Чтение онлайн

Все, больше никаких дегустаций – следовало блюсти протокол. Хотя, конечно, очень хотелось попробовать голубую халву, которую уплетал шейх.

– По воле Всевышнего вместе с вами мы контролируем серьезную часть евразийского материка, – продолжал шейх. – Если мы выступим общим фронтом, нам будет гораздо легче вести переговоры о новых тарифах на имплант-трансляцию…

– Я тоже размышлял об этом, – сказал кукуратор, – но здесь возникает вопрос… Как бы выразиться, имиджа… Ведь идет война. Если мы вдруг объединим усилия в такой чувствительной области, ваши и мои враги смогут использовать это в пропаганде.

– Вопрос легко решается. Следует создать внешнюю для вас и меня структуру где-нибудь на нейтральной территории, в Венесуэле или Бразилии. Или на островах. Нужен серьезный и уважаемый посредник, акции которого мы негласно поделим пополам. Не прямо, конечно, а через фонды, бенефиции, других посредников и так далее. Эта структура будет работать с шайтаном от своего собственного имени, но проводить согласованную с нами политику…

– Так, так… Интересно.

– Внешне все будет выглядеть более чем пристойно. Крупный мировой трейдер, к услугам которого прибегают самые разные клиенты… Для полного лоска пустим в схему каких-нибудь африканских президентов, американских племенных вождей и мелких акционеров. Никакого экономического риска, а имиджевый уйдет. У нас с вами и так есть доли в одних и тех же портфелях, и что? Мир слишком тесен, чтобы избежать подобного.

– Свежая и сильная идея, – сказал кукуратор. – И как вы планируете поднять тарифы?

– Минимум десять процентов. Может быть, даже пятнадцать.

– Насколько я представляю ситуацию, – сказал кукуратор, – шайтан согласится на такой рост, только если мы будем готовы серьезно увеличить объем трансляции. Или изменить зональность. А у меня зональность уже на пределе. Отступать некуда – за спиной только Кремль.

– Так давайте увеличим объем, – пожал плечами шейх. – Но вместе и на максимально выгодных условиях. Если сделать это одновременно, не будет вообще никаких кривотолков. Все решат, что изменения идут от самого «Открытого Мозга». Я имею в виду, от шайтана. Синхронность наших действий важнее всего.

– Вы убедили мой ум и усладили сердце, – сказал кукуратор. – Поддерживаю вашу идею полностью.

– Радостно вести дело с мудрым оппонентом, понимающим все с полуслова.

– Я сам хотел в скором времени поднять эту тему, – признался кукуратор, – но не знал как. Вы меня опередили. А предложенное вами решение чрезвычайно разумно.

– Значит, – сказал шейх, – мы договорились.

– Да. Детали оставим помощникам.

– Еще какие-нибудь вопросы?

– Мелочи, – ответил кукуратор. – Жалуются на ваших хакеров. Они сгружают шахид-программы холопам на имплант. Спалили несколько усадеб в Сибири. Вы про это слышали?

Шейх стукнул себя по перстню и сделал кукуратору знак отвернуться. Через минуту светящаяся сфера погасла.

– Я не занимаюсь этим сам, – сказал шейх. – Но это, как я понял, не наша инициатива, а подряд, взятый нашими кибервоинами у «Ивана-да-Марьи».

– Подряд?

– Ну да, – ответил шейх. – У них проблема с пиратскими программами для холопов. Вернее… У «Ивана-да-Марьи» есть программное обеспечение, поставляемое как был третьими лицами помимо техпротокола. Это серый бизнес, он приносит серьезный доход, и они всем платят, конечно. Но работать легально на этом рынке они не могут. Их хелперы сертифицированы только для сельхоз…

– Знаю, – сказал кукуратор. – Это согласовано. Неужели «Иван-да-Марья» платит вашим хакерам за то, что те создают проблемы?

– Мы не создаем проблем для «Ивана-да-Марьи». Мы их решаем.

– Каким образом?

– Кроме «Ивана-да-Марьи», на рынке работают пираты. Пользуются тем, что эта часть бизнеса находится в серой зоне. Пираты ведут серьезный демпинг. Наши кибершахиды работают исключительно по пиратским программам, создавая им плохую репутацию – и, насколько я знаю, в «Иван-да-Марье» очень этим сотрудничеством довольны. Но я понимаю, что в новостях это может выглядеть некрасиво…

– Ага, – сказал кукуратор, – теперь понятно. Значит, мне неверно доложили.

– Мы же договорились не вмешиваться в бизнес-вопросы, – сказал шейх Ахмад. – Пусть наши дети сотрудничают где можно к взаимной выгоде.

– Пункт снят, – кивнул кукуратор.

– Тогда закончим на сегодня с делами, не возражаете?

– Как вам будет угодно, почтенный имам.

Шейх Ахмад трижды хлопнул в ладоши. Сфера из голубых искр погасла. Он хлопнул в ладоши еще раз, и погасла сфера с арабскими письменами. Вместе с ней исчез поднос с угощением.

Кукуратор поднял глаза. В небе над жемчужной скамейкой все так же текли две небесные реки – белая и красная. Молочная заворачивала к луне, винная к солнцу…

– На вашем небе нет Гольденштерна, – заметил кукуратор.

– Только здесь, – вздохнул шейх, – внизу он, увы, есть. Девочки смущаются… Кстати, насчет девочек – они очень хотят заполучить вас в гости, чтобы послушать про вашу революцию… Особенно им интересно знаете что?

– Что? – улыбнулся кукуратор.

– Как вы лично расстреляли из нагана последних Михалковых-Ашкеназов. Целя каждому клону в голову, чтобы контрреволюция не ушла в банки… Скажите, а правда это был тот самый наган, из которого покойный государь стрелял ворон и кошек?

– Правда, – улыбнулся кукуратор.

– А почему вы так поступили? Какая-то личная обида? Или отомстили за кисок?

– Нет, – ответил кукуратор, – тут другое. У Михалковых была одна династическая привилегия – бить сердомолов туфлей в лицо. «Jus tabernus», если не ошибаюсь. В общем, такая феодальная архаика. Они слишком уж этим злоупотребляли. Эпоха изменилась, а они не поняли. Из-за этого, собственно, все и началось… И с наганом этим, и вообще революция…

– Должно быть, – сказал шейх мечтательно, – был незабываемый день.

– Как раз наоборот, – ответил кукуратор, – очень даже забываемый. Я все это помню не из личного опыта, а из истории партии.

– В каком смысле?

– Начиная с седьмого таера у нашего лендлорда есть одна замечательная услуга. Называется «задержка памяти». Выборочное забвение. Вы доплачиваете, чтобы не помнить каких-то деталей своей жизни…

– Забываете полностью?

– Нет, в том-то и дело. Подсознание все помнит, и вы остаетесь самим собой. Но на сознательном уровне вы не тревожитесь. Сильно помогает, когда у вас в прошлом много… Ну, сцен борьбы и насилия. Поставил задержку – и все уходит. Живешь в настоящем. Совесть не беспокоит. Получаешь радость от простых бытовых мелочей. Вы так не пробовали?

– Нет, – сказал шейх, – слышал про это, но не планирую… Пока. Я горжусь своими спецоперациями. А вы о чем-то жалеете?

– Да нет, – ответил кукуратор, – не то что жалею, а… Ну, это как бы новая чистая жизнь. Свежая страница каждый день. Но дорого. Очень дорого.

– Очень дорого? – переспросил Ахмад с интересом. – Тогда я подумаю… А все вспомнить по желанию можно?

– Конечно. Я по календарю вспоминаю. Раз в месяц. На два часа вспомнил, ужаснулся, помолился – и назад… Обещаю, что как-нибудь специально сниму на день блокировку и развлеку ваших девочек. Вот только не сегодня.