасно контролирует личину Шэримы Феррен, и потому времени для экстренной проверки обличья ему хватило.

Шэр же, окинув нас ничего не выражающим взглядом тёмно-голубых — и с каждым мгновением всё больше чернеющих — глаз, попросил «леди Феррен» нас оставить.

И этот… предатель действительно вышел! Дав нам пять минут на «решение личных вопросов». Пф-ф-ф! Очень смешно!

Стоило Шаю удалиться в гостиную, как тьма захлопнула дверь спальни, а Шэр, подхватив меня на руки, перенёс нас в другую спальню. В съёмной квартире. И впился требовательным поцелуем в мои губы.

Ответила. Некоторым Темнейшествам — не будем показывать пальцем — и вправду проще дать, чем объяснить, почему нельзя.

Но на головокружительном поцелуе я планировала аттракцион неслыханной щедрости и закончить. В надежде, что отсутствие сопротивления на поцелуй благотворно повлияет на собственнический инстинкт метаморфа.

Ошиблась.

Демон уложил меня на кровать и… порвал платье! От выреза на груди и до самого подола. Одним движением.

Я шокировано уставилась на любовника.

Слова сами сорвались с языка:

— Хаартгард, у тебя всё в порядке?

— Лучше не бывает, — оскалился мужчина и взялся за кружевное бельё.

Его постигла та же участь, что и платье.

Только освободив меня от обрывков одежды, избавив от всех украшений, кроме моего скрытого кровной магией — и потому незаметного — артефакта, расплетя косу и придав волосам естественный вид, Шэйтар успокоился.

И вот лежу я обнажённая на постели, кругом стелется чужая хищная тьма, а глава безопасников Фэйтгарда сидит рядом и просто смотрит на меня. Внимательно. Не мигая. В абсолютной тишине.

Бр-р-р! Страшно.

И только медленно светлеющие голубые глаза позволяют удержать в себе крик ужаса и не скатиться в подступающую истерику.

Уж лучше бы мы решали «личные вопросы» проверенным способом, чем так… жутенько. Бр-р-р!

— Боишься меня? — тихо спрашивает Хаартгард.

Вздрогнув от неожиданности, киваю.

— Зря. Я так успокаиваюсь, — герцог протянул ко мне руку и нежно коснулся щеки ледяными пальцами.

Дёрнулась.

Тёмный архимаг прикрыл глаза и, отодвинувшись, глубоко задышал.

Наверняка понял неправильно.

Села. Дотронулась до его сжатой в кулак ладони, лежащей поверх покрывала. Обеими руками оплела её и, поднеся к своим губам, попыталась согреть собственным дыханием.

Шэйтар открыл глаза и вновь уставился на меня. С недоумением.

— Твои пальцы ледяные. Поэтому я дёрнулась. Прости, — коротко поцеловала костяшки и продолжила растирать потеплевший кулак руками и согревать дыханием.

Мужчина судорожно вздохнул и перетянул меня к себе на колени.

— Эли, — с какой-то сумасшедшей надеждой прошептал Шэр, целуя меня в висок и крепче прижимая к себе за талию согретой мною рукой. Другой он принялся нежно перебирать мои длинные волосы.

Я же просто тихонько сидела, стараясь не шевелиться и лишний раз не дышать, и пыталась понять, что происходит. Не получалось.

Шэр сам не свой. Явно произошло нечто такое, что выбило его из колеи. И он решил успокоиться столь странным образом. Кто их знает, этих тёмных? Вдруг для них подобный метод является нормой? Но почему именно мне выпала сомнительная честь побыть любимым плюшевым зайкой?

Хотя это-то и понятно. Почти две последние недели герцог Хаартгард провёл в моей компании. И общение наше было… кхм… тесным, интимным и, по большому счёту, весьма приятным. Более чем.

— Эли, — потеплевшие ладони обхватили моё лицо и приподняли. Теперь я смотрела прямо в тёмно-голубые глаза, на самом дне которых притаилась тьма. — Маленькая, скажи, что ты принадлежишь мне. Прошу…

И столько мольбы в ласковом голосе, столько надежды…

— Нет, — тихо ответила я и прикрыла веки, на корню задушив в себе сострадание и непонятно откуда взявшуюся щемящую нежность, червячком сомнения проникнувшую в сердце.

Ой, что сейчас будет…

Но я не стану врать ему.

Да, Шэр интересный собеседник, отличный начальник, потрясающий любовник… возможно, и друг неплохой… но любимый?

Нет. Я не испытываю любви по отношению к этому мужчине. Восхищение, уважение, желание, страсть, интерес, иногда даже нежность — да. Но любовь?

Наверное, я бессердечная, бездушная… Возможно, стоило бы ответить «да»?

Но зачем обманывать саму себя?

Это не приведёт ни к чему хорошему.

Собравшись с силами, вновь заглянула в глаза Шэйтару. Светло-голубые. Ледяные. Прекрасные, но будто бы совершенно чужие.

И сердце внезапно сжалось от боли.

Столь неожиданно сильной, что показалось, будто больше невозможно дышать.

Нет, только не слёзы!

Крепко обхватив пальцами запястья Шэра, высвободила из его ладоней своё лицо и, быстро вскочив с колен любовника, отвернулась, прикрыв веки.