Чтение онлайн

Когда от теплой воды её ощутимо начало клонить в сон, Ира вылезла из ванны, вытащила пробку, насухо вытерлась и, облачившись в ночную рубашку, решила всё-таки почистить перед сном зубы, хотя глаза откровенно слипались. Не то чтобы она вот прямо не смогла бы уснуть с нечищеными зубами, но мысль о том, что этот мутный мужик мог ведь её и целовать, мало ли, что она этого не помнит, оказалась настолько неприятной, что рот настоятельно хотелось продезинфицировать. Сероватый зубной порошок пах мелом, как тот, которым когда-то, страшно даже себе представить, насколько давно, пользовался её дедушка, предпочитавший его зубным пастам даже тогда, когда они перестали быть дефицитом. Этот запах из детства неожиданно успокоил Иру, доведшую себя бесплодными размышлениями уже практически до нервной трясучки. Так что уснула она чуть ли не раньше, чем её голова коснулась подушки, пахнувшей смесью лаванды, лимона и еще чего-то, Ире незнакомого.

***

И приснилось ей, что она и в самом деле Ирту, Иртуринья Карантес, старшая дочь в семье младшего мага-письмоводителя мэрии города Крэпускулу Эрсана Карантеса.

Несмотря на скромное наименование, должность младшего письмоводителя мэрии была весьма престижной, а чтобы её занять, требовались не только абсолютная грамотность и идеальный почерк, но и магические способности, хотя бы минимальные. Они были необходимы потому, что письмоводители заверяли официальные документы специальными магическими печатями, которые увидеть мог любой, а вот активировать и проставить – только маг.

У Эрсана Карантеса магические способности были, что позволило ему закончить магическое училище и получить специальность мага-письмоводителя, причем на бесплатной основе. К сожалению, для бесплатного обучения в магической академии уровня магии у Эрсана не хватило, а для платного у небогатой деревенской семьи не было денег. Но всё равно полученный диплом открыл перед юным магом головокружительные перспективы, ведь по окончании обучения он получил работу в городе. И пусть Крэпускулу был совсем небольшим, да и начинал парень отнюдь не со спокойной работы в мэрии, а с хлопотной должности в полицейском участке, где ему приходилось мотаться по всей округе, составляя и заверяя протоколы осмотров мест различных происшествий, а то и преступлений, но всё равно – город есть город. Дома с водопроводом и канализацией, на улицах – брилювовые фонари и чистые тротуары, симпатичные девушки в изящных платьицах. Красота!

Однако же ухаживать за городскими штучками Эрсан не стал, а, получив место и сняв небольшую, но приличную квартирку, сделал предложение Нилде Геркадо из родной деревни Абирэу. Конечно, раньше Эрсан к такой красотке как Нилда, да еще и травнице, пусть и не имевшей ни магического дара, ни специального образования, и близко подойти побоялся бы. Но это Эрсан – деревенский парень побоялся бы, а вот Эрсан – городской житель с приличной работой, живший в квартире, где была даже горячая вода, был завидным женихом для любой деревенской девчонки. И пусть Нилда была старше Эрсана, которому только-только сравнялось восемнадцать, на целых три года, это не имело никакого значения. Невеста была красивой, здоровой и хозяйственной, а что еще нужно мужчине, который хочет создать крепкую семью?

Нилда, надо заметить, характер имела непростой, поэтому и засиделась в девках по деревенским меркам неприлично долго. Вот и Эрсану она, когда тот заявился со своим сватовством, прямо рубанула, что выйти замуж за такого перспективного парня она, пожалуй, согласится, вот только девушка она темпераментная, поэтому подобающей для юной девы чистоты уже давно не хранит, а если Эрсана это не устраивает, то, значит, не судьба. И пусть даже не думает врать, ведь в тот приятно пахнувший лесными ягодами чай, который Эрсан только что выпил, она добавила вердажи – травы, вызывающей пусть и недолгое, но неудержимое желание говорить одну только правду.

Прислушавшись к себе, Эрсан уверенно заявил, что это обстоятельство его нисколько не смущает, если, конечно, такая темпераментная особа не против связать свою жизнь с парнем, у которого подобного опыта до сегодняшнего дня не было вовсе. Трудно сказать, кто удивился такому ответу больше – Нилда, ожидавшая, что вчерашний молокосос стушуется и уйдет несолоно хлебавши, или сам Эрсан, внезапно осознавший, что столь лелеемая в деревнях девичья добродетель не имеет для него никакого значения, во всяком случае, если речь идет о Нилде.

Со временем история о сватовстве Эрсана превратилась в семейную легенду, которую Нилда охотно рассказывала детям, поскольку была глубоко убеждена, что стыдливость в интимных вопросах неуместна.

Как бы там ни было, свадьба состоялась, и молодая семья обустроилась в Крэпускулу, где Нилду сразу же охотно взял на работу местный аптекарь неор Панейра, на которого она трудилась и по сей день, просто уже не в лаборатории при аптеке, а в свой собственной, чтобы успевать следить за детьми и управляться по хозяйству.

Несмотря на такое нестандартное сватовство, а может быть, даже и благодаря ему, семейная жизнь Эрсана и Нилды с первых дней складывалась весьма гармонично. Да, супруги не пылали взаимной страстью, но относились друг к другу очень тепло и бережно. Любовь ли это, они, будучи людьми простыми и практичными, честно говоря, даже не задумывались, ведь если всё идет хорошо, стоит ли беспокоиться о том, как это правильно назвать? И сколько бы ни брызгали ядом деревенские, а за ними и городские сплетницы, Эрсан и Нилда хранили взаимную верность и поддерживали друг друга во всем.

Карьера Эрсана складывалась удачно, да и сотрудничество Нилды с неором Панейрой оказалось очень плодотворным, поскольку весьма прогрессивно мыслящий для крошечного Крэпускулу аптекарь не только честно оплачивал её труд, но и всегда охотно позволял ей изучать новые рецепты, которые разыскивал при любой возможности. Так что сначала Карантесы переехали из однокомнатной квартирки в просторную двухкомнатную, потом – в трехкомнатную, а после того, как Эрсана взяли на работу в мэрию, – и вовсе в пятикомнатную, с тремя большими спальнями, просторной гостиной, лабораторией для Нилды и прекрасно оборудованной кухней.

Так что пользоваться ванной Ирту, безусловно, умела. И плитой, также как и освещение, работавшей на брилюве, особом магическом веществе, которое в зависимости от способа активации могло либо быстро нагреваться, либо светиться, не выделяя тепла.

Сколько себя помнила, Ирту мечтала быть травницей, как её мать. С пяти лет она охотно помогала маме работать с травами и проявляла такой энтузиазм и такое старание, что не прошло и недели с момента её первого появления в аптеке неора Панейры, который от того, что Нилда притащила на работу маленького ребенка, мягко говоря, не испытал никакого восторга, как неор аптекарь сам с удовольствием начал заниматься с Ирту, объясняя ей свойства трав и правила их заготовки. Так что не было ничего удивительного в том, что к четырнадцати годам Ирту умела готовить все зелья, которые знала её мать, и делала это так хорошо, что родители начали копить деньги на то, чтобы оплатить дочери обучение в училище травоведения. Конечно, если бы у Ирту была хоть капелька магии, она могла бы выучиться на мага-травника бесплатно, но магии у девочки не было совсем, так что она могла стать только обычным травником, но и с таким дипломом можно было очень хорошо устроиться в жизни, даже получить лицензию на открытие собственной аптеки, как неор Панейра. Конечно, не в Крэпускулу, для такого маленького города и одной аптеки было достаточно, но например, в Нуэво или в Тарджи, которые были побольше, – вполне.

Кому-то могло бы показаться странным, что молоденькая девочка мечтает о собственной аптеке, а не о любви, но на самом деле ничего удивительного в этом не было. И дело было не только в том, что травоведение Ирту обожала, но и в том, что она очень рано поняла, что внешностью её боги, прямо скажем, обделили. Старшая дочь Карантесов была совсем не похожа на свою мать. Вот их младшенькая, Варму, та да, та была просто картинка. А Ирту – так, ничего особенного. Не уродина, конечно, но пройдешь мимо и не заметишь. А при таких внешних данных, чтобы привлечь приличных женихов, нужно либо большое приданое, либо хорошая профессия, дающая стабильный доход.