Чтение онлайн

Мне казалось, что никаких мероприятий больше не нужно - школьники и студенты должны прежде всего учиться. Но "старички" думали иначе.

– Давайте организуем для студентов всего колледжа вечер памяти Сергея Есенина, - предложили они.

– Зачем?

– По трем причинам. Во-первых, выступим сами и привлечем к выступлению новичков. Это полезно? Полезно. Во-вторых, в группу непременно придут несколько слушателей, что тоже не помешает. И в-третьих, будет лишний повод собраться для репетиций. Мы знаем, вы против, но мы - за.

– Предупреждаю - я к этому вечеру никакого касательства иметь не буду.

– И не надо. Мы все сделаем сами. Вы только просмотрите сценарий и поможете на двух последних репетициях.

– Ну, знаете!

– Вот и договорились, - довольно говорили мои мучители.

Прошел есенинский вечер, и "старички" снова подбираются ко мне:

– Оля подготовила очень интересный рассказ о дымковской игрушке. Соберем группу?

– А в походе нельзя?

– Нельзя. Там Борисов что-то о бардах готовит.

Я уже был доволен тем, что такие вечера проводились не слишком часто один-два раза в учебном году. Тематика разнообразнейшая: творчество Шпаликова и Кюхельбекера, зарождение импрессионизма и раннее христианство... А когда пыл "старичков" начал угасать, ко мне подошли студентки колледжа:

– Мы хотим провести пастернаковский вечер. Только он камерный, и лучше собраться на квартире.

– Опять у меня?!

– У вас нет пианино. Соберемся у Марины. Только все не поместимся, мы хотим собрать одних "старичков".

Композицию составила выпускница колледжа, она и репетировала с девочками. Пожалуй, это был один из лучших наших домашних вечеров...

Но и этого мало. После каждой поездки в Крым и после летнего путешествия надо собраться для просмотра слайдов и кинофильмов.

– На этом все?
– спрашиваю.

– Два месяца тишины гарантируем, - обещают ветераны.

А потом я узнаю, что фотофанатик собирает у себя дома желающих и показывает им слайды прошлых лет.

Все годы я вел безуспешную борьбу против незапланированных сборов. Но так получалось, что причины собраться были самые уважительные.

Уходит юноша в аримию. Надо проводить? Надо.

Приезжают из других городов Вэ-Яки. Надо встретиться? Безусловно.

У кого-то ремонт квартиры, кто-то перезжает в новую. Надо помочь? А как же!

Однажды один из ветеранов сказал, что не сможет поехать на Памир будет все лето достраивать дачу.

– Какие проблемы! Материал весь завезен?

– Весь.

И человек сорок ночуют возле дачи, а к вечеру следующего дня работа закончена.

Почти еженедельно что-нибудь да подвертывается. Я возмущаюсь, а ребята довольны: можно лишний раз встретиться.

Ну как отказать в просьбе Людмилы Яковлевны собрать сливы на участке и провести текущий ремонт постаревшей двухэтажки?

Приезжаем, работаем, а вечером - песни, стихи, гитара и скрипка. Хорошо!

Едва перевели дух, приходят выпускницы колледжа:

– Через два дня открываем новое здание детского сада, а там еще ничего не готово.

И группа собирается вечером в детском саду: навешивает гардины и люстры, сверлит, строгает - получайте свой детский сад!

Теперь, вспоминая с ветеранами прошлые времена, удивляемся - как мы все успевали. И в театры ходили, и на выставки, и в музеи. А еще были у нас пешие экскурсии по Москве. Проводил их инженер-строитель, знаток архитектуры и любитель московской старины. Сколько ни просил его следить за временем напрасно! Меньше, чем в четыре часа, наш гид не укладывался. Таскал он нас по городу в будни. На следующий день - учеба, работа, надо бы по домам. Но ребята не торопятся: впереди ночь, успеем позаниматься. Вроде все по горло загружены, девушки жалуются, что на свидания не ходят - но стоит только объявить какой-нибудь сбор, как собирается не меньше половины группы. Но ведь у нас не клуб развлечений. Прежде всего, мы - горные туристы. А там, на высоте, неподготовленным людям делать нечего. Значит, надо набираться сил и опыта. Два раза в месяц группа в подмосковных походах. Каждый должен пройти за сезон не меньше 120 километров - это одно из уловий участия в летнем путешествии. В оставшиеся воскресные дни - беговые тренировки или занятия по горовосходительной технике на снежных склонах.

Но что такое бег два раза в месяц? Ерунда. Пользы от него никакой. И мы требуем, чтобы все бегали ежедневно по 20-30 минут. А на воскресных тренировках сопоставляли свою подготовку с группой сильнейших.

Собирались мы в лесной зоне Измайловского парка, переодевались в домике у пруда - и начиналось!

Я постоянно менял форму занятий. В одно воскресенье - бег по пересеченной местности, ускорения на затяжных подъемах, бег в горку с партнерами на плечах, бег по глубокому снегу...

В другой раз - спокойная пробежка на 7-10 километров, прекрасная возможность расслабиться и пообщаться. Такие неторопливые пробежки особенно нравились девушкам. Едва встретившись у входа в парк, они спрашивали с надеждой:

– Сегодня семерку бежим?

– Да нет, не больше пяти километров.

– Ну все, - обреченно говорили девушки, догадываясь, что будут ускоряться, прыгать и переносить друг друга.
– Ну все, теперь главное своим ходом до метро добраться.

– Не беспокойтесь, донесем!
– смеялись их верные рыцари.

Раз в два месяца пробегали на выбор 7 или 14 километров, стараясь показать лучшее время, на которое каждый способен.

Зимой бегали в легких спортивных костюмах и, разогревшись, обвязывали куртки вокруг себя. Девушки просили не бежать по кромке леса вдоль шоссе, резонно указывая на возможность дорожно-транспортных происшествий: шоферы вывертывали головы, заглядываясь на вереницу красавиц в футболках.

После бега - занятия на тренажерах, а те, кто посмелее, прыгали за мной в прорубь.

Бывшая студентка колледжа как-то рассказала мне о своей первой тренировке.

– Пришла я в группу на первом курсе, в пятнадцать лет. Глупая была до ужаса. Даже думала, что Вэ-Яки - это название какой-то горы. Еще в школе немного занималась легкой атлетикой и вообще была одной из сильнейших на физкультуре. Так что беготни не боялась. Вы провели разминку и вывели нас на старт семи километров. Смотрю на девушек - есть спортивные по фигуре, а есть и пышненькие. Но, вроде, никто не волнуется. А я - легонькая, стройная - что мне беспокоится? Правда, семь километров никогда не бегала, но раз все бегут, и я смогу. Тут вы говорите: "Сильнейшие строятся впереди, а дистрофики рядом со мной, стариком, чтобы под ногами не путались".

Я, конечно, вперед вышла - какой же я дистрофик?

Первый километр пробежала нормально, а потом чувствую - не могу больше. И самое обидное - те девушки, которых надеялась обогнать, уже далеко впереди, а меня дистрофики обходят.

Догоняет меня командир группы, такая же стройная и симпатичная, как я.

– Давай, - говорит, - бежать вместе. И не торопись, до финиша еще вон сколько.

Бегу и на трассе разметки считаю. На третьем километре командир убежала вперед. Оглядываюсь: сзади только вы и трое девчонок, по-моему, тоже новички. Ну, думаю, хоть не последняя, и то хорошо. Тех, кто впереди, уже не видно. Поднапряглась я, чтобы хоть немного к ним подтянуться, а вы догоняете и спрашиваете, что это я так медленно бегу, не случилось ли чего. Я чуть не реву, но говорю, что все в порядке. А вы говорите: "Ну, раз в порядке, я вперед сбегаю, подгоню отстающих и за вами вернусь".